Твоя, только твоя - Нэн Райан

Старший Клей проснулся. Открыв прекрасные серебристо-серые глаза, он улыбнулся Мэри. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Потом Клей пошевелился и сынишка проснулся. Крошечный младенец открыл голубые глаза и невидящим взглядом посмотрел на отца.

Клей-старший улыбнулся, посмотрел на жену и сына и спросил:

– Мне все это снится, или это правда?

– Я хотела спросить об этом тебя! – Мэри радостно улыбнулась и протянула к мужу руки. – Иди сюда, и я докажу тебе, что это не сон!

Клей поднялся с кресла, осторожно передал жене младенца и, прижав ладонь к ее щеке, спросил:

– Но почему, любимая? Почему ты ничего не сказала мне до отъезда?

– Я боялась, что ты будешь слишком беспокоиться обо мне, о нас!

Клей нежно поцеловал жену.

Осторожно, чтобы не задеть рану, Мэри раздвинула полы рубашки Клея.

– Ох, Клей, я думала, что ты погиб! Я так беспокоилась, и… Ты тяжело ранен, любовь моя?

– Нет! – не стал волновать жену капитан. – Кость не задета. Это чепуха!

– Поцелуй меня, капитан! – попросила Мэри, и ее темные глаза просияли. – Зацелуй меня до смерти!

На губах Клея появилась лукавая мальчишеская улыбка. Он вспомнил ту ночь, когда сказал ей эти слова. Капитан наклонился, чтобы поцеловать жену, но младенец писком выразил неудовольствие.

Счастливые родители посмотрели друг на друга, засмеялись и сосредоточили все свое внимание на крошечном сыне.

Дождь перестал. Снова ярко засияло солнце.

Внизу, на спускающейся террасами лужайке, старые мраморные солнечные часы откликнулись на появление солнца и вновь стали исправно показывать время.