Час игривых бесов - Елена Арсеньева

– Наука имеет много гитик, – с невиннымвидом ответил Саблин. – Дело не в подробностях, а в результате. Я долженбыл уничтожить не ее, а ее губительное обаяние. Хочется верить, мне этоудалось.

...И вдруг до Димки дошло, что еще не всепотеряно. Его план вполне может осуществиться. Чего он ждет? Надо осторожненьковстать и вежливенько, как хорошему мальчику, попросить мужика в серой курткепоменяться с ним местом, потому что ему нужно пообщаться с писательницей АленойДмитриевой. Кстати, надо отчество посмотреть на последней странице книжки,чтобы облегчить понимание. Перекинутся они словцом-другим, а еще минут черездесять, когда на это перемещение перестанут обращать внимание пассажиры, Димкасделает то, что собирался. Пассажиры уже начали придремывать, убаюканные мернымдвижением автобуса и полутьмой, все будет тип-топ.

Он привстал было, как вдруг в это самоемгновение поднялся и бородатый, явно собираясь вернуться на свое место! Ивдруг, как по заказу, в его кармане зазвенел мобильный телефон. Бородатыйсхватился за трубку и снова сел.

Какое счастье, что прогресс достиг даже инижегородской глубинки, с облегчением подумал Димка и проворно выбрался впроход.

– А вы не встречали с тех пор Галину? –спросила Алена.

– Нет, конечно, – слабо улыбнулся Саблин.

– Ну, вам повезло, знаете ли, – сказалаАлена с дрожью в голосе. – Эффект от ваших действий превзошел самые смелыеожидания. Ей-богу, вам бы лучше даже не видеть результата своего труда.Впечатлительная кормилица Жанна и патер Террье бежали бы от Гнома с крикамиужаса, поверьте мне!

– Но ведь вы говорили, она ждет нас вМаленькой? – вскинул брови Саблин. – Значит, встречи не избежать,если только я не сойду с дистанции. А может, сойдем вместе, не станем судьбупытать? Или вы и в Маленькой соломки подстелили?

– Не без того! – усмехнуласьАлена. – Думаю, все обойдется, если только вы не умрете на месте отизумления и отвращения. Ну а теперь, пока у нас есть время, поговорим ещенемного, еще чуть-чуть о Косте Каткове...

– Ну? – мученически завел глаза Саблин.

– Когда я проверяла некоторые свои подозренияи шарила по Интернету, я наткнулась на заметку о гибели некоего КонстантинаКаткова в районе станции Толоконцево. Судя по фотографии, он и впрямь был оченьпохож на Делона. Однако у одного моего знакомого есть приятель Костя Катков,спившийся человек, бывший актер, который уехал к тетке в деревню Маленькая. Егознает моя подруга и даже пообещала буквально сегодня познакомить меня с нимвзамен на... а впрочем, это к делу не относится, – отмахнуласьАлена. – Который из этих двух Константинов ваш?

– Ну, конечно, первый, – ответилСаблин. – Со вторым – это элементарное совпадение имен и фамилий. Бывают вжизни случайности. К примеру, я работаю в Институте биологии моря воВладивостоке, но в Амурском отделении ТИНРО, то есть Тихоокеанского институтарыбоводства, у меня есть полный тезка и однофамилиц: Иван Антонович Саблин,тоже кандидат наук и некоторым образом коллега. Трудно представить, но этоименно так!

– Ага... – протянула Алена. –Значит, Костя Катков из Маленькой, племянник тети Паши, тут ни сном, нидухом... Ну, если так, то ни кровяная колбаса, ни пироги мне сегодня не грозят,понятно, Инночка? Буду есть ананас! Да не смотрите на меня так, –отмахнулась она от ошарашенного Саблина, – это просто так, внутренниймонолог героини, прорвавшийся наружу. Инна – моя подруга, к которой я еду вгости.

– И которой везете ананас? – догадался(ух ты, какой дога-адливый!) Саблин, глядя на пакет, покоившийся на коленяхАлены. – Аромат обворожительный!

– Здорово пахнет, да? – обрадоваласьАлена. – «Чебурек», который мне его на Мытном рынке продавал,клялся-божился, что это самый спелый ананас в мире. Ужасно боюсь его помять илираздавить. Но вы продолжайте, продолжайте о Косте.

– Я знаю о гибели моего друга. Конечно, деталимне неизвестны, но отчего-то кажется, что парня подставили. Какой он, к черту,наркокурьер? На самом-то деле он был далек от какого-либо криминала, а уж кизготовлению фальшивых документов вообще отношения не имел. Как видите, вашроман опять врет: я уехал сам, по своему паспорту, и всегда жил под своимнастоящим именем. Другое дело, что заховался так, что найти меня было непросто! Пришлось очень длинные удочки закидывать, чтобы выманить меня из моейглуши! Собственно, удочек было две: одна – знакомый вам роман, где я обвинялсяво всех мыслимых и немыслимых грехах, а другая – сообщение о гибели Кости... Яне получал от него никаких вестей все эти годы, что меня удивляло: ведь ядоверил ему одну очень важную тайну. Больше некому было! Видите ли, уезжал я изНижнего в страшной спешке, бежал, можно сказать. Гнатюк преследовал меня попятам. А у меня был груз – довольно серьезный груз феромонов. Я позвонил Костеи попросил прийти. Сговорились мы встретиться на Маяковке, ну, на Рождественке,значит, в том доме, где теперь «Барбарис». Тогда первый этаж только-тольконачали приводить в порядок, там наполовину был сделан ремонт. Костя где толькони подрабатывал! В то время он был там сторожем. Правда, оказалась не егосмена. Но я знал его напарника, он меня пустил. Я отвлек его, попросил в ларексбегать, что ли, а сам спрятал свой драгоценный груз.

– Он что, такой тяжелый был? Почему вы его немогли увезти с собой?

– Потому что я не зря боялся Гнатюка. У него вто время были свои люди в милиции, особенно в транспортной. Он мог сообщить иммое имя, мои приметы. Меня задержали бы с подозрительным порошком. Выпонимаете? Кто помешал бы пришить мне перевозку наркотиков, задержать, а там ужрасправиться со мной?

– Но химический анализ... – заикнуласьАлена.

– Да бросьте! Откуда я знаю, что именно онитам стали бы анализировать – мой порошок или что-то другое! – усмехнулсяСаблин. – А впрочем, теперь мне тоже кажется, что я слишком запаниковал.Но тогда... Вы не представляете себе моего тогдашнего состояния! Я все еще немог прийти в себя от того, что сделал с Галиной! Я ведь предвидел, как станутразвиваться процессы в ее организме, во что она превратится. Она этогозаслуживала, но... помните, вы по телефону назвали меня мстительным чудовищем?Все годы я именно этим чудовищем себя и ощущал. Взял на себя роль судьи ипалача по отношению к любимой женщине...

– Вы жалеете о том, что сделали? Или этопросто так, крокодиловы слезы? – сухо осведомилась Алена.

Саблин только зыркнул на нее исподлобья:

– Да... от вас, кажется, дождешься женскогосочувствия!