Гормон счастья и прочие глупости - Екатерина Вильмонт

— Ненавижу слово «человечек»!

— Ладно, человечище.

— Венька, а если я провалюсь?

— Ты не провалишься.

— А если все-таки?

— Замолчи, дура!

— Спасибо тебе!

— А что, я, по-твоему, должен тебе поддакивать? Да,сестренка, ты непременно провалишься. Даже слышать об этом не желаю! И потом, яубежден, что все будет отлично. А вообще, перестань. Ты увидишь дивную страну,будешь купаться в Средиземном море, наслаждаться солнышком, фруктами. Ты любишьарбузы, а там сейчас полно арбузов, и они, представь себе, без косточек.

— Как — без косточек?

— А вот так! В еврейских арбузах нет косточек! Тытолько вообрази: встанем рано утром — и на море! А потом завтрак, а на завтракарбуз! И только вечером спектакль!

— Венька, а что ты наврал моей начальнице?

— Сказал, что у тебя на сиськах какая-то экзема, а тызамуж собираешься.

— Почему — на сиськах? — засмеялась я.

— Ну чтобы к свадьбе зажило! Да какая теперь разница?

— Действительно, никакой! — вдруг облегченнорассмеялась я.

Мы еще ехали по Москве, а я уже не так смертельно боялась. Всамом деле, никто не освистает Гордиенко! И потом, я ведь и правда неплохо пою!Конечно, разговоры о том, что мне якобы ничего не надо играть, сущая ерунда.Мне надо играть. Не бог весть что, конечно, но все-таки. И Юрий Митрофановичсказал, что у меня получается, особенно с новой прической. Он сумеет меняподбодрить в нужный момент. И в конце концов, спектакль еще только завтравечером! А пока буду жить! Зачем умирать раньше смерти? Да и Венька тоже несовсем идиот. Он понимает, что я ничего не умею, и будет меня поддерживать. Мыведь с ним родные, близкие люди и с детства дружим. Не могла же я его подвести.А главное — у меня напрочь исчезло уныло-депрессивное чувство, что я сама себенадоела. Напрочь! Я сейчас была интересна сама себе. Что еще я могу выкинуть?

Разумеется, мы приехали первыми.

— Черт, как жрать охота! — простоналВенька. — Я не завтракал, но тут такие цены, что несварение желудкаобеспечено. Вот фигня!

— Дать тебе денег?

— У меня есть. Просто выложить пятьсот рублей закусочек пережаренной куриной ножки не позволяет совесть. Ничего, я потерплю.

— Тогда съешь шоколадку.

— У тебя есть?

— Ага!

— Лучше б ты захватила пару бутербродов!

— Сказал бы!

— Не сообразил!

— Ой, а вот Юрий Митрофанович! — обрадовалась я.

— Друзья мои, вы уже здесь! Душевно рад! Бронечка,можно дернуть за кудряшку? Прелесть что такое, вы не находите, Веня? Хотитепирожков с мясом? Теща напекла в дорожку.

— Юрий Митрофанович, вы не только великий артист, выеще и волшебник, — просиял Венька.

— Понимаю! Сам ненавижу платить бешеные деньги завесьма сомнительную шамовку. Да и отравиться можно. Ешьте, ешьте, вкусно и сгарантией. Бронечка, берите!

— Ну конечно! — раздался незнакомый голос. —Где артисты, там или пьют, или жрут!

— Вовик, я думал ты приедешь последним! — закричалВенька.

Я никогда не видела этого человека, только слышала о нем.Актер и шоумен Владимир Златопольский. Мне он сразу понравился. Обаятельнаяулыбка, сияющие весельем синие глаза. Он напомнил мне моего любимого артиста,Хью Гранта.

— А я парень неожиданный! Кто эта прелестная девушка?Твоя жена, Венька?

— Это моя новая партнерша, — опередил ВенькуГордиенко. — Анюта не смогла поехать, и вот Веня нашел Бронечку!

— Отлично! По-моему, я где-то вас видел? Вы не уФоменко играете?

— Нет. Я нигде не играю.

— А!

Казалось, он утратил ко мне всякий интерес. И побежалкуда-то в сторону, категорически отказавшись от пирожков, которые были вышевсяких похвал.

— Он стесняется, — с мягкой улыбкой заметилГордиенко. — Немного странный парень. Производит весьма нахальноевпечатление, а на деле нежнейшая, ранимая натура. Среди актеров чувствует себянормально, но люди со стороны его пугают.

— Вы так хорошо его знаете? — спросила я.

— Да, он ученик Ниночки, и она в нем души не чает.

— Но почему же он меня застеснялся? Вы же сказали, чтоя ваша партнерша, то есть все-таки актриса.

— Чуют правду! — глубоким басом пропел Венькафразу из «Ивана Сусанина».

— Да-да, он такой!

— С ума сойти!

Вскоре появилась и Барышева, чудесная характерная актриса, толстаяи уютная. И буквально вслед за нею Сергей Николаевич Демин, весельчак и балагурс грустными глазами. Гордиенко и их оделил пирожками, а Сергей Николаевичвытащил из кармана большую плоскую фляжку и, подмигнув, предложил выпить поглоточку за встречу. Венька достал из сумки упаковку с бумажными стаканчиками.

— Нет, вы чувствуете, что за руководитель у нас! —воскликнул Демин. — Обо всем позаботился! А что это за прелестноесоздание?

— Моя партнерша! — опять заявил Гордиенко.

А Венька опять промолчал, что я его кузина. Скрывает, чтоли?

Вокруг нас уже ходили люди, словно не веря своимглазам, — столько знаменитостей сразу.

— Вень, а не пора ли нам… — сказала Барышева. —Они там будут еще опрашивать нас…

— Да, вы, пожалуй, идите, а я подожду Дружининых, порабы им уже появиться.

— О, а вот и очаровательная Ларочка! — обрадовалсяДемин.

К нам приближалась поистине ослепительная девушка!Высоченная блондинка с умопомрачительными ногами. В первый момент мне показалось,что она второпях забыла надеть юбку, но при ближайшем рассмотрении оказалось,что юбка все же есть. Но невооруженным глазом заметить ее трудно.

— Привет всем! Не опоздала?

— Ларчик, солнце мое, что значит это единственноечисло? — позеленел Венька. — Где Андрей?

— С таксистом расплачивается, а я вперед побежала, тамже теперь еще и на входе вещи просвечивают!

— Ну слава богу, все в сборе! — перевел духВенька. — Ладно, Ларчик, жди мужа, а мы пока пойдем. Да, вот, познакомься,это Броня, она вместо Анюты будет.

— Привет, Броня! — улыбнулась она обаятельнойулыбкой.

— Привет!

Поскольку мы летели самолетом израильской авиакомпании, токроме обычных таможенно-пограничных процедур нам предстояло еще и собеседованиес представителями службы безопасности Эль-Аль. Милая кудрявая девушка долгорасспрашивала меня, кто именно собирал мой чемодан, не подходил ли кто-то кмоим вещам или ко мне, не просил ли что-то передать. И когда наконец онаотстала, я заметила Ларочку с мужем. Я видела его в каких-то фильмах, и онпредставлялся мне ослепительным, романтическим красавцем. А тут небритый,чрезвычайно хмурый мужик на пол головы ниже жены, правда, она при своем немаломросте была еще на высоченных каблуках. Наверное, он жутко талантливый, если наэкране кажется таким красивым.