Эгоистка, или Я у него одна, жена не считается - Юлия Шилова

«Значит, это всё же не сон, – пронеслось в моей голове. – Скорее всего, вернулся Вадим. Не остался у любовницы, а приехал домой, потому что понял: никого нет на свете роднее и лучше меня. Господи, муж вернулся, а я такая пьяная… Стыдно-то как… Если бы знала, что он соскучится, грамма бы в рот не взяла. Напекла бы его любимых домашних пирожков с мясом и встретила его во всеоружии…»

– Вадик, любимый, родной… Как здорово, что ты отменил командировку. Я очень сильно тебя люблю. Ужасно волновалась за тебя и переживала. Прости за то, что выпила. Пожалуйста, прости, – заплетающимся языком произнесла я и с трудом открыла глаза.

Голова кружилась меньше, но меня по-прежнему сильно мутило.

Это действительно был не сон. Я лежала в своей спальне на широкой кровати. В комнате горел ночник, но рядом со мной был не Вадик – какой-то незнакомый обнажённый мужчина. Я его не видела раньше. Молодой, интересный, но чужой. Он раздел меня догола, гладил моё тело и осыпал его поцелуями. Я подняла голову и попыталась прийти в себя.

– Что за чертовщина?! Ничего не понимаю…

На минуту показалось, у меня белая горячка или от стресса я просто сошла с ума. Как абсолютно незнакомый мужик может очутиться со мной в моей квартире, да ещё и в моей постели?! Чёрт побери, ещё немного, и он займётся со мной сексом. Что это? Видение? Светка права, нужно показаться специалистам. Только уже не психологам, а психиатрам. Последние события, нервы и истерики меня доконали, подорвали моё здоровье. В тот момент, когда незнакомец стал настойчиво раздвигать мои ноги, я посмотрела на его стоячий член и попыталась оттолкнуть.

– Кто ты?! Как здесь оказался?!

– Тише, – прошептал незнакомец. – Расслабься и получай удовольствие.

Услышав голос, я поняла, что это не галлюцинации. Мужик настоящий, не мифический, у меня не шизофрения и не пьяные видения. И ещё я трезво, хоть и на пьяную голову, осознала: если и дальше буду вяло соображать, что происходит, и лежать как бревно, то совсем скоро изменю мужу, чего не позволяла себе ни разу за двадцать лет брака.

– Я спрашиваю, кто ты такой?! – крикнула я и вновь попыталась подняться.

Незнакомец приложил палец к моим губам и улыбнулся:

– Не стоит кричать. Я сделаю тебе хорошо. Доверься мне. Только подожди секунду. Сейчас резинку надену. Без резины в наше время, сама знаешь, никуда.

Я с ужасом смотрела, как незнакомец взял лежащий на кровати презерватив, ловким движением его раскупорил и игриво взглянул в мою сторону.

– Поможешь? Натяни мне его на якорь. Умеешь? У многих это так ловко получается – диву даёшься.

Увидев, что я в полном ступоре и не могу произнести ни звука, он сел на краешек кровати и принялся надевать резинку на член.

– Не любишь надевать резинки? Никаких проблем. Я сам. Вам же, бабам, не угодишь. Одни сами за член хватаются, другие любят, чтобы резинка уже была на месте.

– Ты вообще кто?

– Я – твоё ночное видение, – усмехнулся мужчина.

Недолго думая, я схватила с прикроватной тумбочки бронзовый канделябр и с размаху ударила им по голове незнакомца. Сама не знаю, откуда у меня взялись силы, но как только до меня дошло, что это не сон, а реальность, я на глазах стала трезветь и понимать: если сейчас не приму хоть какие-нибудь меры для защиты, абсурдная ситуация подойдёт к логическому завершению.

Мужчина захрипел и повалился на пол. Плохо понимая, что я делаю, я беспощадно колотила его канделябром по голове и кричала:

– Получай, сволочь! Насильник! Грабитель! Как ты очутился в моём доме и в моей кровати?! Я тебя в милицию сдам! – Когда я всё же немного пришла в себя, то, глянув на канделябр, заметила, что он в крови. Я не на шутку перепугалась. – О боже, только этого не хватало… – Быстро соскочила с кровати, села рядом с лежащим на полу мужчиной и потрясла его за плечи: – Эй, ты живой?

Голова мужчины была выбрита, и нетрудно было заметить, что лысина затоплена красными ручейками. Перевернув мужчину на спину, я попыталась заглянуть в его глаза, в надежде, что в них ещё теплится жизнь и боль. Но поняв, что ни жизни, ни боли нет, закричала на всю квартиру, потом в ужасе закрыла рот ладонью и затряслась как в лихорадке. Через какое-то время я всё же взяла себя в руки, попыталась нащупать у бедолаги пульс. Пульса не было.

– Я убила человека. – Я моментально протрезвела. – Святые угодники, я только что убила человека… Господи, но кто он?

Заметив валяющиеся на полу джинсы и белоснежную рубашку, я тут же принялась выворачивать карманы, чтобы хоть что-то узнать о незнакомце. В кармане джинсов обнаружилось портмоне, внутри – паспорт. Козловский Дмитрий Иванович, тридцать восемь лет. Прописан в районе Перово. Семейное положение: штампа о регистрации брака нет. Детей тоже нет. Надо же, тридцать восемь лет, все листья с головы опали, а женат не был… Меня всегда настораживали холостяки под сорок. Думаю, у них есть скрытые дефекты, потому что, по идее, всех нормальных мужиков разбирают ещё с молодости. Хотя бывают исключения, но это уже за гранью разумного. Может, он просто не регистрировал отношения официально, а предпочитал жить гражданским браком…

«Господи, и о чём я сейчас думаю?! Убила человека и рассуждаю, есть у него семья или нет. Какое теперь это имеет значение?!..»

Голова ломилась от вопросов и мыслей. Как он попал в мою квартиру? И не только в квартиру, но и в мою постель… Как могло произойти подобное? Из кармана рубашки я достала знакомые ключи и обомлела… Они есть только у меня, у мужа и у дочери. Дочь уехала на стажировку в другой город…

Недолго думая, я взяла мобильный и набрала номер дочери. Вика долго не отзывалась, наконец спросила взволнованно:

– Мама, у тебя всё в порядке? Уже глубокая ночь.

– Всё хорошо. Я просто хотела услышать твой голос.

– Точно всё хорошо? – обеспокоенно уточнила дочь. – Мама, мне всё-таки кажется, у тебя что-то случилось.

– Просто я очень соскучилась.

– Не скучай. Я через месяц приеду. А папа где?

– У папы много работы, ты же знаешь. До завтрашнего дня он в командировке. Доченька, я вот о чём хотела спросить… У тебя, случайно, не пропали ключи от квартиры?

– А почему они должны пропасть? Ты же знаешь, как бережно я отношусь к своим вещам.

– Ты бы всё-таки проверила.

– Хорошо, сейчас проверю, – растерянно произнесла дочь и, судя по паузе, пошла за сумочкой.

– Всё на месте.

– Ты уверена? – Я понимала, что задаю немыслимо глупый вопрос, но ничего не могла с собой поделать.

– Что значит – уверена ли я? Я держу ключи от квартиры в руках.

– Ну, хорошо. Просто мне показалось, ты могла их потерять или кому-нибудь дать.

– Мама, ты хоть думаешь, что говоришь? Как я могу кому-нибудь дать ключи от своей квартиры? Я что, сумасшедшая?!