Желтый туман - Александр Волков

— Капитан, я полечу вперед и все приготовлю к вашему приходу, — вызвался Тим.

Но, когда мальчик сел на коврик и приказал ему доставить себя к фургону, коврик даже не пошевельнулся. Напрасно Тим снова и снова повторял приказ, его старания не вели ни к чему.

— Да что же, в конце концов, случилось с этой штукой? — вскричал рассерженный Тим.

— Очень простая вещь, — пояснил Страшила. — Арахна умерла, ее волшебная книга сожжена, и с этим кончились все ее волшебства.

— Ну так и оставайся здесь, бесполезный ковришка!

Мальчик даже пнул коврик ногой.

— Как тебе не стыдно, — укорила его Энни. — Этот милый коврик оказал нам столько услуг, и вот твоя благодарность! — Энни свернула коврик и взяла под мышку. — Я сохраню его на память о наших приключениях.

— Ладно, давай понесу, — молвил пристыженный Тим и освободил девочку от ноши.

А Фарамант достал из кармана инвентарную опись, перелистал несколько страниц, послюнил карандаш и вычеркнул запись:

«Ковер-самолет подержанный, размером 4 x З локтя…»

А на полях сделал пометку для ясности:

«Списан, как утративший волшебную силу».

Пряча тетрадку, Фарамант важно пояснил:

— Всякое дело требует порядка. С кого спросят за недостачу, когда станут проводить инвентаризацию? Ясно, с начальника снабжения.

Путники шли по заснеженной местности, а вокруг них творились удивительные вещи. От земли шел пар, с пригорков, журча, стекали ручьи, на ветках деревьев быстро набухали почки, и кое-где на прогалинках уже робко поднимались зеленые пики травинок.

Под чудотворными лучами жаркого солнца в Волшебной стране началась весна!

Обгоняя людей, по воздуху с песнями летели птицы: соловьи, малиновки, щеглы, чижи. Это невольные гости Арахны возвращались из ее бывших владений в родные гнезда, откуда их выгнал Желтый Туман. По деревьям прыгали белки и опоссумы, а в сторонке неуклюже протопал медведь, пугливо косясь на страшное лицо Тилли-Вилли.

Наблюдательный великан заметил мишкин страх и вспомнил, что не только он, но и другие звери, завидев его, пугливо шарахались в кусты.

Тилли-Вилли остановился и подозвал медведя. Тот не осмелился ослушаться и нехотя подошел. Не решаясь смотреть в страшные глаза Железного Рыцаря, мишка угрюмо опустил голову.

— Послушай, ты, друг, — ласково обратился ТиллиВилли к медведю, — ты, кажется, боишься меня?

— Н-нет, н-не б-боюсь, — дрожащим голосом пробормотал медведь, — из-за чего мне в-вас б-бояться?

— Вот и я так же думаю, — согласился гигант. — Как-никак я имею заслуги перед страной. Так почему же ты не хочешь глядеть мне в глаза?

— Н-не м-мучьте, ув-вольте…

И мишка вдруг галопом припустился в ближнюю заросль.

Тилли-Вилли смотрел ему вслед с недоумением и обидой.

— И это их благодарность… — тоскливо промолвил он.

Видя огорчение Тилли-Вилли, Страшила со свойственной ему мудростью решил утешить его.

— Не надо расстраиваться, дружок, — мягко сказал он. — Наоборот, тебе надо гордиться, что у тебя в глазах заключена маг-не-ти-че-ска-я сила…

— Ман-ге… Какая?

Страшила повторил.

— Эта сила дается далеко не каждому, — объяснил он. — Видел ты у кого-нибудь из людей такие глаза, как у тебя?

— Нет, — сказал Железный великан.

— То-то и оно. В твоем лице и особенно глазах заключена неповторимая ин-ди-ви-ду-аль-ность, и в этом твое пре-вос-ход-ство перед всеми живыми и неживыми существами!

Завороженный длинными и звучными словами, простодушный великан забыл свое горе и весело воскликнул:

— Теперь я не буду обращать внимания на испуг этих чудаков!

— И правильно сделаешь! — подбодрил его Страшила.

Путники пошли дальше. Природа оживала прямо у них на глазах.

Кагги-Карр, совершавшая свой путь на плече Железного Рыцаря, вдруг взволнованно сорвалась с места.

— Нет, я больше не могу! — закричала она. — Я должна немедленно приступить к исполнению своих обязанностей!

— А какие у вас обязанности? — невинно спросил Тим.

— Разве ты не знаешь, что я — Генеральный Директор Связи Волшебной страны? — раздраженно отозвалась ворона. — За свои заслуги я даже награждена орденом, но так как я не хвастунья, то не имею привычки его носить.

И тут ворона иронически покосилась на грудь Бориля, украшенную двумя орденами.

— Извините, ваше превосходительство, я здесь пришелец и не знал о вашем высоком звании, — молвил сконфуженный мальчик.

Польщенная громким титулом, Кагги-Карр поведала компании о своих намерениях.

— Я сейчас разошлю эстафеты по всем направлениям, — сказала ворона. — Все люди, все звери, все птицы должны как можно скорее узнать о том, что Желтый Туман исчез навсегда и они могут возвращаться домой. Я пошлю гонцов в Подземелье, к Жевунам и рудокопам. Я вызову всех, кто укрылся от Желтого Тумана во владениях добрых Виллины и Стеллы. Пусть быстрее восстановится порядок в Волшебной стране!

Энни и Тим с уважением смотрели на эту взъерошенную птицу, от которой так много зависело и которая старалась принести как можно больше пользы обитателям Волшебной страны.

А Кагги-Карр уже где-то вдалеке отдавала приказания слетевшимся на ее зов ласточкам и воробьям.

Каждый новый день путешествия приносил удивительные перемены. Снег и лед давно исчезли, трава быстро поднималась из земли, деревья покрывались густой листвой и манили к себе пчел ароматом пышных цветов.

Энни, Тим и Чарли Блек с радостью узнавали прелестные пейзажи Волшебной страны. Они сами воскресили эту красоту, и потому их радость была особенно сильна.

Путников обгоняли стада антилоп, бизонов, оленей; огненно-рыжие лисы крались в чаще, выглядывая, не попадется ли им на зубы неосторожный кролик; ящерицы выползали из глубоких нор, где укрывались от мороза.

Кагги-Карр получала от своих связистов донесения по нескольку раз в день. Все известия были утешительные. Марраны уже покинули страну Болтунов, возвратились в свою долину и приступили к севу. Покидая владения Стеллы, Марраны заверили гостеприимных хозяев, что отныне они станут их вечными друзьями и их отношения не будут никогда омрачены даже тенью неприязни.

Жевуны и рудокопы тоже оставили сумрачную Пещеру и вернулись в свои уютные жилища, согретые лучами жаркого солнца. Конечно, за ними последовали и те звери, что нашли приют в Подземелье. Шатаясь от голода, щуря глаза от непривычного света, лоси, буйволы, антилопы, зайцы, еноты разбредались по лесам, возвращаясь на обжитые места.