Дочь викария - Кэтрин Коултер

К нему не сразу возвратился рассудок. Наконец он стал что-то понимать.

— Что случилось? — едва ворочая языком, пробормотал Томас. Да что это с ним творится?!

— Случилось! С тобой, черт возьми. У тебя голова в крови, а на полу валяется тряпка, от которой несет чем-то омерзительно сладким! Какое-то гнусное снадобье, должно быть! Томас, да встряхнись же! Мегги пропала. Позвать преподобного Шербрука?

— Да. Нет. Погоди. Помоги мне сесть. О Господи… Мегги?! Она исчезла? Да как такое возможно?

— Говорю же тебе, ее нигде нет.

Голова раскалывалась так, словно в ней сидел сам дьявол, но какая теперь разница. Сейчас, кроме Мегги, его ничто не волновало. Пропала? Кто-то вошел в спальню, ударил его по голове и похитил Мегги? Да, теперь понятно. Все потому, что вчера за чаем он спугнул злоумышленника. И тот решил поторопиться.

— Проклятие! Который час?

— Только что рассвело. Я никак не мог заснуть, все думал о том, что случилось, и решил посмотреть, спишь ли ты. Хотел еще раз обсудить вчерашний разговор. О Господи, Томас, ты валялся без сознания, окровавленный, а Мегги исчезла. Что нам делать?

— Сначала я оденусь. Иди за отцом Мегги, да побыстрее!

Уильям будто ошпаренный вылетел в коридор. Томас не помнил, как сумел слезть с кровати. Немного постоял, увидел в зеркале, что лицо и голова в крови, и побрел к комоду. Там он осторожно промыл рану холодной водой из тазика. Хорошо, что кровь запеклась и больше не течет.

Он на мгновение закрыл глаза. Перед ним встало смеющееся лицо Мегги. Ее украли прямо из их супружеской постели, и это он во всем виноват! Беспечный глупец, не принявший самых простых мер предосторожности, хотя знал, что разворошил осиное гнездо! Что, если она уже мертва, застрелена и сброшена вниз со скалы?

Нет, черт возьми, об этом даже думать нельзя. Она жива, он это чувствует!

Но почему неизвестный не убил или не похитил самого Томаса? Может, посчитал мертвым и оставил в кровати? А Мегги? Слава Богу, что Уильяму вздумалось прийти так рано!

Через несколько минут дверь распахнулась, и в комнату вбежали Таисон, Мэри Роуз и Уильям. Томас только что успел застегнуть штаны и, сидя, натягивал сапоги.

— Меня ударили по голове и чем-то одурманили, — холодно, спокойно объявил он, уже вполне владея собой. — Мегги похитили. Вчера во время чая кто-то, по-видимому, чересчур близко подобрался к истине, поэтому неизвестный был вынужден действовать незамедлительно. По-моему, я догадался, кто это и почему решился на такое. Да и Уильям тоже знает. Нужно срочно потолковать с матерью и тетушкой Либби.

— Но, Томас, я действительно ничего не знаю.

— Тебе так кажется. Где-то в глубине души ты все понимаешь, но боишься признать вслух, потому что это слишком больно. Но поверь, скоро правда обнаружится. — Он взял брата за руку и добавил: — Ничего, все будет хорошо. Не важно, как бы горька ни была истина, я не оставлю тебя одного. Доверься мне.

Уильям, смертельно побледнев, кивнул.

Тайсон разбудил Джереми, помог Мэри Роуз застегнуть платье, и все трое направились в столовую. Там уже выстроились в ряд Барнакл, кухарка и миссис Блэк, словно солдаты, готовые идти в бой.

— Тетя Либби, — без обиняков спросил Томас, — кто отец Уильяма?

— Граф Ланкастер, разумеется. Он такой же Малком, как и ты. Жаль только, что родился позже. Это ему следовало быть графом, не тебе, но Мэдлин ухитрилась опередить меня. И вообще что за бестактные вопросы? Немедленно извинись!

— Матушка, теперь не до приличий, — тихо объяснил Уильям, кладя руку на ее плечо. Похоже, он нашел в себе достаточно мужества, чтобы больше не прятать голову в песок. — Мама, пожалуйста, — хрипло продолжал он, — не время лгать и изворачиваться. Скажи все, как есть.

— Дорогой мой мальчик, Томас лжет. Твой отец — граф Ланкастер.

— Тетя Либби, — терпеливо заметил Томас. — Всему свету известно, что ни я, ни Уильям ничуть не похожи на графа. Мы оба пошли в своих матерей. Так что повторяю еще раз: кто настоящий отец Уильяма? Скажите нам. Уильям тоже должен знать. У нас нет времени. Мегги исчезла, и нам нужно найти ее, пока не случилось непоправимого.

Либби упрямо покачала головой.

— Мадам, — вмешался Тайсон, вставая, — моей дочери грозит смертельная опасность. Либо вы скажете правду, либо я сделаю что-то такое, о чем вам придется пожалеть. Итак, мадам, мы вас слушаем.

— Это лорд Киппер, верно, мама? — с болью и тоской выдавил Уильям.

Либби побелела так, словно во всем теле не осталось ни кровинки, и застыла на месте. Опустила глаза на сцепленные руки.

— Лорд Киппер, — медленно повторил Тайсон.

— Да, Уильям, — кивнул Томас. — Думаю, именно так и есть, и этим все объясняется.

— Но Уильям не такой красавец, как лорд Киппер, — возразила Мэддин. — Что за невезение! До чего же несправедливо!

— Но, Томас, — выпалил Уильям, не обращая на нее внимания, — в тот день, когда похитили Дженни, я был с ним, клянусь! Поэтому и считал, что ошибаюсь. Видишь ли, я давно гадал, почему он уделяет мне столько внимания, все время справляется, чем я хочу заняться, какого мнения о том и этом, словом, вел себя как… как мой близкий родственник, который в будущем намеревается предъявить на меня права, учить и наставлять.

— Как отец, — подхватил Томас.

— Да, и это смертельно меня пугало. Вот почему я пришел к тебе в спальню так рано. Просто ждать не мог. Но честное слово, мне ужасно хотелось, услышать от тебя, что все это вздор.

— Ничего не поделаешь, такое бывает. И я понимаю, что лорд Киппер был с тобой. Но это всего лишь означает, что он нанял кого-то себе в помощь.

— Я не хотела верить в это, — очень тихо вымолвила Либби, — вправду не хотела. Вынуждала себя не думать ничего плохого. Когда Дженни исчезла, я была на седьмом небе. Теперь она не запятнает нашего имени своим низким происхождением. Я все пыталась уверить себя, что она сбежала в Дублин. Молилась, чтобы это было правдой. И все лгала, лгала себе… и вот что из этого получилось. Мне ужасно жаль. — Она подняла глаза на сына, сжала его руку и повторила: — Ужасно жаль.

Уильям, не глядя на мать, тряс головой.

— Найлз скрывает у себя Бернарда Лича, причем довольно давно, — сообщила она.

— Лича? — недоумевающе повторил Томас. — Но лорд Киппер, по его же словам, спал с Марией Лич. Он сам сказал, что Бернард — мошенник и олух. Из его речей я понял, что он искренне презирает Лича. Почему же тот живет у него?

Либби пожала плечами:

— Я случайно видела Бернарда, когда однажды утром уезжала от Найлза. Он отирался у конюшни.

— Он и был все это время оружием лорда Киппера, — заключил Томас. — Все сходится. Уильям, сэр, Джереми, вы готовы?