Если о нас узнают - Софи Гонзалес

– Я поступил необдуманно, – продолжает Джефф. – Эмоции вышли из-под контроля, и я сказал то, чего не хотел. Я говорю искренне, ребята, простите меня.

Мне хочется рассмеяться ему в лицо.

Я верю, что он действительно сожалеет, но не потому, что понял, что перегнул палку. Ему жаль, потому что он недооценил, насколько сильна наша фанбаза.

Он также недооценил и нас.

– Теперь, когда вы закончили фальшиво извиняться, – начинает Энджел, – чего вы на самом деле хотите?

Джефф кривится.

– Хорошо, давайте перейдем к делу. Мы в Chorus хотели бы снова начать работать с Saturday. У Galactic есть планы выпустить End ofEverything в качестве главного сингла, и мы могли бы устроить маркетинговую акцию, а также снять крупнобюджетный музыкальный клип. Мы считаем, что при правильном подходе, расставляя акцент на отношениях Рубена и Зака, мы сможем вывести песню на первое место. Это сделает Saturday американским бойз-бендом с наибольшим количеством первых строчек в истории. Но время имеет решающее значение, и нам нужно действовать быстро. Если мы достигнем соглашения, мы хотели бы начать съемки в начале следующей недели.

Никто не произносит ни слова.

Мысленно я начинаю складывать кусочки воедино. Это кажется замечательной идеей, которая может стать огромным подспорьем для молодых геев, таких, как тот мальчик в толпе, которого я увидел во время нашего каминг-аута. Но я работаю с Джеффом достаточно долго, чтобы знать, что он ничего не совершает по доброй воле. Он это делает, чтобы восстановить собственный имидж, вот и все. В интернете его готовы растерзать на части, и, если они вернут нас обратно, это успокоит фанатов и Chorus не будет выглядеть тем злодеем, каким кажется сейчас.

Он делает все это не для того, чтобы быть хорошим, а для того, чтобы спасти себя.

– Ну что, парни? – говорит он. – Что скажете?

Энджел прочищает горло.

– Мы вам перезвоним.

– Что?

Не уверен, что он когда-либо слышал это раньше.

– Мы рассмотрим ваше предложение, – отвечает Рубен, его голос спокоен. – Однако вы фактически разорвали с нами отношения.

– Я…

– Итак, – произношу я, прерывая его. – Группа рассмотрит поступившие предложения. Когда мы будем готовы, наши адвокаты свяжутся с вами.

– Джон…

– Прости, папа, это просто бизнес. Пока.

Экран Джона становится черным. Рубен воспринимает это как сигнал и тоже заканчивает разговор.

Все прошло по плану.

Рубен раскраснелся и широко улыбается.

– Это было здорово, – говорит он.

И дальше будет только лучше.

Наш водитель – фанат Saturday.

Она болтает без умолку всю дорогу, задавая нам вопросы о том, что происходит с группой и руководством. Учитывая, что мы находимся в процессе переговоров по поводу контракта, мы не смогли ответить на многие из вопросов, но то, что она так любопытна, невероятно мило.

Девушка везет нас в главный офис Monarch Management, так что, думаю, она догадывается, что мы собираемся сделать.

Я надеюсь, что в ближайшее время мы сможем рассказать обо всем нашим слушателям. Это то, чего я хочу. Больше никаких секретов, никакого притворства.

Мы останемся группой Saturday, но в этот раз мы будем настоящей версией себя. Заметив, как хорошо идут дела с End of Everything и предыдущими песнями, наши юристы уверены, что Monarch захотят работать с нами и мы сможем внести некоторые поправки в контракт, чтобы то, что произошло на турне в этом году, больше никогда не повторилось.

Я сижу в машине с остальными участниками группы. Мы подумали, что это хорошая идея – приехать вместе, чтобы показать всем, что мы теперь единое целое.

– Итак, ребята, – говорит Энджел, – на днях я провел небольшое исследование.

– Теперь мне страшно, – отвечает Джон.

Энджел скрещивает руки.

– Я больше не буду рассказывать.

– Ладно, прости, в чем дело?

– Ну, знаешь, я быстренько глянул и обнаружил, что в настоящее время в Марина-дель-Рей на продажу выставлен очень хороший пентхаус с четырьмя спальнями. Из окон открывается вид на город и горы, есть отдельная комната с кинотеатром. Плюс можно завести домашних животных! Ты ведь знаешь, что я всегда хотел завести французского бульдога?

Почему-то меня не удивляет, что, несмотря на наше давнее знакомство с Энджелом, я до сих пор узнаю что-то новое о нем.

– Что скажешь? – спрашивает он. – Мне записаться на просмотр?

Рубен смотрит на меня.

– Не помешает взглянуть, верно?

– Да, – говорит Джон. – А что плохого?

– Бронируй, – отвечаю я.

– Уже забронировал, – говорит Энджел, ухмыляясь. – В следующий вторник.

Машина заезжает за угол, и я вижу здание Monarch Management. У входа толпится около сотни человек. Учитывая, как широко распространились новости о нашей битве с Chorus, я не удивлен, что все эти люди собрались здесь. Что меня удивляет, так это то, что многие из них держат радужные флаги или одеты в радужные футболки. Они видят машину и начинают приветствовать нас.

Не кричать – приветствовать.

Это будоражит меня больше, чем забитый стадион.

Машина останавливается, и Энджел вылезает, махая рукой, как будто он королевская особа.

Следующим выходит Джон, поправляет верхнюю пуговицу, затем ослепительно улыбается и направляется к фанатам, его осанка безупречна. Если бы я мог выбрать того, кто поведет нас к светлому будущему, то выбрал бы именно его.

Рубен вылезает и оборачивается, чтобы протянуть мне руку. Я беру ее и выхожу под ослепительный солнечный свет, крепко сжав его ладонь.

Аплодисменты становятся еще громче.

Я стискиваю руку Рубена, и он сжимает мою в ответ. Когда мы подходим к фанатам, меня посещает стойкая мысль: у нас все получится.

Это не будет лишь нормально или хорошо.

Все будет просто замечательно.