Медвежонок Паддингтон находит выход - Майкл Бонд

В зале поднялась некоторая суматоха, но мистер Чёрч прекрасно справлялся со своими обязанностями распорядителя. Вскоре под его руководством все так ритмично шаркали и притоптывали, что даже Паддингтон засмотрелся, и кусок булки с мармеладом, который он принёс, чтобы скоротать время, лежал нетронутым на столе.

Гости веселились вовсю, и тут миссис Смит-Чомли заметила медвежонка, который по-прежнему сидел в сторонке.

– Идём! – позвала она. – Ты слышал, что сказал мистер Чёрч? Танцуют все!

Паддингтон встрепенулся.

– Большое спасибо, миссис Смит-Чомли! – выпалил он. – Я с удовольствием!

– О!.. – Лицо миссис Смит-Чомли разом потухло. – Я не имела в виду… то есть я… э‑э… – Она в замешательстве посмотрела на медвежонка, а потом сверилась со своей программкой. – Ну что поделаешь. Сейчас как раз будут латиноамериканские танцы, а ты ведь, кажется, оттуда и приехал.

– Угу, – кивнул Паддингтон. – Из Дремучего Перу.

Миссис Смит-Чомли нервно хихикнула.

– Боюсь, мистер Фейдерзейн не знает перуанских танцев, тем более дремучих, – попыталась пошутить она. – Но если хочешь, пойдём танцевать румбу.

– С удовольствием! – обрадовался Паддингтон. – Я такого никогда ещё не танцевал!

Он вообще любил всё новое, поэтому для сохранности поспешно засунул велосипедные зажимы в рукав, спрятал булку с мармеладом за спину, прихватил свою книжку и вскочил из‑за стола.

– Ты, я вижу, поднаторел в танцах, – заметила миссис Смит-Чомли, приняв его суматошные сборы за какое-то особенное па.

Паддингтон крепко обхватил свою даму обеими лапами.

– Я очень постараюсь ничего больше не понатворить, – пообещал он.

Заглянув за спину партнёрши, он ещё раз сверился с книжкой мистера Чёрча и вежливо осведомился:

– Вы часто бываете в этом доме?

Миссис Смит-Чомли бросила унылый взгляд на свои ноги, крепко притиснутые к полу Паддингтоновыми лапами.

– Нет, – проговорила она таким тоном, точно очень сожалела, что вообще сюда попала. – Ты не мог бы не так сильно нажимать на педали?

Паддингтон тут же вспомнил про свои зажимы.

– Нажимать на педали? – удивился он. – Но у меня даже нет велосипеда!

Миссис Смит-Чомли бросила на него очень странный взгляд.

– Лучше бы был, – проговорила она, отдуваясь, потому что изо всех сил пыталась переставлять Паддингтоновы лапы в такт музыке. – Ты бы уехал отсюда далеко-далеко…

Паддингтон уставился ей в лицо. Разговор получался какой-то глупый и совсем не походил на примеры из книжки мистера Чёрча, где дамы и кавалеры в основном обменивались любезностями на балконах, отдыхая и перекусывая.

– Зато у мистера Брауна есть мопед, – продолжил он светскую беседу. – Если угодно, он потом отвезёт вас домой.

– Очень может быть, что так и придётся сделать, – сквозь зубы процедила миссис Смит-Чомли, – если ты не перестанешь наступать мне на ноги!

Коготки у Паддингтона были довольно острые, и с каждой минутой они всё больнее впивались миссис Смит-Чомли в кожу.

Паддингтон чуть ослабил хватку на её талии и честно попробовал отцепиться.

– Не получается, – пропыхтел он. – Кажется, я застрял в ваших бантиках.

Вдруг миссис Смит-Чомли ужасно изменилась в лице. Более того, она ни с того ни с сего начала дёргаться и извиваться, пренебрегая всеми танцевальными правилами и предписаниями мистера Чёрча.

– Ай-ай-ай! – верещала она. – Кто-то ползёт по моей спине!

Изогнувшись, она запустила руку в вырез на платье и извлекла оттуда что-то длинное, золотистое и мокрое. Глаза её наполнились ужасом.

– Липкое, скользкое… Фу, мерзость какая!

Паддингтон повнимательнее вгляделся в непонятную закорючку, которую миссис Смит-Чомли брезгливо держала двумя пальцами.

– Это не кто-то, миссис Смит-Чомли, – вдруг сообразил он. – Это апельсинная корочка. Я, кажется, случайно уронил булку с мармеладом в ваше платье.

Мистер Браун, который и не подозревал, какая драма разыгрывается за спиной у хозяйки бала, подтолкнул жену:

– Гляди-ка, Мэри! Вот это пара! Глаз не отвести!

Миссис Браун повернулась в дальний конец зала.

– Ну и ну! – изумилась она. – Кто бы мог подумать?

А остальные танцоры, глядя на стремительно кружащуюся пару, испытывали не столько изумление, сколько восторг.

Одна за другой пары покидали круг, чтобы насладиться видом Паддингтона и миссис Смит-Чомли, которые, точно слившись воедино, изгибались, кружились и подпрыгивали в такт музыке.

По знаку мистера Чёрча луч прожектора поймал танцующую пару; Альф Фейдерзейн старательней прежнего замахал дирижёрской палочкой, и вскоре зал заходил ходуном от аплодисментов, криков одобрения и ободряющего топота.

Паддингтон, намертво прикованный к своей партнёрше, запутывался всё сильнее и сильнее и уже не раз пожалел, что принёс будильник, а не компас, – тогда бы хоть можно было разобраться, в какую же всё-таки сторону они крутятся.

А в зале никто уже и не сомневался, кому достанется Великанская Корзина с лакомствами. Если бы кто и попытался возразить, его всё равно заглушили бы вопли восторга, поднявшиеся, когда музыка смолкла.

Ко всеобщему удивлению, едва чьи-то сострадательные руки отцепили Паддингтона от бальных туфель миссис Смит-Чомли, она вихрем умчалась прочь. Впрочем, вскоре она возвратилась, в другом платье, но в суматохе почти никто не обратил на это внимания.

– Великолепно! – возгласил Норман Чёрч, вручая медвежонку приз. – Какая слаженность движений! Не могли бы вы с вашей очаровательной дамой поучаствовать в заключительном выступлении моей балетной группы?

Миссис Смит-Чомли содрогнулась.

– Боюсь, мы с мистером Брауном вынуждены будем отклонить ваше предложение, – поспешно закрыла она тему, заметив, как блеснули у медвежонка глаза.

Паддингтон кивнул.

– У меня и булки с мармеладом больше нет, – сообщил он.

– А, вот оно что… – озадаченно протянул мистер Чёрч. – Кстати, о булке с мармеладом. Что вы собираетесь делать со всеми этими лакомствами?

Паддингтон поглядел на свой приз. Корзина и правда была огромная. Трудно было даже себе представить, сколько в неё помещается всяких вкусных вещей.

– Я хотел бы отправить свою половину в дом для престарелых медведей в Лиме, если только она успеет дойти до Рождества. Видите ли, им очень редко удаётся полакомиться, – ответил медвежонок, и все захлопали.