Ловушка для орла - Симона Вилар

От нахлынувших мыслей у него раскалывалась голова. Он старался думать о завтрашнем сражении, но теперь даже это не помогало. Королевства падают и вновь расцветают, мир существовал и до его знакомства с Мойрой, как будет существовать и в дальнейшем… Но если с Мойрой случится беда, если ее в чем-то уличат… Дэвид понимал, что просто не сможет жить с таким грузом вины.

В тот момент, когда он, забыв о благоразумии, уже готов был выбраться из подземелья и с риском для жизни начать поиски любимой, крышка люка наверху стукнула и кто-то почти свалился вниз. Слышалось бурное, со всхлипыванием дыхание. Но этого хватило Дэвиду, чтобы узнать ее. Мойра!

И все же он сначала выглянул наружу, осмотрелся по сторонам и прикрыл крышку корзинами и мусором, в спешке разбросанным Мойрой. И уже потом, в темноте подпола, обнял ее, вырвавшуюся их рук леди Ависии и прильнувшую к нему.

– Дэвид! Это было ужасно! Он узнал меня… Я толкнула короля Шотландии! Там такое началось!..

Он успокаивал ее, гладил по коротким растрепанным волосам, прижимал к себе, едва не оттоптав ей ноги своими жесткими сапогами.

Тут рядом прозвучал почти спокойный голос Оданеля:

– Мойра, когда вы пробирались сюда, вас никто не видел?

Существенный вопрос, учитывая, что от этого зависели их жизни. Она не отвечала. Она просто не знала. Но если их не обнаружат в ближайшее время, значит, они спасены.

Дэвид продолжал обнимать Мойру, и в конце концов их оставили вдвоем, сообразив, что Майсгрейв лучше других сможет успокоить взволнованную женщину. Ее еще трясло, но у него в руках она постепенно стала успокаиваться, дыхание понемногу выравнивалось.

И лишь через время, не повышая голоса, Мойра поведала, что случилось.

Оказывается, она давно отпустила служанок, сославшись на то, что недомогает и хочет поспать. Сама же облачилась в одежду пажа, чтобы, как только стемнеет, выскользнуть из покоя. Но сделать это было непросто: в башне стоял непрерывный гул, люди то приходили к Якову, то уходили, английских слуг поблизости не было, и Мойра опасалась, что кто-нибудь потребует к себе невесть откуда взявшегося мальчишку-прислужника. Она могла бы подняться на стену и спуститься из башни часовни, но там из-за пожара толпилось столько народу, что пришлось отказаться от этой затеи. И она ждала. А потом услышала шаги короля.

Покои Якова в донжоне располагались ниже ее комнаты, он поднимался к ней обычно по винтовой лестнице, когда ему заблагорассудится, и Мойра, чтобы избежать его домогательств, оставляла ночевать у себя леди Ависию или служанок. Но в этот раз она была одна, когда услышала звон доспехов поднимавшегося короля. С того дня, как был захвачен Форд, Яков еще ни разу не посещал ее в полном боевом облачении, но в этот раз, услышав тяжелую поступь его металлических соллеретов^[66], Мойра, как была в одежде пажа, запрыгнула в постель и укрылась до подбородка одеялом. На голову она успела водрузить обшитый рюшами ночной чепчик и так лежала, когда король, громыхая сталью, вошел в ее комнату. Несмотря на то что Яков был облачен в латы с головы до ног, он весьма изящно опустился на колени у ее ложа, стал умолять простить его за вторжение, ибо он пришел проститься перед тем, как отправиться в лагерь. Завтра его ждет блестящая победа, уверял король. Но когда Мойра стала желать ему всяческих успехов и просить удалиться, Яков неожиданно рассердился, а потом сказал, что слишком долго ждал и что леди должна провести с ним ночь, как и полагается поступить даме, провожающей рыцаря на битву.

– Это была долгая и неприятная беседа. Яков был так распален похотью, что, казалось, прямо в полном воинском облачении уляжется ко мне в постель. Он уверял, что ждал достаточно долго, что над его ухаживаниями уже все посмеиваются. О небо, я не думала, что Яков в этой своей стали будет так распален желанием. Он сказал, что прямо сейчас позовет оруженосца, дабы ему помогли снять доспехи. И уже шагнул к двери, когда я потянулась, чтобы удержать его, приподнялась и… И тут с меня спал этот чепец!.. Я даже не сразу обратила на это внимание, пока не увидела, как странно смотрит на меня король. Яков и ранее то и дело повторял, что мое лицо ему кажется знакомым, а тут вдруг сказал, что я похожа на ангела. О, как же при этом изменилось его лицо!..

И тогда я вскрикнула, вскочила и сильно толкнула его. Он был такой огромный и тяжелый в латах, но за его спиной стояла дубовая прикроватная скамеечка, что и спасло меня! Пошатнувшись, король зацепился за нее и не устоял на ногах. Он падал, когда я выскочила из покоя, я слышала сзади страшный грохот, видела в конце прохода каких-то людей, но, уже ничего не соображая, кинулась сюда. Я мчалась что было духу, и они не заметили, куда я проскочила. Уже темнело, да еще это столпотворение из-за пожара…

– Но они точно не заметили, как ты забежала в подвал? – спросил Дэвид.

Мойра в ответ только и могла сказать, что была в такой панике, что ничего не замечала. Просто смешалась с толпой во дворе, потом заскочила под широкую лестницу и стала искать, где должен быть лаз.

Дэвид сказал:

– Если за столь продолжительный промежуток времени сюда никто не явился, думаю, все обошлось.

При этом он проверил рукоять меча и постарался представить, насколько узок проход, чтобы убить первого же, кто попытается проникнуть сверху. По крайней мере, дешево свои жизни они не отдадут.

Однако время шло, и все оставалось тихо. Лишь порой со стороны, где находился колодец, можно было различить какие-то голоса, далекий гул. Оданель молился, леди Ависия вторила ему, как и остальные присутствующие. Они сидели в этом подземном тупике, не имея возможности ничего сделать и понимая, что им остается только ждать.

Несмотря на полный мрак, со временем их глаза настолько привыкли к темноте, что они уже могли различать силуэты друг друга. И леди Ависия заметила, что ее переодетая пареньком внучка устроилась в объятиях Майсгрейва. Старая леди негромко и прямо спросила:

– Вы любите мою внучку, сэр? Вы привезли ее издалека, и она в положении. Вы готовы признать, что она отдала вам свою честь и носит вашего ребенка?

Дэвид не стал ничего скрывать. Да, он всем сердцем любит Мойру Герон, она носит его дитя, и, если с Божьей помощью они вынесут уготованные судьбой испытания и затем настанут мирные времена, он лично приедет в Форд-Касл, чтобы просить ее руки. И тут же сообщил, что его жена леди Грейс умерла. Это был несчастный случай, пояснил он притихшим слушателям. Но теперь он свободен и надеется, что сможет соединиться с той, что мила его сердцу.

Странно это было – строить планы на будущее, когда никто из них не знал, сколько времени им придется провести в этом подземном укрытии и чем все закончится. Пока же они ждали – во мраке и безвестности. Ждали долго, так им казалось. Кое-кто стал даже подремывать, утомленный напряжением. А потом раздался глухой гул, переросший в грохот, и с низкого свода посыпалась земля.

– Что это, во имя Пречистой Девы?! – воскликнул кто-то.