Медвежонок Паддингтон не сдается - Майкл Бонд

– Поглядим, – ответила миссис Браун, поднимая повыше второй листок бумаги. – На церемонию пойдёт не только Паддингтон. Мы все приглашены, только немного попозже.

– Гм… – Миссис Бёрд придирчиво оглядела медвежонка. – До торжеств осталось меньше недели. Одному моему знакомому медведю придётся основательно помыться и почиститься.

– А может, это липкая церемония? – с надеждой спросил Паддингтон.

Миссис Бёрд принялась убирать со стола.

– Пусть липкая, – сказала она строго, – но в таком виде ты у меня и шагу не ступишь за порог, а уж на церемонию и подавно. Прежде тебя надо отмыть, да и пропылесосить не мешало бы.

Паддингтон вздохнул. Он любил ходить в гости, но связанная с этим возня отравляла всё удовольствие.

Впрочем, после этого разговора он, вопреки обыкновению, несколько раз без всяких уговоров залезал в ванну, и в результате мех его стал блестящим и шелковистым. К понедельнику даже орлиный взор миссис Бёрд не сумел выявить никаких огрехов в его внешности.

Чтобы порадовать Паддингтона, было решено: пусть отправляется на фабрику самостоятельно. Наконец торжественный момент настал: приехало специально заказанное такси, и медвежонок забрался на заднее сиденье вместе с чемоданом, пригласительным билетом и большим термосом какао.

Он ещё ни разу не ездил так далеко без взрослых и, помахав на прощание лапой, сперва сверился с картой, а потом прижался носом к окну, за которым стремительно проплывали улицы Лондона.

Паддингтон думал, что до фабрики рукой подать – всего-то три-четыре сантиметра на карте, – однако оказалось, что путь им предстоит неблизкий. Но вот вместо серых многоэтажных зданий вокруг замелькали уютные домики, красные лондонские автобусы стали попадаться реже, в конце концов такси повернуло за угол и остановилось на неприметной улочке возле ряда высоких строений.

– Приехали, приятель, – сказал шофёр. – Ближе к воротам мне не подобраться, уж прости – видал, чего там понаворочено! Вон они, ворота, чуть подальше. Не промахнёшься. Держи нос по ветру – и вперёд.

Шофёр замолчал и с некоторой тревогой взглянул на медвежонка, который, выпрыгнув на тротуар, вдруг завертелся волчком, оступился и бухнулся в придорожную канаву.

– Эй! – крикнул шофёр. – Всё в порядке?

– Кажется, – пропыхтел Паддингтон, ощупав себя на всякий случай. – Я попытался держать нос по ветру, а нос куда-то убежал…

– Ну, для этого первым делом надо узнать, откуда ветер дует, – справедливо рассудил шофёр, поставил медвежонка на ноги и принялся отряхивать. – Ну и перемазался же ты, друг мой косолапый!

Паддингтон огорчённо окинул себя взглядом. Его мех, который только что блестел, как новенькая щётка, покрылся толстым слоем грязи, а на пальто появилось несколько безобразных масляных пятен. Но самое ужасное было не это: хотя в одной лапе он по-прежнему крепко сжимал свой чемодан, в другой ничего не было!

– Кажется, я потерял свой пригласительный билет, – сказал он в отчаянии.

Шофёр уже снова забрался в машину.

– Не везёт тебе сегодня, приятель, – посочувствовал он. – Я бы на твоём месте отправился не мешкая туда, куда ты идёшь, а то ещё какая напасть приключится.

Паддингтон поблагодарил шофёра за совет и зашагал в сторону большущего здания, на котором сверкала разноцветными огнями огромная мармеладная банка. По дороге он то и дело принюхивался к ветру. В воздухе отчётливо пахло мармеладом и двумя-тремя сортами джема. Медвежонок зашагал быстрее и через минуту поравнялся с маленькой будочкой у ворот, в которой стоял вахтёр в форменной одежде.

Вахтёр смерил Паддингтона взглядом.

– Сейчас медведей на работу не берём, – сказал он недружелюбно. – Попробуй зайти на фабрику мороженого, вон там, подальше.

– Я пришёл не на работу! – возмутился Паддингтон, пронзив вахтёра суровым взглядом. – Я пришёл к сэру Хантли Мартину.

– А, ну-ну, – хохотнул вахтёр. – А кто ты такой, скажи на милость? Князь Старый Сапог?

– Князь Старый Сапог? – повторил Паддингтон. – Я не князь! Я Паддингтон Браун.

– Жаль, жаль, – глумливо посочувствовал вахтёр. – А то поговорка «из грязи в князи» – это как раз про тебя. Ты в зеркало-то давно последний раз гляделся? Ну что, съел?

– Я пока ещё ничего не съел, – удивлённо сказал Паддингтон. – Я даже ничего не принёс, только какао. Я думал, меня здесь покормят.

– Думал, думал, – не унимался вахтёр. – Много вас здесь таких шляется. А у нас сегодня очень важная церемония. Открывают новый цех, и всяких проходимцев велено гнать в шею. Ещё не хватало, чтобы в такой день вокруг фабрики шатались безработные медведи! Впрочем, если ты ищешь работу, я могу позвать мастера, – смягчился он и поднял телефонную трубку. – Только вот не знаю, что он про это подумает. Правда, нам требуются рабочие руки, вон объявление висит. Так ведь то руки, а не лапы…

Слушая эту речь, Паддингтон всё больше вешал нос.

– Но я пришёл не на работу! – закричал он, как только удалось вставить словечко. – Сэр Хантли Мартин пригласил меня на церемонию!

– Ну да? – издевательски спросил вахтёр. – Что ты ещё скажешь? Конечно, что потерял пригласительный билет?

– Да, да! – выпалил Паддингтон. – Я, когда выходил из такси, не туда повернул нос, и мой билет утонул в канаве.

Вахтёр совсем рассердился:

– Вот что, другим лапшу вешай на уши. Знаю я вашего брата. Бесплатно напиться чая – вот что у тебя на уме. Ну так учти, приятель: если ты и попадёшь на фабрику, то только через проходную, как и все рабочие.

Тут из главного здания быстрым шагом вышел какой-то человек.

– А вот и мастер идёт, – сказал вахтёр. – С ним шутить не советую. Он тебя живо выведет на чистую воду.

– Фред, тут пришёл безработный медведь, – доложил он, когда мастер подошёл к воротам. – У нас не найдётся для него местечка?

Мастер смерил Паддингтона взглядом.

– Я говорил на Бирже труда, что нам не хватает рабочих, – хмыкнул он, – но у них, похоже, дела идут ещё хуже, чем у нас! Ты в мармеладе разбираешься? – довольно дружелюбно спросил он у медвежонка.

– Ещё бы! – не задумываясь, ответил Паддингтон. – Дома я его ем каждый день. Миссис Бёрд всегда ворчит из‑за липких банок.

– Даже не знаю, что тебе предложить, – задумался мастер, когда Паддингтон бросил на него просительный взгляд. – Ну а сам-то ты чем хотел бы заняться?

Паддингтон поразмыслил.

– Я бы сначала хотел посмотреть цех, где нарезают корочки, – заявил он. – Это, наверное, ужасно интересно!

– Цех, где нарезают корочки? – переспросил мастер, искоса взглянув на вахтёра. – Что-то я не припомню такого цеха. Но если хочешь, я могу для начала поставить тебя мыть бочки. Там как раз сегодня никто не работает. Я отведу тебя на склад, где хранятся бочки из-под апельсинов, – объяснял он, пока они шли по центральной фабричной площади, на которой стояли несколько рядов стульев и помост, украшенный цветами. – Отсылать их обратно в Марокко полагается отмытыми дочиста. Между прочим, ты найдёшь там вдоволь присохших корочек, если уж они так тебя интересуют.