Надя и Страх - Василий Прокушев

– А вашего лазутчика мы взяли в плен! – хвастливо добавил Коля. – Только попробуйте на нас напасть – и ему не поздоровится!

Поднялся возмущённый гам, но Семнадцатый крикнул: «Тихо!» И белки сразу замолчали.

– Сейчас я к вам спущусь, – произнёс тот же голос.

Вверху забегали, затем раздался какой-то странный стук, а через несколько секунд Надя и Коля заметили, что в их сторону направляется целая делегация.

Впереди шёл маленький, но очень гордый бельчонок, что есть силы стучавший в две ореховые скорлупки, – видимо, это был торжественный оркестр. За ним в сопровождении факелоносцев и десяти здоровенных белок с леденцами наперевес шёл пожилой белка с длинными седыми усами и берестяной медалью на груди. На медали была вырезана цифра 17.

Процессия остановилась в полуметре от ребят. Белки-охранники взяли леденцы на караул, а бельчонок положил скорлупки на землю, достал из-за спины длинный кусок коры и, солидно откашлявшись, объявил звонким голосом:

– Хранитель дворца, страж королевского покоя, покоритель самой высокой сосны, кавалер ордена пушистого хвоста первой степени господин Семнадцатый.

– Надя, – представилась Надя.

– Коля, – буркнул мальчик. Ему сейчас было очень страшно, но он старался сделать вид, что ни капельки не боится всех этих белок.

– Значит, Надя и Коля. Очень хорошо, – протянул вельможа, хотя было понятно, что ничего хорошего он в этом не видит. – И что же вам от нас нужно?

– Нам нужно поговорить с вашим королём, – ответила Надя, – мы уверены, что лес достаточно велик и для вас, и для Страхов, и если вы разрешите нам поговорить с ним, то я уверена, что все ваши проблемы можно разрешить.

– Замечательно! – снова протянул Семнадцатый, и было видно, что происходящее нравится ему всё меньше и меньше. – Значит, так: я предлагаю вам следующие условия. Вы отпускаете заложника, я провожу вас во дворец и если Первый согласится, то вы поговорите с ним, а…

– Так не пойдёт! – заявил Коля. – Слушайте наши условия: мы отпускаем вот этого, – он показал на пленника, а вы немедленно проводите нас к этому вашему Первому. Только так, а иначе мы не согласны.

Правда, Надя?

– Да, иначе мы не согласны, – ответила девочка. – А лучше так: вы нас проводите к королю, и тогда мы отпускаем Сто двадцать шестого на все четыре стороны.

Семнадцатый задумался. Было видно, что он колеблется. Вдруг он усмехнулся, как будто придумал что-то очень смешное, и сказал:

– О том, чтобы явиться к Первому с пленниками, не может быть и речи – мы слишком ценим безопасность нашего вождя, но я даю вам слово, что если вы согласитесь отпустить нашего соплеменника, то мы вас немедленно проводим к королю, без промедления!

– А откуда мы можем знать, что вы нас не обманете? – спросил осторожный Коля.

– Зуб даю! – ответил Семнадцатый.

– Это мы уже слышали, – возмутилась Надя, – вы нас с вашими зубами уже обманывали! Давайте другую клятву – посерьёзней.

– Хорошо! – торжественно провозгласил Семнадцатый, – я клянусь ореховой скорлупой: эту клятву не нарушит ни одна белка (судя по тому, как испуганно вздохнула спрятавшаяся в ветвях армия, это было действительно так), что как только вы отпустите заложника, вас доставят во дворец.

– И мы поговорим с главным! – вставил Коля.

– И вы поговорите, – подтвердил вельможа.

– Нет уж, давайте всё сначала, а то потом скажете, что последние слова не считаются! – настаивал мальчик.

– Хорошо, – Семнадцатый начал раздражаться. – Клянусь ореховой скорлупой, что как только вы отпустите заложника, вас доставят во дворец и вы поговорите с главным.

– Ладно, отпусти его, Коля, – попросила девочка, – пусть бежит. Кажется, этот Семнадцатый говорит правду.

– Ну хорошо, – нехотя ответил Коля и, достав из кармана перочинный ножик, перерезал поводок, державший Сто двадцать шестого. Пленник, почувствовав свободу, тут же бросился к ближайшему дереву и скрылся в ветвях.

Тут же Семнадцатый взмахнул лапой – и на Надю с Колей бросилось всё беличье воинство. Ребята даже не поняли, что происходит, и через секунду они уже были связаны верёвками по рукам и ногам.

– Обманщик! – крикнула Надя Семнадцатому. – А как же ваша самая страшная клятва?

Но тот только усмехнулся.

– Всё, как мы договаривались, – нагло заметил страж королевского покоя, – я обещал, что вас доставят к королю, – и вас доставят. О том, будете ли вы это время свободны, разговора не было.

– Так нечестно! – возмутилась Надя.

– А вот и честно, – ответил Семнадцатый. – Давайте ведите их к королю – пусть говорят, что хотят!

И ребят повели к возвышавшемуся неподалёку королевскому дубу.

По дороге Надя и Коля смогли в подробностях рассмотреть окрестности беличьего дворца. На ветвях могучего дерева теснилось множество маленьких домиков, и на каждом из которых красовался номер его владельца. Домики с трёхзначными номерами лепились на самых краях веток и были совсем крохотными, более знатные белки жили поближе к королевскому стволу, и дома их были побольше, а у самого входа прямо на земле стояло десять дворцов такой величины, что там мог спокойно поместиться семилетний ребёнок. Всюду при свете горящих факелов сновали белки. Они несли леденцы и конфеты, которыми собирались закидать Страхов в случае войны. У огромных котлов, в которых варился сироп, сидели мрачные белки-лучники, обмакивая наконечники стрел в сладкую массу, а белки-инженеры мастерили катапульты, готовые обстрелять Гнездо Ужаса глыбами лежавшего неподалёку шоколада.

Глядя на всё это обилие сладостей, Наде, которая вечером от волнения к ужину почти не притронулась, очень захотелось есть. Да и Коля, несмотря на серьёзность ситуации, то и дело облизывался, принюхиваясь к доносившимся от оружия пленительным запахам.

Вскоре показались ворота дворца. Они оказались неожиданно огромными – сквозь них без труда мог пройти любой, даже самый высокий, человек. За воротами расположилась прихожая, полная стражи, а затем их ввели в тронный зал, обширный и ярко освещённый горящими фонарями. Прямо перед ребятами оказался красивый резной трон, украшенный изображениями разных зверей. Все они, в восторге вытянув вверх лапы, смотрели на величественную белку, изображённую на самой вершине спинки.

На троне, небрежно закинув ноги на подлокотник, лежал самый толстый белка, которого Наде когда-либо доводилось видеть. Он был почти круглым и из-за пушистой шерсти казался похожим на клубок пряжи для вязания. Обычно толстяков считают добрыми, но с жирной мордочки на Надю смотрели маленькие злые глазки, и взгляд их не предвещал ничего хорошего.

– Ваше наиореховейшее величество! – поклонился королю сопровождавший пленников Семнадцатый, – мы поймали шпионов, пытавшихся проникнуть в ваш дворец.