Вишневое лето - Карина Бартш

— Элиас, я не стану с тобой это обсуждать.

— Почему нет?

— Потому что это тебя не касается!

— А мне кажется, что все-таки немного касается, — ответил он, разглаживая рукой спальный мешок.

— И как ты пришел к такому выводу?

— Ну, если ты за моей спиной пишешь кому-то письма, то это очень даже меня касается.

Я застыла с открытым ртом. Откуда он узнал про письма?

— Откуда ты об этом знаешь? — вырвалось у меня.

Но я тут же догадалась: Алекс! Я ее прикончу! Я клянусь, в этот раз я убью мелкую паршивку!

Вопрос только в том, как бы сделать это побольнее. Вырвать все волосы, волосок за волоском? Забить насмерть сумкой с покупками? Можно сломать ей ногти и вырвать горло. Или самый лучший вариант: совместить все вышеперечисленное, а потом открутить ей голову. Я опустила голову и тяжело выдохнула.

— Ну, давай Элиас, начинай смеяться.

— Я не собирался над тобой смеяться.

— Нет?

— Нет.

— Что же тогда меня ждет?

— Я просто хотел узнать, нравится ли он тебе.

— Почему ты спрашиваешь?

— Просто так…

— Если я отвечу, ты от меня отстанешь? — спросила я, закатив глаза.

Он кивнул.

— Да, он мне нравится.

— Очень?

— К чему эти глупые вопросы, Элиас?

— Они не глупые, я просто хочу понять, имеет ли смысл дальше пытаться тебя соблазнить.

— Это и раньше не имело смысла, но тебя это не останавливало.

— Так он тебе очень нравится?

Я вздохнула.

— Он мне нравится. Больше я ничего не могу сказать, потому что я с ним ни разу не встречалась. Доволен?

— Почти.

— Что значит «почти»?

— Это значит, что я не могу понять, как может кто-то, с кем ты ни разу не встречалась, нравиться тебе больше меня.

— Мне все нравятся больше тебя, вне зависимости от того, встречалась я с ними или нет, — сказала я, наблюдая, как у него на губах заиграла улыбка. Боже мой, ну почему он никогда не принимает меня всерьез?

— Значит, он не такой, как я, — заключил Элиас.

— Можно сказать, он полная твоя противоположность.

— Или ты дала ему шанс показать, что он за человек. А мне ты в таком шансе все время отказываешь.

— Просто я тебя уже знаю.

— Ты только так думаешь, — сказал Элиас со вздохом, переводя на меня взгляд.

Он снова открыл рот, собираясь что-то сказать, но тут же передумал и отвел глаза. Мы молчали, и с каждой секундой я все острее чувствовала, что мы лежим

очень близко друг к другу. Я ощущала его запах, который заполнял мои легкие и сводил меня с ума.

Я никому про это не говорила, но на прошлой неделе ноги сами принесли меня в парфюмерный магазин. Словно шпион, я переходила от витрины к витрине, то и дело оглядываясь. За час я перенюхала все флакончики, на которых значилось «для мужчин», в том числе крем для зрелой кожи и гель для душа для мальчиков в светло-голубом флаконе. И что в итоге? Да ничего! Я так ничего и не нашла.

Я закрыла глаза. Этот вопрос мучил меня много месяцев, и я могла решить его двумя способами: нокаутировать Элиаса и оттащить его в лабораторию, чтобы химики проанализировали запах, или набраться мужества и просто спросить его!

Первый вариант нравился мне гораздо больше, хотя был намного сложнее. Поэтому я решила пойти по второму пути, и, глубоко вздохнув раз двадцать, все же наконец задала вопрос.

— Слушай, Элиас… А что у тебя за парфюм? — спросила я, сплетая и расплетая пальцы.

— Хм? — пробормотал он. — Почему ты спрашиваешь? Я ничем не пользовался.

— Ты шутишь, Элиас? От тебя постоянно им пахнет.

— Нет, ну правда, — настаивал он, нахмурившись. — Я почти никогда не пользуюсь ни парфюмом, ни лосьоном после бритья. Я не пойму, о чем ты говоришь.

Он хочет обвести меня вокруг пальца?

— А откуда тогда запах?

— Какой запах? Я не понимаю, о чем ты. Я ничего не чувствую, — он оттянул футболку и принюхался. — Или ты про стиральный порошок?

Минуточку, что-то тут нечисто…

— Или это мой дезодорант? Я пару дней назад купил новый, — продолжил Элиас.

Я попыталась провалиться сквозь землю, но мне удалось только глубже зарыться в свой рюкзак. Слышите звук? Это звук аварийной сигнализации.

Плохо… Все очень плохо.

Неужели такое бывает? Я лежала рядом не с парнем, у которого отличный парфюм, а с придурком, который отлично пахнет сам по себе.

— А почему ты спрашиваешь? От меня что, чем-то воняет? — спросил Элиас, ужаснувшись.

Я сходила с ума от его запаха, а он переживал, что мне он кажется вонючкой. Так странно.

— Немного, — сказала я.

— Немного? — повторил он сдавленно.

Я захихикала.

— Ну правда, ты серьезно?

— Нет, успокойся, от тебя не воняет.

У Элиаса явно упал камень с души.

— Но? — ему хотелось услышать продолжение.

Черт, во что я опять вляпалась?

— Никакого «но», просто ты всегда… пахнешь, — ответила я.

— И чем же я, скажи на милость, пахну?

Я прикусила щеку изнутри.

— Сложно сказать, чем-то терпким и сладковатым.

Элиас снова понюхал свою футболку.

— Сладковатым? — пробормотал он растерянно.

Странно. Неужели этого запаха в реальности не существовало, и я его просто выдумала? Может быть, у меня обонятельные галлюцинации? Да нет, я ничего не выдумывала, я слышу этот запах прямо сейчас! Но разве люди могут пахнуть так сами по себе?

— Ты знаешь, — Элиас улыбнулся мне. — Я считаю, что ты тоже очень приятно пахнешь.

Меня охватила дрожь.

— Элиас, прекрати, — сказала я.

— Почему? Ты не хочешь этого слышать или ты опять мне не веришь?

Я ничего не ответила.

Он тяжело вздохнул и повернулся на бок.

— Ты мне теперь никогда не будешь верить?

Я посмотрела ему в глаза, ощущая, что у меня вспотели ладони.

— Я бы очень хотела тебе верить, — сказала я, удивляясь тому, насколько искренне прозвучали мои слова.

— Так почему же ты мне не веришь? — прошептал он.

Потому что в глубине души я не могу принять, что такой парень, как ты, искренне может мной заинтересоваться…