Девушка с обочины - Лидия Беттакки

Я поняла, что если огрызаться и перечить этим нелюдям, то будет только хуже, и молча последовала за ними.

Пройдя несколько метров я увидела, как из будки вышел огромный пёс непонятной породы и подошёл к

нам. Бранко что-то крикнул ему по-югославски, и собака вернулась в будку. Зорон надавил на кнопку звонка, послышалось шарканье и дверь открыла женщина– мулатка, одетая в халат пёстрой расцветки. Зорон втолкнул меня в прихожую и распорядился мулатке увести меня. В нос ударил специфический запах, что– то вроде пота в перемешку с духами. Я последовала за женщиной по деревянной старой лестнице, ведущей наверх. Женщина остановилась перед одной из комнат, и распахнув дверь, велела войти, а сама удалилась.

Явошлавмаленькуюкомнатёнкусдвумякроватями, на одной из которых лежала девушка красивой внешности, одетая в старый потёртый халат леопардовой расцветки. Возле неё на тумбочке стояла тарелка с недоеденой пищей, что-то вроде кукурузы из консервных банок и кусочков то-ли рыбы, то-ли мяса.

– Чао, – приглушенно произнесла девушка.

– Чао, – поздоровалась я, осматривая убогий интерьер комнатушки, покрытый слоем пыли.

Кровати были застелены пожелтевшим застиранным бельём. О, Господи, куда меня заперли эти шакалы? – нервно вздохнула я.

– Чего стоишь? Присаживайся, – хриплым голосом произнесла девушка и посмотрела на меня красивыми глазами зелено-голубого цвета, в которых читалась неподдельная тоска и печаль.

Затем она полезла под стопку журналов и достала оттуда пачку сигарет и закурила.

– Будешь? – предложила она и протянула мне пачку “Дианы”.

Я вытащила из пачки сигарету, девушка поднесла зажигалку. После первой затяжки у меня начала

кружиться голова. Сказывался удар, нанесённый Зороном.

– Как тебя зовут? – спросила девушка.

– Люда, – ответила я.

– Меня Джанина. Ты откуда родом?

– Из России. А ты? – по акценту я поняла, что она не итальянка.

– Из Румынии.

– Скажи, Джанина, что это за дом? Зачем меня сюда привезли?

– Как зачем? Ты не в курсе? Для занятия проституцией и рождения детей на продажу богатым бездетным семьям.

Девушка приоткрыла халат и я увидела округлившийся животик. Мне стало не по себе.

– Как это? Ты беременна и занимаешься проституцией?

– я не могла поверить в происходящее.

– Да. Меня обрюхатил хозяин. И когда я рожу, ребёнка продадут бездетной супружеской паре. А пока я обслуживаю клиентов прямо в этом доме, в другой комнате. Они хорошо платят за то, чтобы оттрахать беременную.

– Какой кошмар! – я затряслась от страха.

– Да, крошка. И тебя ждёт та же участь. Так что будь готова, поблажек не будет. Здесь самое настоящее рабство.

– И что, отсюда никак нельзя выбраться?

– Я пыталась убежать. Но собаки чуть не загрызли до смерти. Вот, смотри, – девушка показала на шее глубокий шрам. – Вовремя вызвали неотложку и зашили. Ну и Валмир, так этого не оставил, всыпал по полной за попытку бегства. Голодом морил три дня, пить не давал.

– Валмир, это кто?

– Это хозяин-албанец. Теперь он станет и твоим. Сегодня вечером появится, познакомится с тобой, будь готова. Он редкий извращенец.

Всё, что со мной происходило казалось ужасным страшным сном, от которого я должна проснуться в ласковых обьятиях Этторе. Но горькая реальность говорила, что я в плену. На этот раз в настоящем рабстве, и, как говорит Джанина, шансов убежать никаких. Эти сволочи отобрали в машине мою сумку с мобильным телефоном, в котором был записан номер Этторе. Вот дура, не запомнила его. Это всё, это конец. Я не знаю, куда меня увезли и насколько далеко от дома Этторе, и в какой я глуши. Мысли, словно кубло ядовитых змей, пронзали разум и впивались ядовитыми языками в моё подсознание. Дверь распахнулась, вошла мулатка с подносом в руках и поставила его передо мной. Я посмотрела на тарелку с подобием овощного супа и маленьким ломтиком хлеба.

– Давай, ешь, – скомандовала та. – Скоро приедет хозяин и позовет тебя.

– Не буду есть, не голодна, – отрезала я в нервной лихорадке.

– Твоё дело, – лишь пожала руками женщина и удалилась, хлопнув дверью.

Глядя на румынку, я задумалась над тем, что мне делать в сложившейся ситуации. Я помнила, что добрая, любимая бабушка всегда учила молиться в сложных ситуациях, ведь Господь всегда слышит абсолютно любого человека, а ещё есть ангел-хранитель, который готов помочь 24 в сутки своим подопечным. Я стала молиться: "Господи, я не знаю, что мне делать. Помоги мне, прости меня если я оступилась в жизни". Не успела я окончить молитву, как в дверь позвонили. Это оказался обычный электрик. Но в друзьях у него была местная полиция. Он без труда узнал известного сербского сутенёра, находившемся в розыске, в мужчине открывшем дверь. Я слышала как дверь хлопнула и воцарилась тишина. Спустя час в дом ворвался наряд полиции. Полицейские удерживая нашего изверга, выводили девочек по одной, когда дошёл черёд до меня, мою левую руку пронзила жгучая боль и я увидела струйку крови стекающую с запястья. Проклятый серб успел задеть меня ножом, но к счастью рана оказалась не смертельной, но крови я потеряла много. Меня отвезли в больницу.

Очнулась я на каталке в больнице, в специально отгороженной комнате, ведущей в коридор, за которым прибывали автомобили скорой помощи и привозили людей. Из окошка перегородки виднелась очередь людей, выстроившаяся у входа в приёмный покой. Моя левая рука была перевязана бинтами. Рядом сидел мужчина в белом халате и что-то писал в тетрадь, похожую на журнал учёта. Я попробовала привстать, но не смогла, пересохшими и потрескавшимися губами я позвала его. Мне очень хотелось пить.

– Можно вас на секунду?

Мужчина отложил писанину и посмотрел в мою сторону. Затем поднялся и подошёл.

– Здравствуйте, я рад, что вы очнулись, – нечто вроде улыбки мелькнуло на его лице. – С вами ничего страшного не произошло, вы потеряли немного крови и сознание.

Мысленно я прокрутила события сегодняшнего дня и мандраж пробрал моё тело. Я провела языком по пересохшим губам и прерывисто сделала вздох.

– Можно воды? – попросила я у доктора.

– Да, конечно. Минуту.

Доктор принёс в одноразовом стаканчике натуральную воду без газа, набранную из подвешенного пластикового сосуда ёмкостью в литров десять. Дрожащими руками я выпила воду. Врач вернулся к своему столу и по комутаторному телефонному аппарату набрал номер. Вскоре вошёл полицейский и задал мне вопрос:

– Добрый вечер, синьорина. Я рад, что вы очнулись. Я – Сальваторе Беленкиа. Вы в состоянии ответить на некоторые вопросы? Мы не задержим вас надолго.