Сэм - Мария Аллан

– Привет. Я Сэм… – Я запнулась и быстро добавила: – Сэм-анта. Саманта. Да.

Лютер опять смешно пошевелил бровями.

– Саманта, значит? – как бы пробуя имя на вкус, повторил он. Потом прищурился и задумчиво произнес: – А знаешь, Саманта, ты мне кого-то жутко напоминаешь…

В этой ситуации хорошим было то, что Дэн оказался неправ: меня все же раскусили. Плохое – придется выпутываться. Всыплю потом Дэну по первое число.

– Эм… Возможно, моего брата? – Я мило улыбнулась. Гениально, логично, просто! – У меня есть брат. Близнец. Его зовут Сэм.

– Точно! – Лютер поднял указательный палец. – Именно его. Но только он ничего про тебя не говорил. Как это невежливо с его стороны – скрывать от нас такое сокровище. – Он обошел меня кругом, восхищенно сверкая глазами.

Я опять засмеялась.

– Да. Он меня от всех скрывает. Даже от самого себя, – это высказывание было чистейшей правдой. – А откуда вы знакомы?

Следовало прикинуться дурой, и я растянула губы в наивной улыбке.

– Он наш лучший друг. – Мой сосед галантно наклонился и подставил локоть, я приняла предложение, и Лютер медленно пошел вперед, увлекая меня за собой. – Мы живем в одном бунгало и, можно сказать, с ним как ложка с вилкой… Как колбаса с хлебом… Э-э-э… Всегда вместе, в общем. Особенно я.

«Голодный, наверно», – вынес вердикт мой мозг, а желудок жалобно заурчал. Вафли и сока явно было мало.

Так мы прошли метров двадцать. Лютер молол чепуху про лагерь и группу, гастроли и личный самолет, на котором он обязательно меня покатает, как только выучится на пилота, а я думала, как кстати он упомянул о вилке – она точно бы мне пригодилась, чтобы снимать лапшу с ушей.

Нас нагнали Пабло и Джимми. Они уже помирились и решили действовать сообща. Джимми предложил зайти в одно из пляжных кафе, и все дружно одобрили эту затею. Хотелось чего-то холодного и бодрящего: солнце не щадило не успевших спрятаться отдыхающих. Денег у меня не было, поэтому после недолгих отказов я все же приняла напиток от ребят, сказав, что долг верну через брата. Поболтав немного для приличия, я опустошила бокал и поднялась с соломенного кресла, собираясь уйти, но это оказалось непросто. Они отпустили меня только после того, как добились обещания встретиться с ними завтра – со всеми тремя, конечно.

Я отошла на небольшое расстояние и обернулась. Ребята все еще сидели и смотрели мне вслед, потягивая через трубочки напитки. Я махнула им рукой, а они – мне в ответ. Но только я отвернулась, как снова в кого-то врезалась. Ну и денек! Хорошо, что не в задницу. Хотя…

– Эй, смотри, куда чешешь, – раздался пронзительный голос.

Передо мной стояла Репа, то есть Канди – та самая противная блондинка, пригласившая на танец. Змея, оказавшаяся девушкой Пита. Я отвела глаза. Только ее не хватало. А вот и он. Из главного корпуса ленивой походкой вышел Пит. Несмотря на бандитское выражение лица и угрюмый взгляд, он выглядел… шикарно.

Стоп. Это опять мои мысли? Я замотала головой, чтобы встряхнуть мозги.

– Эй! Ты чего уставилась?

А я уже почти забыла про эту дуру. Быстро взяв себя в руки, я перевела взгляд на нее и нахмурилась. Кисти непроизвольно сжались в кулаки. Канди заметила перемену на моем лице, но, даже если и испугалась, не подала виду:

– Ты кто вообще такая?!

От ее возмущенного визга заболели уши. Пит уже поравнялся с нами. Прищурившись, он окинул меня беглым взглядом и задержался на лице. Он опять что-то жевал, и от движения его скул у меня свело мышцы.

Блондинка же продолжала орать:

– Эта ненормальная сначала сбила меня с ног, потом уставилась на тебя и под конец чуть не налетела с кулаками! – жаловалась она Питу.

Тот молча разглядывал меня. Так нагло и дерзко на меня еще никто не смотрел. Самое обидное, что все слова комом застряли в горле. Это мгновение длилось, наверное, вечность. Очнулась я от нового визга Канди.

– Умолкни, мартышка! – с ненавистью рыкнула на нее.

Она даже подпрыгнула от неожиданности, но я быстро вскинула ладонь и остановилась в миллиметре от ее рта – поток ругательств тут же иссяк. Шумно выдохнув через стиснутые зубы воздух, я замерла в таком положении, готовая врезать ей, скажи она еще хоть слово. Блондинка в ужасе молчала. Вот и хорошо. Я опустила руку, злобно взглянула на нее, повернулась спиной и гордо пошла в свою сторону.

Мочить мочалку? Даже не звучит. Тем более я же девушка.

Несколько секунд я прошествовала в тишине, а потом меня догнали ошалелые вопли Канди:

– Ты слышал?! Она назвала меня мартышкой! И чуть не ударила по лицу! Ты что, ничего не будешь делать?!

Я не обернулась. Мне было на нее плевать. Единственное, что волновало, – то странное чувство, которое я испытала вновь.

Позади раздался смешок. Это был ответ Пита своей подружке. Не знаю почему, но во мне разлилось приятное тепло.

Блондинка продолжала визжать, но я уже не слышала ее. Перед глазами стоял он: такой жутко наглый, грозный, с ухмылкой на лице и чертовски красивый.

Глава 10

Имея наготове доказательства своей правоты, я вернулась на склад.

Закрыто.

Дэн долго не брал трубку – когда же удосужился ответить, попросил подождать. Но я и так ждала, ведь ничего другого не оставалось: не разгуливать же голышом по лагерю или, что еще хуже, возвращаться домой. Двух катастроф, случившихся за это время и предотвращенной третьей хватило, чтобы понять – затея обречена на провал. К счастью, склад был далеко, увидеть меня никто не мог, к тому же раскидистая крона деревьев хорошо защищала от солнца. Сидя на корточках, я равнодушно листала ленту новостей, пока не появился Дэн. Я тут же выложила ему все, что думаю об этом эксперименте, и быстро натянула свои вещи. На его саркастическую улыбку заявила, что в следующий раз лучше провалюсь под землю, чем буду изображать из себя девушку, – эта роль мне не подходит. Дэн поморщился и напомнил, что я и так девушка, а изображать кого-то мне приходится только потому, что при регистрации вместо мозгов в моей голове плавал грецкий орех. Я снисходительно простила ему эту шутку, решив отомстить запрещенным приемом на тренировке. На этом мы расстались, договорившись о встрече через час у спортивного комплекса.

Домой возвращаться не хотелось – клоунада с переодеванием меня утомила. Но только я устроилась под тенистой пальмой на травке, как почувствовала, что кто-то встал надо мной.

– А, привет! – махнула пухлой ладошкой Маракуйя, когда я запрокинула голову назад. – Ты лежи, лежи, я тут на чуть-чуть. Передохну немного.

Она засунула в рот остатки мороженого, тыльной стороной руки вытерла запачкавшийся подбородок, а потом уселась ко мне спиной и провела рукой по траве. Следом протянула короткие ножки в обтягивающих лосинах и закрыла глаза.