Слишком высокие ставки - Сара Крейвен

Дэнис повернулся и посмотрел на нее. Его лицо посерело, а взгляд стал беспомощным.

Она сделала два шага к двери, но путь ей преградил толстяк из окружения Горданиса.

— Время вашего общения с человеком по фамилии Вернон закончилось, мадемуазель. — Толстяк говорил без улыбки. — Вы должны забыть о нем и понять, что принадлежите мсье Горданису.

— Нет! — Она попыталась увернуться и подойти к отцу, но тщетно. — Я никому не принадлежу, и не буду принадлежать, — прибавила она, посмотрев на Вассоса Горданиса, который так и сидел развалившись в кресле, держа сигару длинными пальцами.

Горданис бесстрастно взглянул на нее.

— Ты говоришь так, словно выбор за тобой, — холодно сказал он. — Теперь иди вместе со Ставросом. Я не хочу ни к чему тебя принуждать.

Всхлипнув от страха, она позволила провести себя в соседнюю комнату, где было множество диванов, кресел и столиков. Однако ее сопровождающий вывел ее через другую дверь — в спальню.

— Ждите здесь, — резко распорядился он. — Господин Горданис приказал вам идти в его ванную комнату и смыть макияж до того, как он придет.

Джоанна рывком высвободила руку.

— Скажите ему, что я не стану делать ничего подобного, — промолвила она хриплым голосом. — Пусть идет к черту!

Он одарил ее кислой улыбкой:

— Скажите ему об этом сами, мадемуазель, если отважитесь. Но я не советую вам это делать. Вы здесь для того, чтобы подчиняться его желаниям, а не игнорировать их. Так будет лучше для вас, запомните. — Он повернулся и вышел, закрыв за собой дверь.

Она опустилась на колени на толстый ковер и обхватила себя руками.

Джоанне никогда еще не было так страшно. Даже во время того неприятного инцидента в Австралии, ведь тогда она знала, что отец позаботится о ее безопасности.

Подняв голову, Джоанна медленно огляделась.

Она находилась в большой комнате, элегантно оформленной в стиле ампир, большую часть которой занимала огромная кровать с темно-синим шелковым стеганым одеялом, которое было слегка отогнуто, представляя ее взору белые льняные простыни и пухлые подушки.

Она прерывисто вздохнула. Конечно, она понимала, чего он от нее ждет, хотя опыт ее общения с мужчинами ограничивался несколькими неуверенными поцелуями.

Но черта с два она станет вести себя с ним как жертва. Когда Вассос Горданис соизволит появиться, она встретит его со всем презрением и отвращением, какого он заслуживает.

В комнате вдруг стало душно, и Джоанна открыла одну из балконных дверей. Прислонившись к дверной раме, она сделала несколько глубоких вдохов, стараясь успокоиться, но это было не так просто. Прямо перед ее глазами красовалась яхта «Персефона».

Джоанна прикусила губу. Хотя история о девушке, которую затащили в царство мертвых, была всего лишь придуманной тысячи лет назад легендой, в ее собственном сознании эта легенда начинала становиться реальностью.

Как Персефона в древние времена, Джоанна оказалась оторванной ото всех и ото всего, что она знала и любила. Ею завладел мужчина, о котором ей было известно только то, что он богат и обладает большой властью.

«Я хотела, чтобы моя жизнь изменилась, — подумала она, сглотнув. — Я хотела убежать. Но я не знала, что получится так».

В тишине она услышала звук открываемой двери и поняла, что ее временная передышка подошла к концу.

Сжав кулаки, она медленно повернулась и посмотрела на Горданиса.

Он неторопливо вышел вперед, бросая смокинг и черный галстук-бабочку на стул. Затем он остановился и уперся руками в бока, бесстрастно рассматривая Джоанну.

— Тебе приказали умыться, но я вижу, ты этого не сделала.

Джоанна вздернула подбородок:

— Я не подчиняюсь приказам незнакомцев.

— Но нам с тобой не долго оставаться незнакомцами. — Он начал не спеша расстегивать оставшиеся пуговицы на рубашке. — Ты об этом отлично знаешь. Поэтому тебе следует образумиться и подчиняться мне, делая так, как я прикажу.

— С какой стати? — с вызовом спросила она.

— Потому что я так хочу, — сказал он решительно. — Мне говорили, что ты красивая, но я не могу об этом судить, пока твое лицо скрыто под слоем душистого жира.

«Ему обо мне говорили? — изумилась Джоанна. — Но кто?»

— Меня также удивляет, — прибавил он сухо, — что ты выбираешь одежду, которая почти не оставляет мужчинам простора для воображения.

— Ты не одобряешь мой стиль? — дерзко спросила она. — Не слишком ли ты лицемерен при нынешних обстоятельствах?

— Я говорю о том, как ты представляешься другим мужчинам, — сказал он. — Передо мной ты будешь появляться совсем в ином виде. Отправляйся умываться… — Он помедлил. — Если не хочешь, чтобы я сам тебя умыл.

— Только этого мне не хватало, — быстро ответила она.

— В самом деле? — насмешливо спросил он, бросая рубашку на стул.

Раздетый до пояса, Вассос Горданис выглядел еще более грозно и внушительно.

У Джоанны пересохло в горле, и внезапно она осознала, что ей лучше подчиниться.

Лосьона для снятия макияжа в ванной комнате не оказалось, поэтому Джоанна воспользовалась обычным мылом.

Посмотрев в зеркало над ванной, она поняла, что Горданис последовал за ней. Вот он стоит, прислонившись к дверному проему, и наблюдает за ней, цинично выгнув брови.

Джоанна выключила воду и решительно повернулась к нему. Он подошел, взял ее за подбородок и минуту, которая показалась ей бесконечной, рассматривал ее лицо. Она увидела, как он неодобрительно поднял брови.

Но произнес он только:

— Немного лучше.

А затем отошел от нее, расстегнул брюки, снял их и отбросил в сторону. Сняв черные трусы, Горданис зашел в душевую кабину и встал под струи воды.

Секунду Джоанна не двигалась, опешив от шока и смущения, потом испуганно ахнула, выскочила из ванной комнаты и вышла на балкон, чтобы проверить, нет ли поблизости какого-нибудь дерева или водосточной трубы, по которым можно было бы добраться до нижнего этажа. Но ничего подобного не оказалось.

«Я справлюсь. Происходящее будет относиться к той незнакомке, которой я всегда притворялась и которую ненавидела. Эта незнакомка носит сексуальную одежду и слишком ярко красит лицо. Горданис никогда не узнает, какова реальная Джоанна Вернон — девушка, мечтающая о независимом будущем».

Несмотря на столь смелое решение, Джоанна пребывала в замешательстве. Она понимала, что Горданису не придется долго добиваться того, чего он от нее хочет.

«Мне говорили, что ты красивая…»

Разве одной красоты достаточно, чтобы привлечь внимание мужчины, который может позволить себе купить все, что угодно?