Новая царица гарема - Георг Борн

– Говори. Я готова повиноваться тебе, – отвечала Сирра, не поднимая головы, точно боялась, что один вид золотой маски ослепит ей глаза.

– Я с тобой. Ты не погибнешь, – продолжил снова прежний голос, – только делай то, что я тебе прикажу. В один из следующих вечеров султан, переодетый в мундир мушира, явится к тебе и будет спрашивать тебя о будущем. Не говори ему тех слов, которые будет подсказывать тебе Мансур, не называя султана по имени, скажи ему вот какое пророчество:

«До наступления третьего Рамазана[17]опустеет трон пророка. Не смерть лишит повелителя правоверных престола, а человеческая воля и человеческая рука. Враги во дворце страшнее гяуров. Потом на престол взойдет Магомет Мурад под именем Мурада Пятого, но его царствование продлится всего три месяца, затем трон пророка снова опустеет и опять это сделает не смерть, а человеческая рука. Затем наследует Абдул-Гамид и еще раз опустеет трон пророка. На нем воссядет Мехмед-Решад-эфенди, и тогда пророчество мое будет исполнено». Золотая Маска смолк.

– Каждое из твоих слов запечатлелось в душе моей, – сказала Сирра, – я непременно исполню твою волю.

Когда она подняла голову, Золотая Маска исчез, – тихие шаги его уже не были слышны в доме.

Между тем сторожа вернулись со своих неудачных поисков. Они видели, как Золотая Маска вышел из дома и исчез во мраке ночи, но не осмелились преследовать его. Один из них поднялся в комнату пророчицы. Сирра спала на своем месте. Он не верил своим глазам и позвал двух остальных. Словно вкопанные, остановились они при виде спящей пророчицы – это не был обман зрения. Та, которая исчезла и которую они напрасно искали повсюду, в глубоком сне лежала теперь перед ними. Они тихонько вышли из комнаты и легли на дворе у лестницы, решившись караулить. Тут они принялись совещаться, как поступить им после всего случившегося, и наконец пришли к решению признаться во всем баба-Мансуру, опасаясь, что в противном случае наказание будет еще строже.

Когда на другой день Мансур-эфенди явился в дом софта, все три сторожа бросились ему в ноги, прося прощения. Баба-Мансур удивленно посмотрел на них.

– Что случилось? – спросил он.

– Мы невинны, мудрый и могущественный баба-Мансур, – отвечал первый сторож. – Сирра, должно быть, уходила ночью из дома.

– Как смели вы ее выпустить? – с гневом вскричал Мансур.

– Мы не знаем, как это случилось. В полночь пришли мы наверх посмотреть свечи. Они были погашены, мы принесли другие. Тут увидели мы, что постель, в которой обыкновенно спит Сирра, была пуста.

– Она была, верно, в другой комнате.

– Мы обыскали весь дом, – отвечал второй сторож, – осмотрели всякий уголок, но нигде ее не было. В сильном испуге вышли мы с фонарями на улицу, искали повсюду, но нигде не могли найти ее.

– Как могла она выйти из дома, не будучи замечена вами? – грозно спросил Мансур.

– Из окна с улицы висело полотно, по нему, должно быть, она и спустилась.

– А ее вы так и не видели?

– Нет, могущественный и мудрый баба-Мансур, – сказал третий сторож, – когда мы наконец, нигде не найдя ее, возвращались домой, то увидели у дома Золотую Маску, когда же пришли наверх, Сирра уже спокойно спала, как всегда, на своей подушке.

– Вы видели Золотую Маску?

– Казалось, он вышел из дома, – отвечал первый сторож.

– Едва увидели и узнали мы его, как он уже исчез во мраке ночи, – прибавил второй.

– Мы поспешили наверх, мы страшно боялись, мудрый баба-Мансур.

С возрастающим удивлением слушал шейх-уль-ислам последнюю часть доклада, все мрачнее и мрачнее становилось его лицо. Какую связь имело все это? Был ли Золотая Маска в доме? Действительно ли уходила Сирра? Имел ли уход и приход Сирры что-нибудь общее с появлением Золотой Маски?

В первую минуту Мансур хотел дать сторожам почувствовать свой гнев, но потом одумался.

– Вы должны загладить свою ошибку, – сказал он строго, – вот вам к тому удобный случай. Вы дурно исполняли свою обязанность в прошлую ночь, тем бдительнее должны быть вы в следующие ночи. Но делайте вид, будто спите или уходите прочь, чтобы придать более смелости той, которую вы караулите.

– Хорошо, милостивый и могущественный баба-Мансур, мы это сделаем, приказание твое будет исполнено в точности, – отвечали сторожа. – Мы постараемся заслужить твое прощение.

– Вы говорите, что видели Золотую Маску здесь, около дома, – продолжал Мансур, – мне важно знать, войдет ли Золотая Маска в дом или нет. Будьте бдительны. Если Золотая Маска придет в дом и вы увидите его, позаботьтесь, чтобы он не мог уйти отсюда. Сторожа молчали, сильно смущенные словами Мансура.

– Или вы боитесь Золотой Маски? – спросил шейх-уль-ислам.

– Никто не знает, что это такое, – отвечал один из сторожей. – Большинство говорит, что он не из плоти и крови, как мы. И другие утверждают, что нельзя его ни тронуть, ни преследовать, он делает одно добро и служит предостережением для того, кому является. Так говорят люди, мудрый и могущественный баба-Мансур, правда ли это или нет, мы не знаем.

– Чтобы нам это узнать и убедиться, что такое Золотая Маска, ваше дело только запереть двери и окна и стеречь его, если он появится здесь в доме, – приказал Мансур-эфенди, – все остальное предоставьте мне. Не имеете ли вы еще чего донести мне?

– Мудрый и правосудный кади здесь и ожидает тебя внизу, – доложил один из сторожей.

Мансур-эфенди отправился в указанную сторожем комнату. Там ожидал его кади.

– Я заставил тебя ждать, брат мой, – сказал Мансур, – но в эту ночь мне удалось захватить важную добычу и до сих пор пришлось провозиться с ней.

– Какую добычу? – спросил Гамид-кади.

– Принца Юсуфа и адъютанта его Гассана. Они хотели силой освободить Рецию, но в чертогах Смерти попались мне в руки. Тем не менее дочь Альманзора, воспользовавшись суматохой, успела убежать.

– Она опять найдется. Так принц Юсуф был там! – с радостью вскричал кади. – Это ему не пройдет даром.

– Я только что сделал доклад султану и предоставил ему произнести над ними приговор, – продолжал Мансур. – Он был страшно взбешен, тем более что преследовал относительно его известные тебе планы. Само собой разумеется, я дал ему понять, что подобные приключения могут дурно отозваться на принятом нами решении.

– Так, так, брат мой, теперь нельзя более обвинять тебя в проволочке, – сказал кади, лукаво прищурив глаза. – Все к лучшему. Знаешь ли, зачем я сюда явился?

– Получить теперь вдвойне важную копию с того старинного документа, где говорится о сокровище калифов? Я принес ее, брат мой, вот она, – отвечал Мансур и подал своему сообщнику аккуратно спрятанный в кожаном бумажнике документ. – Разбери его вместе с ученым Али и подай нам надежду, что богатства наши еще увеличатся.