Любовь начинает и выигрывает - Екатерина Есина

– Ты не выиграешь, – сказала Рина уверенно, чуть не добавив: «к сожалению». – В Швейцарии мне просто не хватило времени, ещё немножко, и я бы тебя дожала.

«Проиграть специально? Но ведь он сразу всё поймёт и потеряет к ней всякий интерес, как становится неинтересна шахматная партия, где все ходы ясны с самого начала».

Дверь в гостиную со стуком открылась.

– Что ты забыла на этот раз? – не отрывая взгляда от шахматной доски, спросил Сергей у сестры.

– Сумочку где-то бросила… Ой, а что же вы до сих пор здесь? В шахматы играете? Ну, нашли чем заняться! – сказала она с возмущением.

– «Что наша жизнь? Игра!» – пропел миллиардер не хуже любого среднестатистического исполнителя роли Германа в «Пиковой даме». – Мы договорились: если Арина выиграет, она немедленно уезжает в Петербург. Ну, а если выиграю я…

– Ты плохо играешь и почти никогда не выигрываешь! Позоришь нашу семью! – с досадой бросила Агния. – Готовься петь: «Пусть неудачник плачет, кляня свою судьбу!»

Она вышла, сильно хлопнув дверью.

Между тем Михайлов, глядя на доску, сильно задумался. Пауза затянулась.

– Тут надо делать ход конём, – стала подсказывать ему Арина, устав ждать и сладко зевнув. Олигарх с любопытством взглянул на девушку, но никак не отреагировал. Томительное ожидание продолжалось. От стрессов и выпитого вина Арине очень захотелось спать, она почувствовала, как глаза предательски слипаются, и упала на мягкую подушку кресла.

Проснулась Арина на большой застеленной кровати. Из её одежды всё было на месте, были сняты только туфли, лежащие на ковре рядом с рюкзаком. Выглянув в окно, она поняла, что находится в той части особняка, где жил олигарх, вероятно, в одной из гостевых комнат. Вчера Агния провела для неё перед ужином небольшую экскурсию. Дом условно разделялся на две равных половины. Сейчас Арина была в его левом крыле, то есть на половине Михайлова.

«Какой же ты, Серёжа Михайлов, стал целомудренный! В душ после мотошоу отмываться меня не позвал, в пижаму с мишками меня не переодел!»

Но оно и к лучшему! Как бы олигарх не был в неё влюблён, он вряд ли захочет связать свою жизнь с женщиной, которая не сможет ему родить ребёнка.

Арина взглянула на часы – сейчас начало первого ночи. Зная образ жизни миллиардера, можно с уверенностью сказать, он уже давно спит и смотрит какой-нибудь сладкий сон. Ну, что ж, не будем ему мешать! Самое время сматываться отсюда. Только желательно перед побегом посетить туалет – выпитое вчера вино просилось наружу.

Арине не пришлось долго бродить по особняку, нужная ей дверь нашлась буквально сразу же. Туалетная комната была снабжена огромной раковиной, гигиеническим душем и биде. На полочках стояли какие-то пузырьки и тюбики. Через пару минут, немного поколебавшись, Арина порылась в рюкзачке и, отыскав зубную щётку и пасту, почистила зубы, чтобы избавиться от оставшегося неприятного алкогольного запаха. Девушка бесшумно выскользнула из комнаты и в ужасе вскрикнула, наткнувшись на кого-то в потёмках.

– Можно поинтересоваться, куда ты собралась на ночь глядя? – неожиданно резко прозвучал в темноте голос Михайлова.

– Мне надо было в туалет, – вжавшись в стенку, промямлила Арина.

– А почему ты с рюкзаком? – строго спросил Михайлов.

– Потому что я должна уехать домой, мне кажется, что мы вчера договорились, если я выиграю в шахматы…

– Ты не выиграла, ты заснула! Это можно расценивать как техническое поражение, – возразил Сергей.

– Но моя позиция была выгоднее, и я, скорее всего, победила бы, – пыталась из последних сил доказать свою правоту Арина.

– Возможно, – сказал миллиардер, прижав Арину двумя руками к стенке так, что девушке уже некуда было деться, и наклонившись над ней. – Но по-моему, если ты сейчас уйдёшь, ты проиграешь главную партию в своей жизни.

Дразнящий запах уда окончательно лишил Арину возможности мыслить рационально. Она сама потянулась к Михайлову и коснулась его губ.

– Ну, наконец-то, моя любимая женщина меня целует, а не даёт пощечины! – удовлетворенно констатировал миллиардер. – Боже, Арина, как от тебя приятно пахнет! Как я соскучился по твоему запаху!

Аринино сопротивление было окончательно сломлено. За последнее время она привыкла быть сильной и самой решать свои проблемы, но сейчас так хотелось стать слабой и беззащитной и, пусть даже ненадолго, но побыть счастливой, полностью отдавшись любимому мужчине. Она обмякла, медленно оседая по стенке.

Миллиардер подхватил её и понёс на руках по коридору, как ценный трофей.

В спальне Михайлов мгновенно раздел Арину, словно боялся, что, если он оставит её в одежде, она тут же сбежит. Положив на кровать, он долго целовал её, казалось, не веря, что она снова принадлежит ему. Язык олигарха обжигал каждый изгиб её тела. Все Аринины страхи куда-то исчезли. Осталось только всёпоглощающее стремление окунуться в любовь: быть любимой и любить самой. И вот уже Рина, окунувшись в сладкую истому, умоляла Сергея больше не медлить. От желания карие глаза Михайлова потемнели ещё больше, став иссиня-чёрными. Он буквально пригвоздил девушку к постели, со всей силы прижавшись к ней бёдрами. Она закричала, но не от боли.

– Больше я тебя никому не отдам! – прошептал Михайлов Арине, прежде чем их увлёк поток сумасшедшей по силе страсти, безжалостно сметающей всё на своём пути.

Рина проснулась от нежного поцелуя в губы.

– Ой, Серёжа, мне тут такой сон приснился! Как будто я в сказку попала! – проговорила, потягиваясь, сонная Арина, предполагая, что у так удачно сложившегося ночного приключения будет не менее приятное утреннее продолжение. Но Михайлов стоял уже одетый в синий деловой костюм и, по всей видимости, был готов ехать по делам.

– Доброе утро, спящая красавица Арина! – с улыбкой проговорил Михайлов. – Сон был ужасно прекрасный или прекрасно ужасный? И в какую ты попала сказку?

Арина потянулась ещё раз и наморщила лоб.

– Ты уже уезжаешь? Почему ты меня не разбудил? – сказала она недовольным тоном.

– Потому что хотел, чтобы ты поспала подольше. Чтобы у тебя было, как там, в переводе с французского? «толстое утро»!

– Не «толстое», а «жирное»! – поправила Арина, смеясь. – Подожди, я сейчас оденусь и тебя провожу.

Арина оглянулась. Блузка с брючным костюмом куда-то исчезли.

– А где моя одежда? – спросила она в недоумении.

– Я её сжег, – сказал олигарх настолько убедительным тоном, что Арина, испугавшись, ойкнула, – как Иван-Царевич сделал это с лягушечьей кожей. В сказке говорится, что виноват в этой ситуации был именно он, но мне кажется, что Василиса Прекрасная, потому что не нужно было разбрасывать свои вещи где попало.

– А белье моё тоже в печке? – осторожно поинтересовалась Арина. – Между прочим, Серёжа, Василиса Прекрасная после всех этих демаршей Ивана-Царевича сказала ему замечательную фразу: Прощай, Иван Царевич, навсегда! – правда, при этом добавила: ищи меня в тридесятом царстве!