Шалый малый - Екатерина Вильмонт

– Полька, это ты так шутишь? – жалобно пролепетала Настя.

– Какие уж тут шутки. Но я все же почему-то думаю, что он жив.

– И что, в лесу заблудился?

– Нет. Просто он решил, что не будет нас подставлять.

– То есть он типа настоящий мужик? А разве они в жизни бывают?

– Хотелось бы надеяться. Ну, все. Поехали! Ждать дальше бессмысленно.

– Ну, давай еще полчасика подождем, – взмолилась Настя.

– Давай! – легко согласилась я.

Мы прождали еще час. Незнакомец не появился.

– Ладно, поехали, не придет он... – всхлипнула Настя. – Какая ты хладнокровная, Полька, я даже не думала.

Если б она знала, какая буря бушевала у меня внутри!

– А как ты думаешь, вернее, как тебе кажется, он жив?

– Честно? Я в этом почти уверена.

И мы уехали. На дороге бабки торговали яблоками и грибами. Я купила еще грибов. И в частности кучку лисичек. Для мужа. Пусть попробует.

Когда я вошла в квартиру, Вадима еще не было. Я сразу взялась за грибы. Через минут двадцать Вадим позвонил.

– Поляш, ты уже дома?

– Да, недавно вернулась, грибы чищу!

– Неужто набрали?

– Да, и немало! А ты скоро будешь?

– Боюсь, что не раньше, чем через час-полтора. На третьем кольце застрял.

– Зато к твоему приезду будут готовы грибы.

– Здорово! Даже слюнки потекли.

Лисички я приготовила отдельно, на небольшой сковородке.

Вадиму лисички безумно понравились.

– Поляш, а ты чего какая-то возбужденная?

– Возбудишься, когда столько грибов! Это такой сумасшедший кайф!

Рассказывать мужу о приключении в лесу нет смысла. Он только испугается за меня, зачем его тревожить? И вообще, этот эпизод лучше забыть. Моя совесть чиста. Я, безусловно, спасла человеку жизнь, по крайней мере, на том этапе. А что там дальше... Я готова была и дальше ему помогать, но он не захотел. Или не смог? Наверное, я никогда об этом не узнаю. Но какие синие у него глаза... Интересно, я смогла бы узнать его на улице? Я не помню его лица... только глаза... Почему-то вдруг в памяти всплыла строчка из песни: «И только небо в голубых глазах поэта...» Но этот человек вряд ли поэт. Поэты, как правило, не бегают по лесам от киллеров. Да и кому придет в голову заказать поэта? Поэты отнюдь не герои нашего времени. Нашего сугубо прагматичного и почти напрочь лишенного романтики времени.

Прошло недели две. Вадим вернулся с работы в приподнятом настроении.

– Поляш, тебе светит очень крупный заказ!

– Откуда? – удивилась я.

– Шеф меня сегодня вызвал и спросил, не согласишься ли ты оформить свадьбу его любимой племянницы. Я сказал, что почтешь за честь...

– А он что, видел мою работу?

– Не знаю, может быть. Или кто-то ему тебя рекомендовал. Но там свадьба на двести человек.

– Кошмар какой!

– Но тебе же не надо там гулять...

– Это да! К счастью. А когда мероприятие планируется?

– В начале ноября.

– Нормально. Годится.

– Я так ему и передам. Он с тобой свяжется.

– Хорошо. А он меня на правах твоего шефа с деньгами не кинет?

– С ума сошла! Он приличный человек!

– Слушай, Вадь, а ты от него никогда не слыхал такого словечка «красава»?

– Красава? Что за идиотские выдумки?

– Да нет, это я так...

– Нет, ты все же объясни, что ты хотела этим сказать?

– Да ничего. Просто меня в начале моей работы кинул один тип, который всех девушек называл красавами. Я это в шутку спросила.

– Идиотские шутки! – обиделся за патрона Вадим.

– Признаю, глупо пошутила.

Вероятно, Адочка все-таки обозналась. Ведь столько лет прошло, да потом от таких привычек очень трудно избавляться. Ну, если «красава» не его словечко, то, скорее всего не кинет.

На другой день мне позвонила племянница Юлиана Григорьевича. Значит, придется иметь дело с ней. Меня это только обрадовало. Зачем лишние контакты с шефом мужа?

Племянницу звали Кристиной. Мы встретились, как обычно, в кафе. Девушка мне сразу понравилась. Не слишком красивая, но лицо умное, приятное.

– Здравствуйте, Полина! Я столько о вас слышала. И просто счастлива, что вы согласились.

– Давайте, Кристина, обсудим все. Мне очень важно знать, есть ли у вас какие-то определенные пожелания?

– Если честно, нет. Просто чтобы было красиво... Я, Полина, вообще не очень понимаю, зачем столько народу звать на свадьбу. Но дядя настаивает. Он дает деньги... Он хочет, чтобы все было по высшему разряду. А я не знаю...

– Ну, хорошо, значит, определенных пожеланий нет. А какие-то предпочтения есть?

– Какие предпочтения?

– Ну, какие цветы вы хотите, а каких не хотите. Какой общий цвет вам нравится? Платье у вас, какое будет?

– Ну, такое... не очень пышное, цвета слоновой кости...

Кристина была темненькая, черноглазая, и я вдруг подумала, что больше всего ей подошли бы анютины глазки.

– Кристина, а как вы относитесь к анютиным глазкам?

Она вдруг расплылась в улыбке.

– Как вы угадали? Это мои любимые цветы! Но сейчас ведь не сезон...

– Это уже моя забота. Предлагаю украсить стол анютиными глазками, а в зале...

– Полина, – грустно сказала она, – я боюсь, что дядя не поймет... это ведь скромные цветы...

– Не волнуйтесь. Все будет достаточно роскошно, просто анютины глазки будут как бы основной темой, так сказать, лейтмотивом. И букет невесты тоже будет с анютиными глазками.

– Ох, как здорово! Знаете, у меня есть любимое платье – кремовое с разными анютиными глазками. Я в нем с Сергеем и познакомилась. И он сразу в меня влюбился, так что он тоже будет рад.

– Отлично, от этого и будем танцевать. А на столе анютины глазки – это очень удобно. Они не будут мешать.

Я сама страшно обрадовалась. Мне еще не приходилось работать с анютиными глазками и показалось, что это очень интересно.

Мы обсудили все детали предстоящего торжества. И расстались очень довольные друг другом. Едва я села в машину, позвонила Настя, вся в слезах.

– Полька, ты не представляешь... – рыдала она, – я просто не знаю, что делать...

– Настя, кончай реветь! Говори, что стряслось? – У меня вдруг мелькнула мысль, что она была на даче и там узнала, что нашего синеглазого убили. – Настя, не тяни кота за хвост!