Спаси меня - Катрин Корр

Запрыгнув на кожаное сиденье, Белла пристегнула ремень и совершенно не заметила, как Алекс уже сидел рядом и заводил двигатель.

– Говорите адрес, – сказал он, положив свой сотовый на панель.

– Ага, разбежалась.

Алекс вопросительно взглянул на нее:

– Белла, я хочу отвезти вас домой и мне нужен адрес.

– А разве вам недостаточно того, что я уже сижу в вашей машине, хотя практически вас не знаю!

– Белла, сколько вы выпили?

– Не так уж и много, чтобы потерять свою исключительную бдительность! Я никому не говорю свой адрес… По крайней мере людям, с которыми знакома всего-то пару недель.

По салону пронесся нервный мужской вздох, и Белла машинально обняла свои плечи.

– Извините, но я вам ничего не скажу, – тихо добавила она, глядя на свои колени. – Это может быть очень опасно.

– Тогда, как же я отвезу вас домой, если адреса знать не знаю? Ладно. Я позвоню вашей подруге. – Алекс набрал нужный номер и ждал вызов. Но вместо этого, ему ответил женский голос, сообщая, что аппарат вызываемого абонента выключен. Поджав губы, он заблокировал сотовый и внимательно посмотрел на свою притихшую пассажирку. – Белла, я действительно хочу отвезти вас домой. Вам нужно отдохнуть.

– Алекс, почему вы обращаетесь ко мне на «вы»? – спросила она, повернув к нему голову.

– Вы делаете тоже самое.

– Но ведь вы – мой заказчик. Так положено, вроде бы.

– Уже нет, ведь вы сделали свою работу.

Белла слабо улыбнулась ему и отвела взгляд:

– Значит, можно я буду…

– Можно, – перебил Алекс. – Как и я.

– Отлично.

– В таком случае, быть может, ты все-таки назовешь мне свой адрес?

– Почему у тебя такое имя? – спросила она, задумчиво взглянув на него.

– Не нравится, как и моя предыдущая машина?

Белла усмехнулась и тут же округлила глаза, отрицательно закачав головой:

– Машина – бомба! Да и имя…тоже. Я вообще-то хотела спросить, почему именно «Алекс», а не Александр, или Алексей… А при чем здесь машина?

– Меня так назвал дедушка. Его звали Роберт.

– Ух ты! Как Роберт Де Ниро!

Алекс улыбнулся.

– Он мог без конца пересматривать голливудские боевики и детективы. Думаю, меня-то и назвали в честь какого-нибудь киношного героя. Во всяком случае, родители против не были.

Белла заслушалась, откинув голову на подголовник. Она вдруг осознала, что впервые почувствовала жгучий интерес к его прошлому. И вот теперь Алекс казался все более реальным. Дедушка, фильмы, родители… Все это так типично и по-настоящему.

– Мое имя тоже дал мне дедушка, – поделилась она, глядя в темный потолок. – Он говорил, что оно просто мне подходит.

– Так и есть.

Белла взглянула на него сонными глазами и села поудобнее. Почесав нос, она прикрыла рот рукой и слабо зевнула, не замечая мужскую улыбку.

– Поехали кататься, – шепнула она, закрыв глаза.

– Ты действительно этого хочешь? – усмехнулся Алекс. – По-моему, через пять минут ты уснешь.

– Не-е-ет, мне просто удобно сидеть с закрытыми глазами. К тому же, я должна закончить дело.

– Хорошо. Как только мы подъедем к бульвару, ты скажешь, куда тебя отвезти, идет?

– Поехали, – согласно махнула она рукой, по-прежнему не открывая глаза. – Кстати, а что там про машину?

– Тебе она не понравилась, – напомнил Алекс.

– А-а-а… Та космическая… Ну, да, уж больно завернутая какая-то. Зачем же ты выставил ее на аукцион?

– Тебе ведь она не понравилась.

Белла хихикнула, и автомобиль тронулся с места, убаюкивая сонную пассажирку слабыми покачиваниями. Она слышала тихую музыку; не знала, да и особо не пыталась вспомнить исполнителя и песню, но была уверена, что мелодия прекрасна. Как и та, под которую они танцевали вчера с Алексом.

– Почему ты не любишь май? – тихо спросил он.

– О-о-ой! Слишком долго.

– А мы не скоро приедем.

Белла усмехнулась:

– Знаешь, кем я мечтала стать? Психо-о-ологом. Как же моя мать ненавидела это слово. Ее прям наизнанку выворачивало, – засмеялась она. – Я хотела работать с людьми, слушать их, помогать словом что ли… А мой подлый дядечка называл их беспомощными. В общем, как ты уже успел заметить, работаю я отнюдь не психологом. И во всем виноват тот чертов май.

– Мне пока сложно понять, о чем именно идет речь.

Протяжно выдохнув, Белла распахнула глаза и снова уставилась в потолок:

– Я заканчивала школу, сдавала экзамены и была решительно настроена противостоять своей неугомонной мамочке.

– Она не хотела, чтобы ты…

– У-у-у-у, еще как! – перебила она, с горечью усмехаясь. – Била посуду, орала, как настоящая истеричка, но я все равно упорно шла к своей цели. И книжки какие-то читала… Она бы смирилась с моим выбором, – задумчиво добавила она, опустив голову. – Но, тут, как говорится, что-то пошло не так. Пришлось просто взять, запульнуть все это на мусорную свалку и делать то, что хотела она. – Тут Белла коротко засмеялась и взглянула на сосредоточенный профиль Алекса. – Пожалуй, это как раз тот случай, когда я делала то, что мне говорили…

– Что же случилось?

Белла хмыкнула и покосилась на освещенную фонарями дорогу. Она вновь осознала, что пьяна. Ведь иначе бы молчала, как рыба. И уж точно не села бы в чужую машину. Ее исключительная бдительность дала маху, ну, и что с того?

– Белла, что случилось? – повторил Алекс, взглянув на нее.

Она лениво пожала плечами и снова откинула голову, мечтая о бутылке воды. Во рту было слишком сухо.

– Я и сама превратилась в того беспомощного «людя», – хмыкнула она. – Себе-то помочь не могла, а как же тогда с другими работать?

Автомобиль свернул вправо, оставив позади центральный бульвар.

– Что случилось, Белла?

Ей очень хотелось спать. Плавная качка убаюкивала, а мысли, подобно мозаике, то собирались в полноценный рисунок, то рассыпались на сотни частей. И вот сейчас надо бы взять эти непослушные мыслишки и собрать в единое целое, но черт возьми, как же это трудно было сделать.

– Ну же, Белл, что произошло?

– Мне нельзя говор-р-рить.

– Почему?

Согнув колени, Белла прижала их к груди и склонила голову, не падая вперед лишь благодаря пристегнутому ремню безопасности.

– Это опасно для меня, – процедила она, сонно.