Свет мой зеркальце, скажи… - Екатерина Риз

Я едва дождалась Роминого возвращения с работы, чтобы поделиться с ним своим возмущением. Возмущение было глупое, я сама понимала, что не должна так реагировать, но поделать с собой ничего не могла. Раньше делиться было не с кем, Свете я обо всех своих запутанных семейных секретах не рассказывала, и переживала всё в себе. А теперь у меня Рома появился. И он не спорил, слушал и со мной соглашался.

— Ты представляешь себе эту встречу родственников? — тараторила я сгоряча, ставя перед Романом Евгеньевичем тарелку с горячим ужином. Тот вилку взял, принялся за еду, но кивать не забывал. А мне только это и нужно было. — И она ведь прекрасно знает, что я не приеду. Ни в свадебное путешествие, ни просто в гости. Она ни разу даже не представила меня моим братьям.

И мужу тоже. Но в гости зовёт. Я этого никак не понимаю!

— А Лада, значит, ей не звонила?

— Говорит, что нет. Но уверена, что та в Таиланде. — Я снова недобро хмыкнула, руку в бок упёрла. — И она меня ещё воспитывать принялась! Как это я так неожиданно замуж надумала выходить? Это опасно, необходимо всё взвесить, хорошенько обдумать!.. А сама она думала, когда скакала из брака в брак?

— Липа, успокойся.

Я остановилась рядом с Ромой, почувствовав его руку на своём бедре. Заставила себя выдохнуть, даже глаза на пару секунд закрыла.

— Прости. Я даже не понимаю до конца, из-за чего я так злюсь на неё.

— Думаю, я бы тоже злился. А ты у меня мнительная, так что ничего удивительного. Съешь котлетку?

Я глаза опустила, встретила Ромкин умильный взгляд.

— Ром, если я буду все неприятности котлетками заедать, ничего хорошего из этого не выйдет.

Тебе вкусно?

— Очень.

— Я рада. — Я наклонилась и поцеловала его в макушку. Волосы начали отрастать, Роман Евгеньевич уже не выглядел бритым крепышом из девяностых, и меня это радовало. Но необходимо было как-то убедить его, что стричься «в казарме» под машинку ему уже не по статусу. Необходимо найти подходящего мастера, и заняться этим в ближайшее время.

Следующий день я провела в магазинах. Нужно было подобрать к платью туфли, сумочку, в моём гардеробе пока было слишком мало вещей, и Роман Евгеньевич настаивал, что я должна его пополнить. Настолько, насколько мне хватит энтузиазма. Я про себя добавляла: «И совести». Судя по количеству чемоданов, что пылились теперь в нашем гараже, у Ладки совести не было совсем, и банковской картой Романа Евгеньевича она пользовалась вовсю. А я всё на цены посматривала, по привычке, выбирала, поэтому покупки занимали достаточно много времени. Но Денис, слонявшийся за мной по торговому центру, совсем не жаловался. Отстал от меня шагов на пять, за всё утро не проронил ни слова, и только сканировал всех попадающихся встреч людей своим фирменным взглядом. И кто после этого поверит, что он просто мой водитель? Я же не дура. Но каждый раз, когда меня накрывало возмущение, я вспоминала про его жену и детишек, и раздражение проглатывала. Да оно и таяло тут же. Пусть ходит, что мне, жалко?

В какой-то момент меня окликнули. Окликнули требовательно, даже сердито. Я остановилась, обернулась на мужской голос, и почти сразу увидела знакомое лицо. Я его сразу узнала, как Рома тогда его назвал: рекламный агент Лады. Узнать, я его узнала, а вот на то, чтобы вспомнить имя, понадобилось некоторое время. Пока мужчина поднимался на эскалаторе и шёл мне навстречу, я себя поторапливала, напрягала память, а вспомнила только тогда, когда Денис преградил ему доступ ко мне, и Аркаша — Аркаша! — остановился, будто споткнулся, и уставился на моего телохранителя.

— Денис, всё в порядке, — сказала я, а когда тот отступил в сторонку, перед этим смерив Аркадия подозрительным взглядом, я приветливо улыбнулась и поздоровалась: — Привет.

— Привет? — Аркаша переспросил, затем оглянулся на Дениса. Ещё сильнее нахмурился, а ко мне обратился с возмущённым свистом. — Привет? Это всё, что ты хочешь мне сказать?

Я глядела на него в лёгком недоумении.

— А что такое?

— Липа, ты где была?! Твою мать.

После этих слов я решила нахмуриться.

— Причём здесь моя мать?

— А у меня больше не осталось слов! — Аркаша взял меня под руку, совсем не мягко и не дружески, и отвёл немного в сторону. Всё опасливо косился на Дениса, который глаз с него не спускал. Потом попытался меня от охранника своей спиной загородить, но Аркаша, в своей розовой стильной рубашке, с модной причёской, явно себе льстил. — Я не стал спорить, когда твой Роман, чтоб его, Евгеньевич увёз тебя на море неожиданно. Да и как с ним поспоришь? Но вы оба взяли и пропали. Ты даже не соизволила мне сообщить, что вернулась!

— Аркаша, прости, пожалуйста. Я, если честно, немного отвлеклась. И забыла позвонить.

Он глупо таращился на меня.

— На что ты отвлеклась, Липа?

Я подумала, как лучше ответить, после чего сказала правду:

— На Рому.

Аркаша отступил на шаг, руками развёл.

— И что это, чёрт возьми, значит?

— Я не смогу больше работать. Извини.

— Не сможешь? — Он, кажется, подавился моими словами. А глаза на меня вытаращил уже просто страшно. — Ты с ума сошла?

— Тише, — попросила я. — И я не сошла с ума, всё очень серьёзно.

— Да я вижу, что серьёзно, — зашипел он на меня. Незаметно ткнул в Дениса пальцем, чтобы тот не видел. — Вижу, что серьёзно. Язва поэтому машину в салон вернул? Под замок тебя посадил?

— Во-первых, не нужно называть моего мужа дурацкими кличками, — добавив в голос строгости, попросила я. — А, во-вторых… во-вторых, Аркаша, когда-то мне пришлось бы делать выбор. Мы с Романом Евгеньевичем ездили отдыхать. — Я принялась фантазировать с серьёзным лицом. — Мы много говорили, обсуждали наши отношения, и пришли к выводу, что над нашим браком необходимо работать.

Аркаша смерил меня внимательным взглядом.

— Он тебя бил?

— Ты обалдел?

— А почему ты так со мной говоришь?

— Потому что я решила стать другим человеком. Аркаша, я… мужа люблю! И не хочу, чтобы он меня бросил. А всё к этому шло. Ну, не может быть у такого серьёзного человека жена… моделью! Лицо которой на постерах вывешивают. Нужно думать о будущем. А какое будущее у модели автосалона? В двадцать семь лет! Вот скажи мне!

— Липа, мы же в Москву собирались… Мы на контракт рассчитывали!

Я изобразила печаль.

— Одно дело рассчитывать, а совсем другое его получить.

Аркаша в ужасе зажмурился, затем снова на меня посмотрел.

— Что он с тобой сделал?

— Ничего он со мной не делал, — твёрдо и чётко проговорила я. — И нечего из моего мужа монстра делать. За собой все последите!

Я хотела развернуться и уйти, но Аркаша меня за руку схватил. Видимо, ещё питая какие-то надежды.