Пьяная вишня - Ольга Лазорева

– Ко мне в гости, – тупо повторила я и отхлебнула теплый кофе.

В голове начало немного проясняться.

– Да! – подтвердил Антон. – Я решил познакомиться с падчерицами. И я их уже предупредил. Они ждут нас с нетерпением.

«Еще бы! – подумала я. – Девчонкам наверняка не терпится посмотреть на моего нового мужа. Но когда он успел им позвонить?»

– Так что, зайка, пей кофе и поехали! – добавил Антон.

Я глянула в его лицо. Антон выглядел спокойным, но какие-то чертики плясали в его глазах, уголки губ подрагивали от едва сдерживаемого смеха, ноздри раздувались. Он разительно напоминал сатира. Я подумала, что совсем не знаю его, хотя мы уже близки. Но все произошло так быстро! В душе я понимала, что окунулась с головой в эти отношения лишь для того, чтобы быстрей забыть Ника. К тому же Антон был таким напористым, строил планы на будущее, судя по всему, хотел нормальных долговременных отношений и даже думал о ребенке.

«Ладно, – успокоила я себя, – будем надеяться, что сейчас он столько пьет потому, что действительно у него что-то типа отпуска. Хотя… он же все равно много выступает! Помимо балетов в «Космосе» еще какой-то концерт в зале Чайковского. Кошмар!»

– Зая! – позвал меня Антон и расхохотался. – Ты где?

– Тут, – улыбнулась я.

– Но ты так глубоко задумалась!

Он взял у меня пустую чашку из рук, поставил ее на поднос, а поднос перенес на пианино. И тут же лег рядом со мной. Его рука забралась под одеяло. Я вздрогнула, почувствовав, как его пальцы скользят по моим ногам все выше. Он закрыл глаза и тяжело задышал.

– Давай еще разок, – зашептал он. – Ты такая сладкая!

Я увидела, как он стремительно стянул трусы. Он был готов. Но я чувствовала усталость, к тому же у меня все болело после почти беспрерывного секса этой ночью.

– Не могу, – тихо сказала я. – Отстань!

Я отказала ему впервые и с тревогой ждала, как он прореагирует. Но Антона это не смутило. Он сел на меня и сказал, что подрочит и что это ничуть не хуже. И действительно тут же начал это делать. Я лежала под его тяжестью, не в силах пошевелиться. Вначале Антон пристально смотрел на меня, потом откинул голову назад. Это длилось минут десять, но я сильно устала и начала злиться. Когда все закончилось, я вздохнула с облегчением и отправилась в ванную смывать с себя конечный продукт.

Около трех мы приехали ко мне. Я заранее попросила Антона вести себя прилично и не забывать, что это, прежде всего, мои дочери, а потом уже симпатичные девушки. Он, к моему удивлению, надел парадный костюм, белую рубашку, галстук и купил по букетику мелких розовых подмосковных роз. Волосы смазал гелем и зачем-то зачесал назад, открыв залысины. Правда, от этого его лицо стало выглядеть старше.

Девочки открыли нам двери и с восхищением уставились на Антона. Он церемонно представился, подарил каждой по букетику и расцеловал в щеки. Потом с видом дипломата прошел в гостиную и чинно уселся на диван. Меня начал душить смех. Антон, несомненно, обладал недюжинными актерскими способностями, и я прекрасно видела, что он вошел в роль завидного жениха и получает от этого самое настоящее удовольствие. Девочки устроились по обе стороны и начали задавать вопросы.

– А вы хотите жениться на нашей мамочке? – в лоб спросила Катя.

– Вы пришли делать официальное предложение? – продолжила Варя.

– И хотите понравиться нам? – не уступала Катя.

– И вы хотите, чтобы мы называли вас «папочка»? – предположила Катя.

Антон продолжал сохранять серьезный вид и важно кивал на все их вопросы.

– А может, хватит? – попыталась я остановить этот допрос.

Но не тут-то было. Антону, по-видимому, нравилась эта роль. Он поднял на меня глаза и нежно произнес:

– Почему бы тебе не позаботиться о праздничном столе, дорогая? А я пока побеседую с твоими очаровательными дочурками.

– Да, мама! – поддержали они. – Мы там торт купили, так что завари свежий чай.

Я пожала плечами и оправилась на кухню. Накрыв на стол, достала из холодильника шампанское. Мне стало даже интересно, сможет ли Антон остановиться только на нем или все-таки захочет «догнаться» чем-нибудь покрепче. Но он выпил бокал шампанского и на этом остановился, что меня сразу успокоило. Скоро девочки уже общались с ним на равных. Я увидела, что Антон сменил роль жениха на роль рубахи-парня, вхожего в любую компанию. Они смеялись, рассказывали ему случаи из институтской жизни и даже сплетничали о своих парнях. Около десяти вечера Антон засобирался домой.

– Дорогая, – ласково сказал он, – нам пора. У меня завтра с утра репетиция, вечером выступление, я же тебе говорил.

Я увидела, как девочки сразу скисли и смотрят на меня умоляюще. Мне и самой никуда не хотелось идти.

– Знаешь, я останусь дома, – после паузы сообщила я. – Извини.

И я настороженно на него глянула. Но Антон, к моему удивлению, и не подумал возражать.

– Конечно, милая, – согласился он. – У нас ведь гостевая семья. Если ты считаешь нужным, то оставайся дома. И я не хочу забирать тебя у таких милых дочурок.

Он встал, потом подошел к книжной полке, взял мою большую фотографию, которая стояла там, и внимательно начал ее разглядывать. Там мне было девятнадцать лет. Волосы были темные, полудлинные и пушистые. Меня сфотографировали в тот момент, когда я поднесла к губам белую шапочку одуванчика и дула на нее.

– Изумительная фотография! – сказал Антон. – Ты на ней просто моя мечта! И я возьму ее с собой! – безапелляционным тоном добавил он.

– Но… – начала я.

– Ты же остаешься дома, – прервал он меня. – Пусть эта девушка-мечта стоит у меня на пианино. Всегда!

– Как романтично! – вздохнула Катя.

Антон сверкнул глазами, гордо выпрямил спину и, не выпуская фотографию, направился в коридор.

Но с утра меня замучили угрызения совести. Я знала, как Антон нервничает перед каждым выступлением. И решила поехать к нему. И сразу взяла с собой вечерний наряд. Антон все еще не дал мне ключи, и я долго звонила в дверь. Наконец он открыл, с изумлением глядя на меня сонными глазами и потягиваясь.

– Я думал, ты сразу на программу приедешь, – сказал он и зевнул. – Ты же вроде хотела дома побыть с дочками.

– Хотела, да решила, что тебе обед горячий не помешает, – сказала я, заходя в спальню.

Антон, видимо, еще спал, хотя уже была половина одиннадцатого.

– Тебе же на репетицию! – заметила я.

– Так к часу, – ответил он. – А я лег поздно.

– Почему это? – удивилась я и поправила свою фотографию, которую он действительно поставил на пианино.

– Да так что-то, – замялся Антон и начал убирать постель. – Не спалось без тебя, – добавил он.