Воплощение греха - Мишель Селмер

По прикидкам Холли, пара недавно разменяла седьмой десяток.

– Холли, это Фей и Джордж Хендерсоны, – представил их Джейсон.

– Приятно познакомиться с вами.

– Взаимно, – пророкотал Джордж низким голосом.

У него было обветренное грубое лицо, словно высеченное из камня, и крупная мускулистая, несмотря на возраст, фигура.

– Дайте поскорее увидеть маленьких ангелочков, о которых я столько слышала! – сказала Фей, потирая ладони, глаза ее сияли.

Джейсон открыл заднюю дверь машины, и Фей, заглянув внутрь, тихонько ахнула, глаза ее мгновенно наполнились слезами.

– О, Холли, они просто чудесные. Твои родители гордились бы ими, Джейсон. Правда, Джордж?

– Конечно. – Джордж заглянул в машину через плечо жены.

– Давайте проводим Холли в ее комнату, – предложил Джейсон.

Джейсон и Фей взяли мальчиков, которые даже не шелохнулись, а Джордж взял сумки. Внутри дом оказался очень просторным, а огромные окна создавали впечатление, что дом – это продолжение леса. Большой камин и кожаная мебель выглядели очень уютно, а лестница, ведущая на второй этаж, просто поразила Холли: широкая, с резными лакированными перилами. Холли на ватных ногах поднялась наверх вслед за Джейсоном.

Наверху располагался большой холл с удобной мягкой мебелью и множеством книжных шкафов от пола до потолка, полки провисали от тяжести книг. Такое количество книг Холли до сей поры видела только в библиотеке. Сквозь огромные французские окна открывался потрясающий вид на озеро и причал.

– Просто невероятно, – сказала она Джейсону, все еще державшему в руках автокресло со сладко спящим Девоном. – Теперь я понимаю, почему ты предпочитаешь жить здесь, а не в городе.

– Я всегда считал это место своим настоящим домом, – признался он, ведя Холли в сторону гостевой спальни.

Заглянув в комнаты, двери которых были открыты, Холли отметила про себя, что все они были очень просторными и обставлены с большим вкусом.

– А где твоя комната? – спросила Холли.

От одной только мысли, что ночью ее и Джейсона будет разделять лишь пара комнат, сердце Холли подпрыгнуло к самому горлу. Он указал вверх, на потолок.

– Наверху, в лофте.

Ого! Еще один этаж? Кажется, это немного чересчур для одного человека.

– Это детская, – сказал он, открывая плечом приоткрытую дверь.

Детская? Зачем одинокому парню детская?

По правде говоря, она почти ничего не знала о Джейсоне. Знала, что он никогда не был женат и детей у него нет. А вот сознательный это выбор или стечение обстоятельств – она не знала. Но Холли отметила, что вся мебель в детской была современной и абсолютно новой.

– Ты купил мебель, – растерянно проговорила Холли. Окинув взглядом комнату, она поняла, что здесь было абсолютно все, что могло ей понадобиться. И все в двойном экземпляре: две кроватки, два комода с пеленальными столиками, даже два шкафа. И огромное количество игрушек. – Комната прекрасная.

Джейсон поставил автокресло на пол рядом с одной из кроваток.

– Я бы рад приписать себе заслуги, но Фей – настоящий гений. Я понятия не имел, что тебе может понадобиться.

– Да ладно тебе! – отмахнулась от комплимента Фей и отстегнула ремни, удерживавшие Маршалла в автокресле.

– Ты сделал это все ради одного небольшого визита?

– Одного из многих, я надеюсь. – Джейсон повернулся к Холли.

Он мягко улыбнулся, и что-то в его взгляде заставило внутренности Холли сжаться от почти болезненной неги. В течение нескольких секунд они просто молча стояли, глядя друг на друга, и Холли готова была поклясться, что на какой-то миг застыло даже время.

– Почему бы тебе не показать Холли ее комнату, а я пока побуду с мальчиками? – сказала Фей, поднимая Маршалла на руки.

– Я возьму их. – Холли с трудом оторвала взгляд от Джейсона.

– Ерунда, – сказала Фей. – Ты устала. Устраивайся, а я позабочусь об этих ангелочках.

Если бы Фей была с ними в поезде, она бы не торопилась называть мальчиков ангелами.

Холли пошла было за Джейсоном, но на пороге комнаты заколебалась и повернулась, чтобы посмотреть на сыновей. С тех пор как их выписали из больницы, она не выпускала их из виду. И хотя они уже были абсолютно здоровы, ладони Холли вспотели от того, что она оставляет малышей с практически чужим человеком.

– Иди, – сказала Фей и понимающе улыбнулась. – Я вырастила Джейсона и Джереми.

– Хорошо, спасибо. – Холли пообещала себе, что научится принимать помощь.

Ее комната была следующей. В ней была огромная ванная комната и собственная гардеробная. Двуспальная кровать с резным подголовником заправлена сшитым вручную покрывалом.

– Кажется, эта комната больше, чем вся моя квартира, – сказала она Джейсону. – Дом прекрасен. Спасибо, что пригласил нас погостить.

– Вам здесь всегда рады, – улыбнулся он, и Холли снова показалось, что она тает под его взглядом.

Ей было трудно смотреть на него и не тонуть в глубине его глаз. Она не припоминала, чтобы взгляд Джереми действовал на нее так же.

Она просто устала. И обескуражена. Нужно поспать пару часов, и все прояснится. По крайней мере, Холли на это надеялась.

– Может, хочешь прилечь? – Джейсон словно прочел ее мысли.

Ох, хорошо бы! Холли подошла к кровати и провела ладонью по покрывалу. Оно было настолько красивым, что она побоялась испортить или смять его.

– Неужели я снова посплю на настоящей кровати?

– У тебя нет кровати? – озадаченно спросил Джейсон.

– Есть, конечно. Но я… понимаешь… я нашла ней его.

– Извини, я не знал, – поморщился Джейсон.

– Ты не мог знать.

– Мы ведь с тобой так и не поговорили об этом, – сказал Джейсон.

Не говорили, но стоило бы. Холли присела на краешек кровати.

– Рассказывать особо нечего, по правде говоря. Когда я вошла в спальню, я подумала, что он просто спит. Подойдя ближе к кровати, я поняла, что что-то не так. Потом я… – Она остановилась и нервно сглотнула. – Он был уже холодным, и я поняла, что про шло какое-то время…

Джейсон вздрогнул, словно подробности о смерти брата причиняли ему физическую боль. Несмотря на все недостатки Джереми, он всегда оставался его братом-близнецом.

– Прости, – сказал он. – Я не хотел ворошить твои воспоминания.

Ни дня, ни часу не прошло, чтобы в ее голове не всплывал образ умершего мужа, лежащего на их супружеской постели. Ничто из того, что он сделал, никакая ложь не заставили бы Холли желать ему смерти. И хотя его смерть все еще причиняла ей боль, ее чувства к Джереми радикально изменились с тех пор, как она узнала о нем правду.