На вершине мира - Кейт Уолкер

– Жучок! – воскликнула она, негодуя.

За ней следили, словно за преступником!

– Это же хренов жучок! – Клемми бросила диск в него, не заботясь о том, что он летит ему прямо в щеку. Но Карим даже не моргнул, только ловким движением перенаправил жучок на пол. – И не смей хмуриться! – набросилась на него она, заметив, что на его лбу появилась складка. – Что значит одно грубое слово против всего этого? Или принцессы в твоей стране не ругаются?

Ошибка. Клемми поняла это, заметив, как изменилось его лицо, как плотно он сжал губы.

– Значит, ты вспомнила, что являешься принцессой, – ледяным тоном проговорил Карим. – А вскоре и вовсе станешь королевой.

Каждое его слово было произнесено подчеркнуто четко, особенно титулы. Клемми поежилась.

Ветер вновь влетел в прихожую, и Карим захлопнул дверь ногой. В доме воцарилась неуютная тишина. Маленькое пространство у двери казалось еще меньше из-за присутствия высокого и широкоплечего мужчины. Запах его кожи кружился вокруг Клемми, иссушая, словно токсичный яд, рот, кружа голову.

– Ты уверял, что являешься наследным принцем, насколько я помню.

Наследник престола, разбирающийся в приемах слежки. Если только он действительно тот, за кого себя выдает. От внезапной мысли прихожая поплыла перед глазами Клемми, ее охватила паника. Что, если Карим солгал?

Неужели она наделала глупостей?

Сейчас он стоит между ней и дверью. Даже если она попытается протиснуться, он не позволит ей ускользнуть. Он схватит ее, стиснет…

Клемми шокировало, что страх был смешан с неподобающими мыслями – особенно в данной ситуации. Как можно испытывать распаленное возбуждение от фантазии, как эти сильные руки схватят ее, прижмут к его телу?

Неожиданно ей стало невыносимо жарко в теплом свитере. В доме настоящее пекло. Или же жар исходит от ее тела?

– Я именно тот, кем я представился тебе.

– Тогда откуда тебе известно об этих штучках? – Клемми кивнула на жучок, валявшийся на полу, и подтолкнула его ногой в кожаном ботинке. – Это, видимо, современное хобби наследных принцев?

– Я не всегда был таковым. У меня был брат. Рази.

Был… Жар в крови моментально утих, а его взгляд – словно в пустоту – отозвался болью в ее груди.

– Что случилось?

– Он умер, – последовал холодный и отрешенный ответ, словно удар молотком по металлу.

– О боже… Мне жаль…

Инстинктивно она протянула руку Кариму, но чувство самосохранения остановило ее.

– Я отвечал за жизнь и безопасность брата.

– Но он умер… Значит, ты не справился?

– Он погиб в автокатастрофе – и причиной тому было его бесшабашное вождение.

Это было все, что Карим собирался сказать ей, однако Клемми была уверена, что смерть его брата была вызвана чем-то большим, чем несчастный случай. Должно быть, было что-то еще – она поняла это по его плотно сжатым челюстям, по тому, как натянулась кожа на четко очерченных скулах. «Не допытывайся!» – казалось, кричала каждая мышца его лица.

– Я… – начала Клемми.

Но Карим уже смотрел на свои часы:

– Нам пора.

– Но мне надо сложить вещи.

– Ты думаешь, я во второй раз куплюсь на это? – Его губы исказила усмешка. – У тебя и так собрана сумка. – Он показал на небольшую сумку, которую она оставила у входа, когда вернулась. – Все остальное ты вскоре получишь. Набил позаботился о том, чтобы его невесте отправили одежду. Она ждет тебя в самолете.

Клемми представила, что за одежда это будет. Традиционные костюмы, закрывающие все тело. Да, дни свободы, с футболками, джинсами и распущенными волосами, сочтены. Уже сейчас дворцовые стены Растаана смыкаются вокруг нее.

– Понятно. – Смысла спорить не было. Карим не из тех, кто уступает. Она может голову разбить о стены коттеджа – ему и дела нет до нее. – Тогда поехали.

– Тебе придется убрать свою машину для начала, – заметил Карим. – Моя стоит на заднем дворе, так что ты закрываешь выезд. С другой стороны… – он взял с маленькой полочки ключ от ее машины, – лучше я сам. И не вздумай сбежать.

– Да я и не собиралась! Я только поехала к… – Клемми смешалась. – Я просила дать мне сутки, к тому же дала слово, что вернусь. И вернулась. И сбегать не собираюсь, ты должен мне наконец поверить.

К своему удивлению, Карим верил ей. По крайней мере, сегодня.

Вчера он был совсем другого мнения о Клементине. Но вчера он был зол, напряжен, слишком много мыслей роилось в его голове. А погоня за заносчивой невестой Набила не входила в его планы. Карим подозревал, что проблемы с сердцем у его отца возросли из-за смерти старшего сына и наследника. Если бы он не согласился с требованием Рази, а имел бы все данные по его передвижениям, его брат был бы жив…

Сегодня его настроение переменилось. И не потому, что Клементина вернулась. Эта новая, более спокойная девушка отличалась от строптивой дикарки, которая вчера открыла ему дверь и ускользнула от него при первой же возможности. Внутренний голос, или же инстинкт, подсказывал, что ей необходимо дать двадцать четыре часа, которые она вымаливала. Жучок определил ее местонахождение в Лилиак-Клоуз. Несколько запросов – и Карим установил, что она дружит с семьей, которая живет там. Вчера они праздновали день рождения своего сына. Карим решил дать Клементине шанс и не стал вмешиваться.

А когда она вернулась, что-то в его душе тоже изменилось. Что-то, что он не хотел выставлять напоказ. Не теперь, когда ему надо выполнить миссию и доставить невесту в Растаан, тем самым успокоив ее отца, – по крайней мере, в этом вопросе.

Они задерживаются менее чем на сутки. Пришло время отправиться в путь.

Но не тут-то было. Карим понял это секунду спустя. Он убедился в своих подозрениях, в очередной раз выйдя во двор. Машина Клементины увязла в снегу. Колеса до середины утопали в пушистом белом одеяле, а тропинку замело. Сад стал белым. Да, от ее авто сейчас мало проку. Хорошо, что у него полноприводный внедорожник. Если бы только удалось вывести его на дорогу. Но двигатель «мини» напрочь отказался заводиться. Каждый раз, когда Карим поворачивал ключ зажигания, слышался скрежещущий звук – последние вздохи старенькой машины. Она трещала и захлебывалась, а потом умолкла. Карим выругался и в отчаянии ударил ладонями по рулю.

– Какая-то проблема? – Клементина наклонилась к окну, нахмурив брови.

– Можно и так сказать. – Карим в очередной раз попытался завести машину. Но двигатель даже не пискнул. – Эту машину не сдвинуть. Не сегодня, уж точно, – неохотно признался он, посмотрев на темнеющее небо.

– Может, я сяду за руль, а ты толкнешь?

– Стоит попытаться.

– Хорошо. – Клемми поспешила к водительскому сиденью. – Пусти меня за руль, и я… Ох! – Она ступила на обледенелую тропинку, запорошенную снегом.