Южная баллада - Барбара Макмаон

Хорошенькие дела! Ей придется просить разрешения у Халида, и легко представить, каким будет ответ. Может, ей удастся пробраться в дом тайком, пока его не будет? Хорошо бы где-нибудь обнаружили новое нефтяное месторождение; тогда понадобится консультация специалиста. Если Халид уедет на несколько дней, Джалила наверняка позволит ей сфотографировать стеклянные изделия в парадной гостиной. Это придаст дополнительную изюминку каталогу и, возможно, усилит интерес покупателей.

Элла отправилась в кровать; идеи переполняли ее и долго не давали уснуть. Однако оставался вопрос: осмелится ли она просить Халида позволить ей сделать фотографии в его гостиной?

Утром молодая женщина пожалела о том, что не прогулялась накануне. Она плохо спала, ворочалась и прокручивала в мозгу всевозможные сценарии разговора с Халидом.

Поспешно позавтракав, она оделась и, волнуясь, отправилась в хозяйский дом. Самое ужасное, что Халид может сделать, — отказать ей.

Джалила открыла дверь, как только Элла постучала.

— Я хотела бы увидеться с шейхом аль-Харумом, — сказала Элла, уповая на то, что хотя бы внешне выглядит сдержанной.

— У него посетитель. Подождите здесь.

Элла осталась в вестибюле. Вазы видно не было. Она заглянула в гостиную, но и там ее не нашла.

— Проходите. — Горничная пригласила ее в кабинет.

Войдя, Элла замерла от удивления. Ее встретили двое мужчин. За исключением одежды и шрама на щеке Халида, они были совершенно одинаковы.

— Близнецы? — пролепетала она.

Халид нахмурился:

— Вы что-то хотели?

— Познакомь нас, — произнес другой мужчина, протягивая ей руку.

— Мой брат, — представил его Халид.

— Ну, это очевидно. — Элла тоже протянула руку и улыбнулась. — Элла Понти.

— Рашид аль-Харум. Я так понимаю, вы арендатор.

Она кивнула:

— Причем нежеланный.

— Только потому, что я хочу продать поместье, — проворчал Халид. — Рашид, как и вы, пытается отговорить меня.

— Молодец. Ваша бабушка очень хотела, чтобы Халид поселился здесь. Если бы она на это не надеялась, отдала бы поместье на благотворительные цели.

— Дом слишком велик для одного человека, — в очередной раз повторил Халид.

— Так…

Он поднял руку, останавливая Эллу:

— Не продолжайте. Так что вы хотели?

Рашид взглянул на брата:

— Мне уйти?

Элла смутилась и покачала головой, увидев свою вазу в центре письменного стола Халида.

— Не стоит, — сказала она Рашиду. — Я всего лишь хочу попросить разрешения сделать фотографии моих работ в гостиной. Изделия нужно показать в элегантной и утонченной обстановке. В гостевом коттедже ничего подобного нет.

— Вы хотите фотографировать мой дом? — Халид был недоволен. — Ни за что.

— Не дом. Отобранные мной изделия я поставлю на стол или куда-то еще. Главное, чтобы покупатели могли представить, как вазы и чаши будут выглядеть в интерьере. А фон я сделаю немного размытым — это несложно.

— Используйте стол в своей студии.

— Нужна элегантность.

Он нахмурился:

— Не вижу…

— Никаких проблем, — закончил за Халида брат-близнец. — Я восхищен вазой и хотел бы увидеть другие ваши работы. Могу поспорить, ими захочет полюбоваться и Бетан.

— Она во всем идет у тебя на поводу, — проворчал Халид.

— Бетан? — спросила Элла.

— Моя невеста. Она кое-что переделывает на моей вилле, готовясь к свадьбе и переезду туда.

— Итак, внук-трудоголик женится. Разве бабушка не обрадовалась бы этой новости? — улыбнулся Халид.

— О чем ты? — удивился Рашид.

— Ни о чем, — вмешалась Элла. — Просто ваша бабушка однажды рассказала мне кое-что. Я рада за вас и вашу невесту. Объясните брату, как вы счастливы, и тогда он найдет себе кого-нибудь, устроит свою жизнь и оставит меня в покое, — поспешно добавила она.

— Забудьте об этом. Я никогда не женюсь, — прорычал Халид.

Рашид задумчиво переводил взгляд с Эллы на брата:

— Я… хм… должен уходить. Мы с Бетан приедем завтра, если вам удобно, Элла. Она с радостью посмотрит изделия из стекла. Халид, ты получишь то, о чем просил. Дай мне знать, если понадобится больше.

Кивнув обоим и едва заметно улыбаясь, Рашид удалился.

Элле очень не хотелось, чтобы он уходил. Ей было намного проще общаться с ним, чем с его братом.

— Так я могу воспользоваться гостиной? — спросила она.

— А если я откажу? — поинтересовался он, небрежно присев на край стола.

— Тогда я буду донимать вас до тех пор, пока вы не согласитесь, — смело бросилась она в атаку. — Возможно, мне удастся продать несколько работ быстрее, чем я предполагала. Тогда я освобожу вас от своего присутствия раньше.

— Насколько раньше?

— Не знаю. Возможно, мне хватит пяти дней.

Халид изумленно воскликнул:

— Разве я могу отказаться от такого предложения?!

— Спасибо. Я укажу ваше имя в каталоге, поэтому всем станет известно, как вы помогли мне.

— Нет. Никакой публичности.

Элла собралась протестовать, но затем мудро согласилась:

— Ладно. Сейчас у меня остывает пара ваз. Как только они будут готовы, я начну съемки.

— Вчера ночью вас не было на пляже, — заметил он.

— Мне, хм, нужно было пораньше лечь спать. Предстоял тяжелый день.

— Чем планировали заняться?

— Прийти к вам и попросить у вас… гостиную, — не слишком внятно пояснила она.

Халид смотрел на нее.

Элла разволновалась и оглядела комнату:

— Почему моя ваза оказалась здесь?

— Я полагал, что она принадлежит мне.

— Понятно. Мне следовало спросить: почему ваза, которую я сделала, находится здесь, а не в вестибюле?

— Я хотел ее рассмотреть. Она мне нравится.

Элла удивленно моргнула:

— Правда?

Халид вновь изумился:

— Разве я что-то не так сказал?

— Я просто не могла предположить, что вы…

— Способен оценить красоту?

— Я не это имела в виду.

— Вряд ли я дождусь от вас похвалы.

— Вы знаете о том, что ужасно несносны? — с вызовом бросила Элла.

— Такую характеристику мне еще не давали. Так вы придете сегодня ночью на пляж? — осведомился он.