Разница во времени - Анна Бабяшкина

Несомненно, это был один из самых неудачных питерских уикендов Наташи.

Если вам случалось хоть раз напиваться в ночь с воскресенья на понедельник, вы вполне можете представить себе, в каких смешанных чувствах выходила Наташа на следующее утро из «Красной стрелы». С острой потребностью поспать по-настоящему в собственной постели, принять душ и сказаться больной на работе. Все это г-жа Ростова и проделала в обратной последовательности. За тем лишь исключением, что на работе она сказалась не больной, а работающей дома с документами.

Проснувшись уже относительно свеженькой во второй половине дня, Наташа обнаружила на мобильнике пару неотвеченных звонков от Макса и от него же — озабоченную sms-ку. Молодой человек интересовался, благополучно ли г-жа Ростова добралась до Москвы. Наташа поспешила позвонить Максу и успокоить его, заявив, что с ней все в порядке.

На самом деле Наташа ощущала себя далеко не «в порядке»: осознание того, что она проспала пол рабочего дня, вызывало неизбежные в данной ситуации муки совести. И г-жа Ростова рьяно взялась за работу. Она принялась названивать в кафе из «списка Тарасовой» с целью назначить встречу менеджерам этих заведений, уполномоченным принимать решение о размещении рекламы. С первой трудностью Наташа столкнулась сразу же, как только дозвонилась до «НИИЧАВО».

— Добрый день! — благожелательно начала разговор г-жа Ростова. — Я хотела бы пообщаться с вашим менеджером по рекламе и PR.

— У нас нет менеджера по рекламе и PR, — сухо ответили на том конце провода и тут же невежливо бросили трубку.

Но это еще не была трудность. С такого рода мелким хамством Наташе уже приходилось сталкиваться неоднократно. Такая мелочь не могла сбить ее с толку. Г-жа Ростова терпеливо набрала номер еще раз.

— Добрый день! Я хотела бы поговорить с менеджером по маркетингу! — Наташа сообразила, что если в заведении нет отдельного менеджера по рекламе и PR, то эта область должна находиться в компетенции менеджера по маркетингу.

— У нас нет такого менеджера, — все так же сухо ответили на том конце провода, но трубку почему-то на этот раз сразу не бросили.

— Тогда я хотела бы поговорить с генеральным директором, — уверенно гнула свою линию г-жа Ростова, несколько удивленная отсутствием в «НИИЧАВО» столь важной штатной единицы. — Если не ошибаюсь, его зовут Даниил Львович?

— Совершенно верно. Представьтесь, пожалуйста, — попросили на том конце провода.

— Менеджер закрытого акционерного общества «Все удовольствия столицы» Наталья Ростова.

Наташа намеренно сказала «ЗАО „Все удовольствия столицы“», а не «журнал „Все удовольствия столицы“». Причем слова «закрытое акционерное общество» она произнесла четко и медленно, а «Все удовольствия столицы» — скороговоркой. Это была маленькая военная хитрость. По собственному опыту Наташенька знала, что стоит только секретарю или другому работнику, снявшему трубку, догадаться, что он разговаривает с рекламным агентом из журнала, — и добиться беседы, а уж тем более встречи с каким-либо более-менее ответственным лицом потенциального рекламодателя уже не удастся. В лучшем случае рекламному агенту предложат прислать прайс-лист, который, конечно же, никто читать не станет. Сколько по молодости г-жа Ростова разослала прайс-листов «в никуда» из-за такого вот неправильного начала разговора, знает, наверное, только редакционный факс! На этот раз, похоже, хитрость сработала.

— По какому вопросу вы хотите говорить с Даниилом Львовичем? — уже почти ласково спросила девушка на том конце провода.

— У меня есть для него деловое предложение, — как можно более туманно обрисовала свои намерения Наташа, знавшая, что стоит только произнести слово «реклама», как ей тут же будет предложено выслать все тот же прайс-лист по факсу, а генеральный директор окажется на больничном, в командировке или вообще глухонемым.

— Какого рода у вас предложение? — не унималась секретарша.

С такими дотошными секретаршами г-же Ростовой тоже доводилось сталкиваться. И не раз. В этом случае обычно спасал набор экономических терминов, почерпнутых из учебников по МВА. Говорить надо было так, чтобы звучало страшно солидно и при этом непонятно. Так, чтобы секретарша поняла, что это не ее, секретарского, ума дело — расспрашивать менеджеров о сути деловых предложений. Но откровенно врать даже секретаршам — недопустимо, так что некое подобие смысла в придуманную Наташей фразу все-таки было заложено.

— Наша фирма намерена предложить вашей компании совместный проект в области фосстиса, что позволило бы обеим компаниям побороть издержки автаркии и получить существенную прибыль за счет эффекта синергии, — выпалила г-жа Ростова.

В этом месте секретарши обычно либо офигевали и безропотно соединяли с ответственными работниками компаний, либо просили «объяснить по-русски». Если разговор шел по первому сценарию, г-жа Ростова записывала себе в актив первую победу. Если же секретарши просили объяснить суть предложения более доступно, Наташа начинала действовать по «плану Б». Она сурово спрашивала зарвавшуюся секретаршу: «А вы уверены, что это в вашей компетенции — принимать менеджерские решения и оценивать деловые предложения? Может быть, мне лучше поговорить с кем-то, кто разбирается в вопросе?» И настойчиво требовала соединить ее с начальством. На этом этапе сдавалось 99.9 % секретарш. 0.1 % был на счету нервных дамочек, которые просто бросали трубки от испуга. Каково же было удивление Наташи, когда, ни на секунду не смутившись, секретарша «НИИЧАВО» в ответ на Наташин пассаж выдала:

— Приятно разговаривать с человеком, изучавшим инкотермс. Но в соответствии с узусом, рекомендую представить ваше предложение в письменном виде. Хотя, со своей стороны, могу заметить, что эмерджентная эволюция в настоящее время не стоит у нас на повестке дня.

Наташа парализованно молчала. А секретарша, как будто с усмешкой, продолжила щебетать:

— Спасибо за звонок. Надеюсь, мы пришли к консенсусу, и мне не требуется произвести редукцию вышесказанного?

Наташа наконец сглотнула ставшую в горле комом слюну и не придумала ничего лучше, как действовать по «плану Б»:

— А вы уверены, что это в вашей компетенции — принимать менеджерские решения и оценивать деловые предложения? Может быть, мне лучше поговорить с кем-то, кто разбирается в вопросе? — промямлила г-жа Ростова.

— Разумеется, я действую интра вирес, — самоуверенно заявила девица на том конце провода. — У вас есть наш адрес электронной почты, чтобы выслать ваше предложение?

— Нет, — бессильно прошептала Наташа, машинально записала адрес электронной почты и положила трубку.

Где-то минут двадцать г-жа Ростова сидела на кухне, нервно курила и пыталась оправиться от потрясения. Но Наташа не была бы Ростовой, если бы какой-то секретарше удалось надолго выбить ее из колеи. Так что уже через двадцать минут она звонила в «Свои люди» и требовала разговора с менеджером по маркетингу. Каково же было ее удивление, когда ситуация повторилась практически один к одному! Только на этот раз секретарша Геннадия Андреевича Козлова, гендиректора «Своих людей», забросала ее каким-то другим набором непонятных слов, почерпнутых из «Словаря экономических терминов». В «Квартиру» Наташа звонила уже с опаской. Когда выяснилось, что и там нет ни менеджера по рекламе и PR, ни директора по маркетингу, Наташа просто бросила трубку. Перенабрала номер и, постаравшись придать как можно больше томности голосу, промяукала: