Радуга завтрашнего дня - Бертрис Смолл

— Но ей еще и одиннадцати нет! — воскликнул Патрик.

— До чего ты похож на моего отца! Все как я и думала, — вздохнула Жасмин. — Ты так обожаешь ее, что не замечаешь, как быстро летит время. Не успеешь оглянуться, как она будет валяться в вереске с первым попавшимся молодым жеребцом, и лишь потому, что никого лучше не видела, а ты не позаботился найти для нее подходящего жениха. Ну так вот, я этого не допущу. И не желаю, чтобы эта изысканная красота была потрачена даром, на какого-то деревенского олуха!

— Но ты ведь не согласна с ней? — в отчаянии обратился Патрик к жене.

— Целиком согласна. Дайана — истинная Лесли, Патрик. А я, несмотря на свой титул, навсегда останусь Броуди, Моя мать умерла, когда я была в возрасте Дайаны, и во что же я превратилась? В совершеннейшую бродяжку! Даже бедная Уна не могла со мной совладать! И если бы тебе не понадобился Брей, мы так бы и не нашли друг друга. Я не могу дать Дайане все необходимое, для того чтобы она вступила в брак, подобающий старшей дочери герцога Гленкирка. Зато твоя матушка — женщина светская, и я крайне благодарна ей за то, что она взвалила на себя нелегкое бремя. Разве не помнишь, во что превратилась Сабрина под нашей опекой? Взгляни, какой элегантной дамой она стала сейчас! И сделала прекрасную партию, выйдя за графа Линмута. А какие у них прелестные детишки! Я хочу того же для Дайаны, а когда-нибудь и для Мэйр. Они обе — настоящие Лесли. Что же до Сорчи… она Броуди, и это сразу видно, несмотря на то что она еще совсем мала.

Останется в наших горах и найдет себе хорошего человека А может, когда-нибудь отправится в Новый Свет со своими братьями.

Серебристые глаза встретились с бирюзовыми.

— Да, возьмите к себе Дайану, и я рада, что она будет под вашим присмотром.

Жасмин взяла руку Фланны в свою, — Пусть тебя и не наделили светскими манерами, дочь моя, но в тебе есть то, чего не дано многим знатным и утонченным людям: благородство духа, самое ценное, что есть в женщине. Мы встретились только этим летом, дорогая, но я вижу, какой прекрасной женой ты стала моему сыну. И каких детей ты ему дала. Пять сыновей и три дочери! Как, должно быть, звенят стены Гленкирка их звонкими голосами и как много это значит для их отца! Выбери я сама жену Патрику, наверное, не смогла бы найти девушку лучше! И пусть он женился на тебе из-за корысти, все обернулось к лучшему.

— Когда ты хочешь получить Дайану? — обреченно спросил герцог, очевидно, смирившись с неизбежным.

— Немедленно, — коротко ответила мать. — Ей не обязательно возвращаться в Шотландию вместе с вами. Отныне ее домом станет Королевский Молверн, до того дня, когда она пойдет к алтарю.

— И Чарли не станет возражать? — уцепился за последнюю соломинку Патрик. Иногда его мать бывает чересчур властной и даже в семьдесят три года все еще помнит, чьей была дочерью.

— Чарли в полном восторге, и Барбара тоже, — заверила Жасмин, — тем более что Фредди в Оксфорде, а Уилли — паж на королевской службе, и они совсем заскучали. Неплохо иметь в доме молодую родственницу, и Дайана сможет стать идеальной компаньонкой Синаре. Девочки почти ровесницы, и всякий может видеть, как они похожи друг на друга! Жена Чарли — дама воспитанная и элегантная, и Дайана многое может от нее перенять.

— Но, судя по словам Чарли, мадам Скай считала, что герцог Ланди не может жениться на дочери херефордского торговца, — поддразнил Патрик.

— Первым браком, возможно, — парировала Жасмин. — Но Бесс давно в могиле, а ее дети выросли. Чарли любит Барбару настолько, чтобы узаконить их дочь. Они уже давно немолоды, и обоим нужна опора. Я благословила их свадьбу в июне. И рада за Синару. Она, подобно Дайане, должна занять подобающее ей место в обществе.

— Значит, ты все уже устроила, верно, матушка? Отем со своим Габриелем и близнецами… Кстати, очевидно, близнецы — фамильная особенность рода Лесли. Кажется, у моей бабушки тоже были близнецы? Да, припоминаю, именно близнецы. Генри со своей семьей благополучно пережил правление Кромвеля, как и все мы, и теперь наша жизнь течет мирно и размеренно. Больше никаких приключений, верно, ма? — хмыкнул Патрик. — Интересно, что подумала бы мадам Скай, если бы увидела всех своих потомков, — собравшихся в Королевском Молверне, топчущих ее газоны, знакомящихся, заключающих брачные договоры и впервые сознающих, как мы все похожи! Наверное, была бы в восторге!

— Наверное, — кивнула Жасмин. — Она из тех женщин, для которых семья — это все. Но, Патрик, не стоит волноваться за Дайану. Она будет здесь счастлива, а я о ней позабочусь. Кроме того, со своим громадным выводком вы и не заметите ее отсутствия.

— Еще как замечу, — пробурчал герцог Гленкирк, хотя в глубине души сознавал правоту матери. Леди Дайана Лесли — прелестный ребенок, который когда-нибудь станет прелестной женщиной. И ей место не в горной глуши, а при дворе, где она привлечет внимание богатого, влиятельного жениха.

Или короля. — Но ты научишь ее отвергать непристойные предложения мужчины, будь он даже самым могущественным джентльменом в королевстве? — нервно спросил он.

Фланна рассмеялась и погладила большую руку мужа.

— Уж она не будет наивной гусыней вроде ее матушки, верно, Патрик? Получит должное воспитание л станет настоящей леди.

Жасмин тоже засмеялась, ибо теперь знала истинную историю отношений Фланны с юным королем Карлом двенадцать лет назад. С тех пор они не встречались и вряд ли встретятся, но король все же восстановил графство Брей и даровал титул Энгусу Гордону Лесли, второму сыну Фланны и Патрика. Пока что Энгусу доставляло огромное удовольствие дразнить брата-близнеца, утверждая, что тот пока всего лишь лорд Лесли и еще не известно, когда будет герцогом, а вот он — уже граф Брей и владелец замка. Подобные шуточки неизменно злили наследника Гленкирка.

На следующий день, девятого августа, и Жасмин, и ее внучка Дайана праздновали день рождения. Неделю спустя Лесли из Гленкирка вместе с сыновьями Джеймсом, Энгусом, Малколмом, Йеном и Колином и дочерьми Мейргред и Сорчей отправились в Шотландию. Мальчики вряд ли огорчились тому, что Дайана остается в Англии, но Мейр, которой не было и пяти, горько плакала.

Дайана вместе с бабушкой стояла на усыпанной гравием подъездной аллее, глядя вслед удалявшимся экипажам.

Туфли натирали ноги, но и бабушка, и леди Барбара уверяли, что истинная леди не может появляться босой на людях.

Больше всего она станет тосковать по отцу и Мейр, хотя бабушка пообещала, что Мейр со временем тоже будет жить в Королевском Молверне. Зато ее кузина Синара, кажется, станет хорошей подругой.

— Итак, — сказала Жасмин, когда рассеялась дорожная пыль, — теперь начнем.

В прекрасных бирюзовых глазах переливались смешливые искорки. Дайана ответила сияющей улыбкой.

— Поскорее бы увидеть короля.

— Вот именно, — поддакнула Синара.

Жасмин покачала головой. Да, с этими упрямицами некогда будет скучать!