Венец судьбы - Бертрис Смолл

Доминус и домина буквально разинули рты от удивления.

— Как ты заставила меч говорить? — наконец спросил Кадарн.

Лара рассмеялась:

— Андрасте говорит сама, милорд. Мне ничего не нужно для этого делать. Ее выковал для меня великий мастер меча принц-тень Лотэр.

— Магия здесь не приветствуется, — сказал Кадарн, и его жена с готовностью закивала, подтверждая его слова.

— Тогда, может, мне уйти? — язвительно спросила Лара. — Может, мне закрыть Золотой туннель, только что открытый в ваших садах, чтобы жених с невестой могли беспрепятственно прибыть сюда прямо из Хетара и чтобы и вы, и семья Агасферус могли от души похвалиться собственным торжеством? О, я вижу, гости уже собрались!

Лара улыбнулась изумленной паре.

— Ты не могла одеться хотя бы как вдова доминуса? — проворчал Кадарн.

Лара бросила на него холодный суровый взгляд:

— Я одета именно так, как должна быть одета фея — вдова Магнуса Хаука. Ты никогда не знал той женщины. Ты знал только безропотное создание, которое изо всех сил старалось не тревожить жену своего сына и его наследников, для чего притворялось тем, кем не было на самом деле, — смертной. Я не смертный человек, Кадарн. Я фея! Ты должен быть рад, что я оказала тебе честь в этот знаменательный день, ибо уже завтра я уйду отсюда навсегда, а вместе со мною и весь мир магии, который когда-то хранил и благословлял этот мир. Единственное, что я могу оставить вам, — так это надежду на то, что однажды Свет все-таки восторжествует снова, так как Тьма не может господствовать вечно. А теперь, домина, идите и поприветствуйте молодую пару, ведь они уже прибыли и должны быть как следует подготовлены к церемонии. Вот-вот наступит рассвет.

Лара повернулась и пошла навстречу Калигу и своей дочери Марцине, которые только что вышли из Золотого туннеля.

Гости из Хетара, проходя через туннель, который считали большим коридором в дворцовые сады доминуса, испытывали изумление и благоговейный трепет. Входя в этот проход из роскошной ротонды в особняке Груджина Агасферуса, они не могли оторвать глаз от стеклянного потолка, сквозь который наблюдали небо, залитое светом заходящего солнца. Не торопясь они доходили до широкого, изысканно украшенного зала в середине туннеля, восхищались его совершенством и изяществом и по-прежнему смотрели наверх. Небеса над ними прямо на глазах становились все темнее, превращаясь в ночной небосклон, усыпанный мириадами мерцающих звезд, которые вскоре начинали гаснуть, предвещая рассвет. На выходе их встречали и спешили проводить на места слуги в ливреях. Здесь их окружали осенние сады во всем своем благоуханье.

Некоторых из гостей просили следовать за старшими слугами. Семью Агасферус, Палбена и его жен, Повелителя Сумерек, Марцину, Калига и Лару отвели во дворцовые ванные, где они присоединились к гостям из Теры. Через открытую галерею они могли наблюдать, как в небе смешивались все оттенки цветов — бледно-розовый, персиковый, лавандовый и зеленый постепенно переходили в насыщенные красные, золотые, охристые и пурпурные тона. И вдруг над темным, окаймленным полоской света горизонтом появилось алое солнце.

С Ваклара и Йамки сняли их свадебные наряды. Служители ванн предоставили собравшимся гостям возможность осмотреть жениха и невесту, чтобы убедиться, что они здоровы и готовы к свадьбе. Несмотря на то что всех предупреждали об этом обычае, гости из Хетара смотрели на ритуал с некоторым неодобрением. Однако они тихо стояли среди теран и смотрели, как молодую пару купают у них на глазах. Затем внесли традиционные теранские свадебные одеяния. Хетарианцы сочли их довольно простыми и строгими.

Йамку облачили в длинное платье белого шелка без рукавов. Юбка была плиссированной, испещренной множеством узких складок. Вырез едва скрывал ключицы, а талию ее опоясывала тонкая золотая цепочка. Длинные темно-каштановые волосы с золотистым отливом были убраны в одну толстую косу, переплетенную золотыми лентами, на ногах невесты были золотые, украшенные самоцветами сандалии. Наряд Ваклара соответствовал облачению его невесты. На нем была белая шелковая туника до колен, полы ее ниспадали мягкими изящными складками. На поясе — также золотая цепь, а на ногах золотые сандалии. На шее — массивная золотая цепь с рубиновой подвеской с высеченным на ней знаком наследника престола Теры.

Когда все вернулись в сады с чудесным видом на фьорд, домина Паулина украсила голову своего сына-жениха и его невесты венками из разноцветных осенних цветов. Она соединила их руки, и епископ Храма Великого Создателя начал незамысловатую церемонию.

— Ваклар, сын доминуса Кадарна и домины Паулины, внук доминуса Амхара, правнук доминуса Таджа, праправнук доминуса Магнуса и прапраправнук доминуса Эйнара из клана Хаук, и Йамка, дочь Кавы и его жены Аханы, внучка Груджина Агасферуса и его жены Камиллы, согласны ли вы принести клятву быть друг другу верными мужем и женой?

— Да! — громко ответил Ваклар.

— Да! — вторила ему Йамка.

— Перед лицом Великого Создателя и всех нас нарекаю вас мужем и женой, принц Ваклар и леди Йамка! — провозгласил епископ. — Великий Создатель благословляет ваш союз и дарует полный дом детей и много счастья на долгие годы вашей семейной жизни. А теперь поприветствуйте гостей!

Чета повернулась к гостям, которые тотчас встретили их всеобщим ликованием.

— Что ж, теперь вы объединились с Хетаром публично, хотя когда-то уже сделали это тайно, — шепнул Колгрим Ларе на ухо. — Вы только облегчили этим мою задачу, дорогая матушка. Спасибо вам за это.

— Я сделала все, что могла, чтобы спасти этих несчастных смертных, которых ты вот-вот поглотишь своей Тьмой. Но помни, Колгрим, Тьма не будет господствовать вечно.

— Вы говорите это, но даже сами не уверены в том, что ваши слова не пусты и хоть что-то значат, — сказал Повелитель Сумерек. — Я одержу победу над Светом. А когда придет время, я завоюю и Бельмаир и пойду походом во Вселенную в поисках новых миров, которые смогу подчинить себе.

— А как же твой сын, который уже живет во чреве Ниуры? Он будет терпеливо ждать своей очереди править, пока ты, Колгрим, играешь в великого завоевателя? — язвительно спросила Лара. — Помни, в венах этого ребенка течет кровь Юси от двух родителей и имеет двойную силу. Однажды он станет гораздо сильнее тебя, особенно если твоя прекрасная хетарианская жена сохранит дар Уллы. Ведь она не передала тебе свои силы, не так ли? Как и все хетарианцы, Ниура отличается алчностью, сын мой.

— Она не знает, как использовать свой дар, — возразил Колгрим.

— А это не будет иметь никакого значения, если ты этого дара не получишь, — парировала Лара. — Бедняжка!

Колгрим рассмеялся:

— Да, мама, вы фея, но жилка зла и жестокости в вашем сердце приводит меня в восторг.

— Это есть в каждой фее, Колгрим, а некоторые из них обладают весьма строптивым нравом, — ответила Лара, взяв его за руку и уводя в толпу гостей, подальше от Марцины.