В водовороте сладострастия - Сара М. Андерсон

Он изменился в лице. Не важно, каким приятным казался этот человек, он по-прежнему оставался оружием, которое могло быть использовано против нее.

– Еще хочу уточнить одну вещь. У вас нет желания публично примириться с вашим отцом?

– Зачем? Он захочет, чтобы я покаялась и сказала всем, что меня озарил свет с неба и что мой отец во всем прав. Он захочет, чтобы я повсюду следовала за ним во время его избирательной кампании, и нарядит Мэри маленькой принцессой. Может быть, он даже потребует, чтобы я вышла замуж за человека, которого одобрит он сам, с тем чтобы Мэри перестала быть незаконнорожденной. – Кристина поежилась при мысли о человеке, которого выберет для нее отец. – Нет. Я не собираюсь быть рупором своего отца, и они точно не получат мою дочь.

Он так долго размышлял над ее словами, что она начала волноваться.

– Возможно, в таком случае вам удастся избежать худшего.

Неужели он говорит такие вещи всерьез?

– Допустим, я смирилась с этим безумием, последовала за отцом и вышла замуж за того, кто «спасет» меня. А дальше что? Отец, скорее всего, проиграет. Он опять будет винить в произошедшем меня? Или, что еще более вероятно, я нарушу одно из его правил. А я всегда нарушаю их одним своим существованием. Тогда что? Мне придется пережить еще один публичный позор? Ни за что.

Дэниел смотрел на нее, и она понимала, что ей нужна более толстая кожа. Похоже, этот мужчина понимал ее, как никто другой. Но тем не менее он заставлял ее нервничать.

Боже милостивый, она так устала от осуждения.

– Вы не знаете, каково это – никогда не быть достаточно хорошей, – с горечью продолжила Кристина. – Может, родись я мальчиком, все сложилось бы по-другому. Но я не могу изменить тот факт, что в глазах отца я помечена грехом. Вы не поймете меня.

И тут до нее дошел смысл сказанных ею слов. Может, Дэниел Ли, политический советник, и не понял бы ее. Но Дэниел Ли, незаконнорожденный сын Хардвика Бомона, очень даже мог.

– Прошу прощения, – запнулась она. – Я не хотела…

– Все в порядке. – Его губы слегка дрогнули. – Я вас прекрасно понимаю, потому что у меня были сложные взаимоотношения с моим дедом. И я никогда не знал своего отца. – Он сказал это так спокойно, словно для него не имело никакого значения, что он лишился половины наследства.

Мэри будет расти точно так же. Она никогда не узнает ни самого Дойла, ни его родственников.

– Простите, – еще раз повторила Кристина. – Это было невежливо с моей стороны. Я… Что ж, я ничего не знаю о вас, тогда как вы много чего знаете обо мне. Немного нелепая ситуация, не так ли?

Он равнодушно пожал плечами. Да уж, этот мужчина был необыкновенно хорош собой. А еще он отличался завидным терпением в обращении с маленькими детьми и предлагал ей свою помощь. При других обстоятельствах она влюбилась бы в него без памяти.

Ей всегда нравились мальчики. Всегда. И чем больше отец отчитывал ее по поводу одежды, поведения и особенно ее парней, тем более привлекательными в ее глазах они становились.

В четырнадцать лет она начала тайком убегать из дома. В пятнадцать выкурила первую сигарету и тогда же попробовала на вкус алкоголь. А что до мальчиков…

Но Дэниел Ли не имел ничего общего с теми парнями, с которыми она словно с цепи сорвалась. Во-первых, он не был мальчишкой. Высокий и стройный, с необычным цветом волос, он почти что ослеплял своей красотой и был намного круче любого из парней, с которыми она прожигала свою молодость.

Но в нем привлекала не только внешность. Все парни, с которыми Кристина встречалась в старших классах школы и в колледже, тут же исчезали, как только дело принимало плохой оборот. Точно так же ее бросил и Дойл, хотя он был довольно хорошим малым. Он платил свою часть счетов, предложил ей руку и сердце и вместе с ней смеялся над ее чокнутым папашей. Конечно, он не заставлял ее сходить с ума от желания, но она всегда списывала отсутствие страсти на зрелость. Кристина просто устала бороться с диктаторскими замашками отца и решила остепениться.

А вдруг зрелость тут ни при чем? Может, она была просто обессилена?

Но что касалось Дэниела, тут можно было с легкостью вспыхнуть от страсти. Поэтому Кристина решила держать себя в руках.

– Послушайте, мистер Ли…

Он не дал ей договорить:

– Кристина, называйте меня Дэниелом.

Но она не хотела называть его по имени, потому что предпочитала держать на расстоянии.

Кристина густо покраснела и готова была отдать все, лишь бы сохранить лицо перед этим человеком с его холодным равнодушием.

Тут ей на помощь пришла Мэри.

– Дэниел Тигр! – пролепетала она, глядя с восторгом на Дэниела.

По крайней мере, она имела в виду именно это. Кристина прекрасно понимала свою дочь, даже если ее произношение оставляло желать лучшего.

Но Дэниел услышал совсем другое. Его брови поползли вверх, когда Мэри стукнула ладошкой по столу и повторила что-то похожее на «анал грр!».

– Что она сказала? – В шоке посмотрел он на Кристину. Его лицо покраснело, потому что он изо всех сил сдерживался, чтобы не рассмеяться.

– Дэниел Тигр. Одно из ее любимых телешоу.

– Дэниел Тигр! – еще громче крикнула Мэри, только ее слова по-прежнему звучали как «анал грр».

– Дети говорят такие ужасные вещи? – удивленно спросил Дэниел, прикрыв рот рукой.

Похоже, он был совершенно сбит с толку, для чего хватило невразумительного лепета маленького ребенка. Кристина расплылась в улыбке. Интересно, сколько человек видели Дэниела таким. Жаль, что у них не было времени для подобных развлечений.

– Дорогая, – сказала она дочери, – может, ты почитаешь сказку, пока мы с мистером Ли продолжим наш разговор?

Мэри послушно взяла со столика книжку про кролика и положила ее Кристине на колени.

– Прошу прощения за то, что мы перебили вас. Но с маленькими детьми по-другому нельзя.

– Ничего страшного, – ответил Дэниел, пряча улыбку. – Хорошо, что она не сказала это в микрофон.

– Вы ведь не считаете меня плохой матерью за то, что я позволяю ребенку смотреть телевизор?

– Думаю, нет ничего ужасного, если ваш ребенок смотрит что-нибудь соответствующее его возрасту, пока вы готовите завтрак или ужин.

– Я не понимаю, что мне делать. Мне бы не хотелось бросать работу и пускаться в бега.

– Вы с кем-нибудь встречаетесь?

Его вопрос застал Кристину врасплох.

– О, да, в свободное время я только и делаю, что встречаюсь с мужчинами, – мрачно ответила она. – Я хожу в церковь, чем и ограничивается моя личная и общественная жизнь. Даже если бы у меня было время на свидания, вряд ли я найду мужчину, ко торый не будет смотреть на Мэри, как на препятствие. – Он буквально пронизывал Кристину своим взглядом, и она разнервничалась. – А почему вы спрашиваете? Вы предлагаете, чтобы я нашла себе кого-то? Или…