ПАНК 57 - Пенелопа Дуглас

– О да. Большой, мы все в него влезем, – отвечает та. Они обе закрывают шкафчики и идут по проходу мимо меня. – Это будет грандиозная ночь, особенно учитывая, что в машине не будет вонять Райен.

Их восторженный хохот режет слух. Слезы наворачиваются на глаза. Я захлопываю шкафчик и принимаю твердое решение не сдаваться.

Всю физкультуру я стараюсь держаться от них подальше и чувствую, как вокруг них разрастается пузырь, отталкивая меня все дальше. Они – это они, а я – это я. Я здесь, отдельно от них, меня исключили из их общества. Я за пределами пузыря.

Опять.

Как я сюда попала? Что сделала не так?

После занятий я быстро принимаю душ, одеваюсь и иду к шкафчику, чтобы потом пойти обедать. Хотя на самом деле хочется уйти из школы.

Это путь наименьшего сопротивления: не натыкаться на каждом шагу на противных тебе людей и просто уйти оттуда, где тебе неуютно.

Со мной такое уже случалось. Неуверенность, ненависть к себе, бессилие… Такие знакомые чувства. Но тогда, в прошлом, я подавила их, заставив других ощущать то же.

В этот раз не стану отвечать тем же. Я выше этого.

Я стану лучше.

Стою в очереди за едой. Достаю из холодильника апельсиновый сок и двигаюсь к кассе, но вдруг кто-то прижимает меня к прилавку и не дает сдвинуться с места. Сердце замирает. Я думаю, что это Миша, но, когда оборачиваюсь, вижу за спиной Трея.

– Знаешь, если хочешь играть грязно, я могу и грязно, – усмехается он, глядя на меня сверху вниз. – Хотя, может, и хорошо, что Лоран заполучил тебя первым. Вы, мелкие сучки, очень быстро становитесь шлюхами, когда входите во вкус.

Мне трудно дышать. Что он только что сморозил?

Он смеется.

– Жаль, ты не видела, как на прошлой неделе мы пустили вон ту девочку по кругу. Парни в очередь выстроились. Это было великолепно.

Я отталкиваю его руку, расплачиваюсь за сок, беру стакан и книги и иду к пустому столику в самом дальнем углу столовой. Нигде не скрыться от любопытных глаз. Все смеются надо мной. Я так давно не сидела за столом одна.

Открыв тетрадь и коробочку с соком, с головой погружаюсь в домашку по математике на завтра, обложившись книгами и спрятавшись от всех, чтобы не казаться жалкой.

– Никто не хочет видеть тебя здесь, – раздается у меня над ухом женский голос. Поднимаю голову и вижу Лайлу. – Я даже поесть нормально не могу, пока ты маячишь перед глазами.

Она берет мой пакетик с соком и выливает мне на колени. Охнув, я вскакиваю со стула. Холодная жидкость стекает по ногам. Пристально глядя в глаза, я отталкиваю ее обеими руками.

Она делает шаг назад и роняет пакетик. Потом подходит ко мне и толкает в живот.

– О! – кричит кто-то. – Драка!

Все в столовой начинают перешептываться, ребята скрипят стульями по линолеуму, устраиваясь поудобнее и добиваясь лучшего обзора.

Лайла хватает меня за волосы, но я вырываюсь и отталкиваю ее руки. Футболка и шорты прилипают к коже. Ярость переполняет каждую мышцу. Она снова налетает на меня, я готовлюсь наброситься на нее в ответ.

Но вдруг чувствую, что я за каменной стеной.

Стеной в белой футболке и с татуировками.

Миша.

Трей выходит вперед Лайлы, приближается к нам с Мишей. Он бросает вызов.

– Уйди с дороги, – требует он.

– Заставь меня.

Трей смеется. Он знает, что Миша не шутит, но на глазах у всей школы ему практически ничто не угрожает. И его устраивает такой расклад, учитывая, что в прошлый раз Миша надрал ему задницу.

– Если хочешь добраться до нее, тебе придется иметь дело со мной, – заявляет Миша. Я выхожу из-за его спины, потому что не хочу прятаться.

Сок медленно стекает по ногам и уже хлюпает в кедах. Я стараюсь не обращать внимания на то, что все шепчутся обо мне. Миша вступился за меня на глазах у всех против моей воли. Лед в моем сердце начинает таять.

– После уроков, – говорит Трей. – На парковке.

– Нет, у меня вечером дела, – отвечает Миша.

Заливаясь хохотом, Трей поворачивается к друзьям. Они все думают, что Миша испугался и боится приходить.

– Может, решим вопрос прямо сейчас? – спокойно говорит Миша и с размаху залепляет кулаком Трею по лицу, к всеобщему удивлению.

Из толпы слышатся возгласы. Трей валится на спину и проклинает все на свете.

– Черт!

Миша набрасывается на него, но Джей Ди подлетает сзади и пытается его оттащить. Из толпы появляется директор Берроуз.

– Прекратите! – гаркает она на обоих. – Прекратите сейчас же!

Миша пытается освободиться от рук уже красного от напряжения Джей Ди.

– Так, успокойся, мужик. Успокойся.

– Убери от меня этого кретина! – орет Трей на мачеху, указывая на Мишу.

– Еще раз к ней подъедешь, – ревет Миша, – то, что сейчас было, покажется тебе цветочками. – Он на секунду замолкает, а потом обращается к Лайле. – А что до тебя, не смей с ней больше разговаривать. Ты просто хочешь, чтобы она почувствовала себя такой же гадкой, как ты.

Лайла ведет бровью и скрещивает руки на груди. Она знает, что он прав, так же как был прав и насчет меня, но не удостаивает его ответом.

– Да не буду я к ней подъезжать, – усмехается Трей. – Ты вроде бы уже это сделал и даже внутрь зарулил.

Из толпы доносятся смешки. Миша вырывается из рук Джей Ди, пристально глядя на Трея. Вид у него такой, будто он порвет на части, если тот еще хоть раз скажет грубое слово в мой адрес. Все ждут продолжения. Но Миша разворачивается, берет меня за руку и уводит из столовой.

– Мистер Лоран! – окликает его директриса.

Но Миша не обращает на нее внимания. Он заводит меня в мужской туалет, смачивает водой бумажные полотенца, выжимает их.

Потом подводит меня к раковине, приседает, ставит мою ногу себе на колено и медленно вытирает с нее апельсиновый сок.

Сердце сжимается, когда я вижу, как спокойно и аккуратно он это делает.

Намочив еще несколько полотенец, он переходит ко второй ноге, а потом развязывает шнурки и снимает с меня мокрые кеды.

– Мы все еще друзья? – дрожащим голосом спрашиваю я. – Потому что мне очень нужен Миша, а не Мейсен.

Я была неправа вчера. Он всегда Миша. Мейсен и Миша неразделимы.

А мне сейчас без друга никуда.

Взяв в руку мои перепачканные кеды, он встает, берет меня за руку и молча выводит из туалета.

– Куда мы идем?

– Подальше отсюда.

Мы уходим не оглядываясь. Наверно, завтра у меня будут проблемы, но никто и ничто не заставит меня сегодня отпустить его руку. Я еще крепче сжимаю ее и понимаю, что пойду с ним куда угодно. По крайней мере, сегодня.