Твоя вина - Мерседес Рон

Уильям кинулся к маме и хотел приобнять, но случилось нечто невообразимое: та яростно дернулась и дала ему пощечину. Я застыла как вкопанная. Все произошло настолько стремительно, что я даже не слышала, как дверь за моей спиной распахнулась. Спустя секунду на мои плечи легли чьи-то теплые руки. Ник?

– Хватит с меня! – Мама отвернулась от Уильяма и шагнула ко мне. – Ноа, мы уезжаем. Сейчас же.

Николас встал между мной и мамой.

– Какого черта?

Затем настала очередь Анабель. Она усмехнулась и направилась в нашу сторону. Похоже, ее радовало, что мама ударила Уилла. Я знала, что он был единственным мужчиной, которого моя мать искренне любила, и была ошеломлена.

– Но я просто хочу потребовать то, что принадлежит мне, – сказала миссис Грасон.

Уильям громко расхохотался: он уже пришел в себя и разозлился так, как никогда в жизни.

– Все, что тебе нужно, это проклятые деньги, и теперь, когда ты собираешься развестись с идиотом, которого называешь мужем, ты заявляешься сюда, лжешь, пытаешься разрушить то, что не под силу ни тебе, ни кому-либо еще: ведь я люблю свою жену больше, чем ты можешь вообразить.

На мамины глаза навернулись слезы. Она не шелохнулась и смотрела то на меня, то на Уилла. Ее пальцы тряслись.

Анабель с отвращением взглянула на маму.

– До сих пор удивляюсь, как ты мог годами изменять мне со вчерашней школьницей. Она хотела только, чтобы кто-то спас ее из ада, который она сама же и создала.

Я судорожно втянула ноздрями воздух. К чему она клонит?

А миссис Грасон не унималась:

– Теперь ведешь себя так, будто ты лучший отец в мире, выговариваешь мне, что я бросила Николаса, но ты не оставил мне выбора! Ты променял нас на любовницу и наверняка хотел вышвырнуть меня на улицу.

Уильям хохотнул.

– Я упоминал о разводе задолго до встречи с Раффаэллой. Николас был маленьким ребенком, когда я признался, что уже не люблю тебя. Кстати, я пообещал, что ты ни в чем не будешь нуждаться, но в тот момент ты не согласилась. Ты хотела продолжать притворяться быть моей женой и жить в особняке. Я проглотил это ради нашего сына.

Николас внимательно слушал, как ругались родители, будто от этого зависела его жизнь. Казалось, он наконец-то начал получать ответы на вопросы, которые его давно изводили. Наверное, хотел понять, почему все случилось именно так: почему он вырос без матери.

– Что вы имеете в виду? – спросила я, непонимающе глядя на маму. Потом я посмотрела на Уильяма и внезапно осознала то, о чем прежде не подозревала: две семьи сплелись невообразимым образом и с чудовищными последствиями.

– Вы с Раффаэллой знакомы много лет? – спросил Ник, теперь он будто не замечал, что я рядом.

Анабель повернулась и удивленно посмотрела на него. Потом бросила взгляд на меня.

– Значит, ты не отдала ему письмо?

Я почувствовала, как сердце начало бешено колотиться. Ник вопросительно посмотрел на меня.

Я помотала головой, слова застряли в горле.

– Я…

– У нас с Ноа был очень интересный разговор некоторое время назад. Удивительно, на что только не пойдут люди ради пары банкнот и нездорового любопытства, верно, Ноа? – продолжала Анабель с безумной ухмылкой.

Николас попятился и недоуменно взглянул на меня.

– Неправда! – крикнула я этой дьяволице. – Николас, все совсем не так, как ты думаешь, я согласилась поговорить с ней, поскольку она заявила, что не позволит тебе увидеть Мэдди… и я сделала все только ради тебя.

– Ты встречалась с ней за моей спиной и до сих пор молчала?

Взгляд Николаса пронзил мое сердце. Никогда еще он не смотрел на меня с такой глубокой болью. Я знала, что предала его, просто пообщавшись с Анабель, но я никогда не сделала бы этого ни из любопытства, ни из-за денег. Я действовала исключительно в его интересах. А эта женщина хотела только одного: поссорить нас. Даже ее присутствие дико расстроило Ника, казалось, он не слышал моих объяснений.

– Николас, я…

Он не дал мне договорить. Дернулся, бросил на всех нас полный ненависти взгляд и выбежал из комнаты, хлопнув дверью.

Я повернулась к демонице.

– Ты приехала сюда лишь для того, чтобы доставить ему еще больше боли, чем уже успела причинить!

– Нет, Ноа. Ты причинила ему боль, не выполнив мою просьбу, – невозмутимо ответила Анабель.

Мне стало трудно дышать. Анабель выглядела непробиваемой и собранной, несмотря на хаос, что творился вокруг. Более того, она, похоже, была готова продолжать копаться в грязном белье присутствующих. Однако выражение ее лица ожесточилось, когда Ник вылетел из комнаты, а потом миссис Грасон решительно посмотрела на Уильяма.

– Я собираюсь сообщить отцу моей дочери, что девочка принадлежит ему, поэтому именно он должен позаботиться о ней.

Какое-то мгновение я не могла вообще ничего понять. Уставилась на миссис Грасон, затем на Уилла, который остолбенел, и наконец на маму, похоже, ошеломленную своим поступком: ведь она дала пощечину любимому человеку, чего никогда бы не сделала.

И вдруг все прояснилось.

Уилл сделал шаг вперед и встал между бывшей женой и нами.

– Знаешь что, Анабель? Ты лживая шлюха, и я не верю ни единому твоему слову.

Анабель открыла сумочку и достала какие-то бумаги. Продемонстрировала их, будто это были скрижали, пока мы стояли, созерцая листы.

– Вот тест ДНК. У меня всегда были подозрения, но я никогда не хотела докапываться до истины из страха, что Роберт меня бросит. Теперь я поняла, что он такой же, как и ты… и попытается отнять у меня все, но я больше не допущу ничего подобного. Мэдисон – твоя дочь, и ты должен позаботиться о ней.

Моя мать хватала ртом воздух. Слезы катились по ее щекам. Не представляю, плакала ли она из-за того, что узнала о незаконнорожденной дочери мужа, или по той причине, что он ей изменил.

Уильям вырвал бумаги из рук бывшей жены и молча прочитал их. Спустя пару минут, он поднял взгляд.

– Все это наглая ложь. Я не сдавал анализы ДНК, а тебе лучше исчезнуть. Убирайся, пока я не вызвал охрану, и тебя не вышвырнули силой.

Анабель победно улыбнулась.

– Анализы точны, я наняла кое-кого, кто проник в твой дом и получил образцы ДНК. Когда вы узнали, что в особняк вломились грабители, вас не удивило, что у вас ничего не украли, кроме щетки для волос?

Боже мой! Воры, которые проникли в дом летом… не может быть… это какое-то безумие. Анабель наняла их и наверняка внесла залог, чтобы они вышли на свободу. Уверена, они с легкостью спрятали щетку от полиции.

После этих новостей Уильям потерял дар речи. Как и мы с мамой.