Исповедь грешницы, или Двое на краю бездны - Юлия Шилова

– Мне было нужно, чтобы ты испугалась и нашлав моем лице надежную защиту. Это понятно? Я хотел испугать тебя, но толькопозже. Я попросил, чтобы он изменил свою внешность и поменьше попадался нам наглаза, и ему это удалось. Я не знал, что на судне Марк. Да и как я мог этознать! В тот день, когда я не пошел на работу, он стал мне звонить и требоватьденьги. Я просил его подождать, но он набрался хамства и начал мне угрожать. Ая вообще терпеть не могу, когда на меня давят! Я это просто ненавижу! Мало того,что Марк стал вести себя подобным образом, так еще и ты стала собирать чемодан.Что мне оставалось делать? Я привязал тебя к батарее и поехал в центр для того,чтобы засесть в каком-нибудь баре и хорошенько напиться. По дороге я позвонилЛенке и поведал ей о том, что ее муж подонок. Я хотел, чтобы она сказала тебе,что Роман пропал без вести, чтобы ты знала, что тебе незачем собирать вещи инекуда идти! Я думал, что, когда вернусь домой, ты уже успокоишься, и мы начнемс тобой жить, как раньше.

– Как это – как раньше?!

– Ведь мы жили раньше душа в душу, и я хотел,чтобы так было всегда.

– После всего, что произошло? – Мнепоказалось, что я теряю дар речи.

– После всего, что произошло. Мы же с тобойсемья, а это значит, что мы сила. Если мы семья, мы справимся с любымитрудностями. Я не знал, что так произойдет! Я поехал в бар для того, чтобывсего лишь напиться! Если бы ты знала, что Марк вытворял на дороге! Он звонилмне на мобильный и требовал деньги, а когда я отключил телефон, он несколькораз чуть не ударил меня в задницу! А ведь я просил его подождать, но он сталтребовать с меня сумму, намного превышающую ту, о которой мы договаривались. Уменя нет таких денег! А когда он конкретно меня подрезал, я надавил педаль газадо упора, не справился с управлением и влетел в опору, которая потом на меня иупала. Так это не меня нужно судить, а его! Из-за него я стал калекой! И из-затебя!

– Виктор, да ты сумасшедший! Ты хоть сампонимаешь, что ты натворил? Ты убил двух человек! Своего армейского друга исослуживца!

– Я прикончил их за дело. Какие деньги уинвалида? Мне семью нечем кормить, а они хотят денег! Инвалидам нужно давать, ане забирать последний кусок.

– Если тебе нечем кормить семью, то зачем тывсе это устроил? Зачем такой шик, к чему?!

– Затем, что теперь я решил убить тебя. Яхотел тебе устроить роскошные похороны прямо на море. Поверь мне, твой Романпоскупился бы на такое торжество в честь дня твоей кончины.

– Но ведь ты любил меня, любил! Ты сам говорилмне, что все это делал только потому, что я тебе дорога!

– Да, это так. Я боролся за свою любовь. Ялюбил тебя даже тогда, когда ты наставляла мне огромные ветвистые рога.

– Прекрати!

– А что, разве я не прав? Как только тысвязалась с этим кобелем, из неземной женщины ты превратилась для меня вобыкновенную шлюху. Но я любил и шлюху…

– Хватит!

– Дорогая, не бойся смотреть правде в лицо. Ялюбил тебя разной, но только…

– Продолжай!

– Только после того, как я сел в инвалидноекресло, я тебя возненавидел. Ты не представляешь, как я тебя возненавидел.Особенно когда ты забывала про поднос и ставила тарелку горячего супа прямо мнена колени, и только когда я обжигался и громко на тебя кричал, ты просилапрощения и приносила злосчастный поднос. Я ненавидел тебя, когда ты выносила замной полное судно. Не скрывая, морщилась, показывая, что сейчас тебя вырвет. Япрезирал тебя за то, что, когда ты ставила уколы мне в ногу, ты делала их какможно больнее и зачастую забывала смочить ватку в спирте. Ты вытирала мои синиеот холода ноги ледяным полотенцем только потому, что ленилась поставить наплитку ведро воды. Я все это видел, Ева. Я чувствовал, как ты ко мне относишьсяи сколько хлопот я тебе доставляю. И я тебя возненавидел. Ты даже непредставляешь, какое я чувствую к тебе отвращение. – Виктор опустил одну руку,а второй достал пистолет. – Ева, я тебя очень сильно любил, а теперь я так желюто ненавижу. Из-за тебя вся моя жизнь пошла не так, а ведь она могласложиться совсем по-другому!

– И моя тоже, – прошептала я. – Где Роман?

– Там же, где и эти двое. Марк убил его в туже ночь. Только где он его захоронил, не имею чести знать. Это известно толькосамому Марку, и эту тайну он никому уже не сможет рассказать. Да тебе это ужесовсем не нужно, потому что тебе не приходить на его захоронение и не класть наего бугорок цветы.

– Витя, какая же ты сволочь. Какая сволочь…Это ты убил Романа! Ты!

– Повторяю, Романа убил не я, а Марк.

– Но ведь он убил его твоими руками! Как тымог! Как же ты мог!

– Это ты всех убила! Во всем виновата ты! Еслибы ты не увлеклась другим мужчиной, то ничего бы не произошло! Ничего!!! Тыстрашная женщина, Ева! Ты приносишь боль, потери и разочарование!

Яхту страшно шатнуло, и пистолет Виктора упалв море. Виктор схватился за доски двумя руками и прокричал:

– Хрен с ним, с этим пистолетом! Я хочу, чтобымы умерли вместе!

– Нет!!!

– Да, дорогая! Да!

Виктор отцепился от досок, сжал меня так, чтомои пальцы тут же ослабли, и мы клубком покатились по палубе.

– Я хочу, чтобы ты знала, что я лучше Романа!Он бы никогда не смог с тобой так умереть! У него кишка тонка! Ева, я лучше! Ялучше!!!

Я попыталась вырваться, но Виктор держал менямертвой хваткой. Когда мы подкатились к бортику, он стал толкать меня вниз, и японяла, что он хочет выброситься вместе со мной. Вода заливала лицо, а я уже некричала, потому что кричать было бесполезно. Мы друг друга не слышали. Отстраха и бессилия у меня началась страшная истерика, и я принялась битьтолкающего меня в воду Виктора руками прямо по голове.

Внезапно что-то треснуло, и мужу удалосьскинуть нас в море. В воде я все же смогла оттолкнуть его от себя, ударив совсего размаха, и немного отплыть. Виктор отчаянно закричал, сделал попыткудогнать меня, но тело не слушалось его, и он сразу пошел на дно.

– Витя! Виктор! – прокричала я в пустоту, номолчание было мне ответом.