Любительница авантюр - Марион Леннокс

Пока бушевал циклон, они занимались любовью и перешептывались.

Когда наступило двухчасовое затишье, Мэри предложила осмотреть пляж и проверить, не выбросило ли на берег еще кого-нибудь. Но Бен знал, что никто не выживет при такой ужасной погоде.

Когда тьма и ветер снова обрушились на остров, Мэри и Бен опять укрылись под стеганым одеялом. Хайнц тоже был там. Время от времени маленький пес карабкался вверх, будто желая убедиться, что на месте не только ноги, но и голова его хозяйки, а потом опять устраивался в ногах Бена и Мэри. Он словно догадывался, что не должен вторгаться в их личную жизнь.

До встречи с Мэри Бен ни разу не чувствовал такого единения ни с одним человеком. По натуре он был одиночкой. На это повлиял неудачный брак родителей и благосостояние семьи. Бен стал финансистом по умолчанию – никто другой не смог бы заменить отца на посту главы огромной финансовой империи.

Бен оказался талантливым финансистом, и ему понравилось вращаться в мире, в котором не было места эмоциям. Он общался с утонченными людьми, а с женщинами заводил краткосрочные романы. Но ни одной из его подружек не удавалось влезть к нему в душу.

Однако это удалось Мэри. Как? Бен не знал, и сейчас ему было все равно.

Они разговаривали и занимались любовью, потом снова разговаривали, затем засыпали, крепко прижавшись друг к другу.

Бен разговорился о своем детстве и об изоляции, в которой оказался вместе с Джейком. Он поведал ей о проницательной няне, которая однажды сказала, что ему и Джейку не обязательно пытаться убить себя, чтобы родители их заметили. А потом няня печально прибавила:

– Ваши родители настолько погружены в себя, что не будут обращать на вас внимание, что бы вы ни сделали.

Бен говорил Мэри о том, как его мать хотела, чтобы дети развлекали ее и делали счастливой. О том, что в конце концов она покончила с собой. О том, что отец относился к ним жестоко и холодно. Теперь, лежа в теплых объятиях Мэри и наслаждаясь ее нежностью, Бен понимал, почему он и Джейк так вели себя в детстве.

Она внимательно слушала его, а он чувствовал, как броня вокруг его сердца постепенно рушится.

– Расскажи мне о роллер-дерби, – в какой-то момент сказал он.

Мэри необыкновенная женщина. Когда она улыбалась, Бену хотелось улыбаться в ответ. Его тело реагировало на все, что она делала.

– Роллер-дерби – это мой дом, – промолвила она, и он моргнул.

– Как?

– Ты служил в армии, – ответила она. – Роллердерби стал для меня подобием армейской службы. Милая маленькая Мэри, подавляемая властной мачехой и тремя сводными сестрами, меняется, когда надевает роликовые коньки. Мне кажется, я становлюсь такой, какой была бы, если бы моя мать не умерла.

– Значит, на роликах ты становишься Нахалкой Мэри.

– Громилой Мэри, – поправила она его. – Я могу делать все что угодно, когда вокруг меня моя команда. У меня появляется невероятная власть.

– И переломы.

– У меня нет ни одного перелома. Я маленькая, шустрая и умная.

Бен снова улыбнулся:

– И резкая?

– Тебе лучше в этом не сомневаться.

– Я хотел бы посмотреть, как ты играешь.

– Не получится. – Она посерьезнела.

– Ты найдешь другую команду.

– Другая команда, другой город, другая жизнь?

– Мэри, – он перевернулся и притянул ее к себе, – не думай о том, что будет завтра. Думай только о настоящем.

– Тогда мне нужно отвлечься.

– Я для тебя отличное отвлечение, – сказал он и поцеловал ее.

Когда Мэри проснулась, вокруг стояла тишина.

Бен обнимал ее, ей захотелось подольше оставаться в его объятиях.

– Мэри?

– Да? – Она взмолилась про себя, чтобы он замолчал. Ей не хотелось нарушать идиллию.

– Буря закончилась.

– Мы выжили, – сказала она.

Бен осторожно отстранился от нее и нежно поцеловал, а потом взял Мэри за плечи и посмотрел ей в глаза.

– Мы переждали шторм в замечательной обстановке, – произнес он, и она улыбнулась.

– Отвлекающая терапия? Этому обучали в школе медсестер. Она прекрасно работает.

– Мэри, если будут последствия…

– Их не будет. – Она говорила с уверенностью, которой не чувствовала.

– Я всегда приду тебе на помощь, – серьезно сказал Бен. – Где бы ты ни находилась. Если я тебе понадоблюсь…

– Если меня вынесет на пляж во время шторма?

– Я не шучу. – Он нежно коснулся губами ее пальцев. – Я твой на всю жизнь.

Мэри подумала, что он говорит о пожизненном долге.

– Нам нужно радио, – сказал он.

– С того момента, как я тебя нашла, радиосигнал отсутствовал. Я подозреваю, радиовышки на материке повреждены.

– Телефон? – произнес он без особой надежды.

– Не работает. Но я выключила свой мобильный, чтобы сохранить заряд батареи, поэтому, когда сигнал появится, я смогу позвонить.

Она увидела его облегчение.

– Обычно сигнал приема устойчивый?

– С более высокой части острова, где расположена хижина. – Мэри старалась сохранять самообладание, пытаясь игнорировать ощущение от его рук на своих плечах. – Я пойду на разведку, – сказала она. – Вместе с Хайнцем. Ему нужно размяться.

– Мы пойдем вместе.

– Нет, сэр, – сухо ответила она. – Ты видел, как распухло твое колено?

– Мне лучше.

– Еще нужно доказать, что у тебя нет перелома. Ты хочешь добраться до другой части острова и заработать смещение кости? Какая в этом польза?

– Мне нужно узнать, что случилось с Джейком, – сказал Бен.

Мэри уже знала, что все его внимание сосредоточено на самом главном человеке в жизни – брате-близнеце. Она села и уставилась на яркий утренний свет. Небо было ясным, ветер стих, и Мэри отчетливо увидела бухту с бирюзовыми водами.

– Прилив закончился, – произнесла она. – У меня есть пара часов, чтобы осмотреть большую часть пляжа. Оставайся здесь и поддерживай огонь, пока мы с Хайнцем обходим остров. Сначала мы проверим пляж, а потом выясним, что осталось от хижины.

Мэри старалась не смотреть в его лицо. Она пялилась на море, будто думала только о том, как найти причудливую ракушку.

– Интересно узнать, что выбросило на берег во время шторма, – сказала она равнодушным тоном.

Бена ей провести не удалось.

– Мэри?

– Не волнуйся. Твоего брата спасли.

– Спасибо. – Бен пытался ей верить, но продолжал думать о возможных наихудших сценариях развития событий. – Мэри, там были и другие.