Любовь по ошибке - Кара Колтер

Приглушив звук монитора, он окинул ее критическим взглядом. Стейси не переставала удивляться. Этого человека трудно было представить нуждающимся в помощи, тем более – просящим о ней. В любом случае она не годилась на роль разрешительницы чужих проблем, если судить по тому, во что превратилась ее собственная жизнь.

– Срочно нужен отряд кавалерии. Я жду подкрепления, штурм крепости начался, снаряды на исходе. Спасет только кавалерийская атака.

– Это я – кавалерия? – пискнула Стейси.

Взгляд Кернана выражал такое же недоумение, как ее собственный.

– Разве ты не няня, которую обещала прислать Адель?

Вот в чем дело! Макалистер так ждал няню, что даже готов был прислать за ней машину. К счастью, он распахнул перед ней дверь, не дожидаясь ответа.

– Иди в гостевую комнату. Здесь временно требуется твоя помощь, а я пока займусь машиной.

Как в тумане она пошла по коридору впереди Макалистера, слыша за спиной его голос:

– Думал, он проспит дольше. Он вообще не мог заснуть с тех пор, как оказался здесь. Кто мог подумать, что малыш такой требовательный? Не спит, не ест. Знаешь, что он делает? Плачет! – Он понизил голос, и Стейси восприняла это как признание, что ситуация вышла из-под контроля. – Конечно, я и сам справлюсь, но если моя сестра решила, что мне нужна помощь, спорить с ней бесполезно.

Прежняя сентиментальная и романтичная Стейси сразу бы ринулась спасать страждущего, но Кернан не производил впечатление человека в беде. Ей никогда не приходилось встречать более самоуверенного мужчину. Стоит только вспомнить, как он стоял на морозе голым с таким видом, словно это самое обычное дело!

Однако ее смущало странное выражение его глаз – растерянное, просящее о сочувствии. Глупо, но ей захотелось повернуться, провести ладонью по небритой щеке и сказать, что она спасет его и все будет хорошо. Однако Стейси покорно двигалась вперед, пока не пришла в комнату, в центре которой стоял детский манеж с грудой одеял и мягких игрушек. Держась за бортик, в манеже возмущенно вопил и нетерпеливо подпрыгивал очаровательный малыш. На вид ему было около года: пухлые щеки, темные кудряшки. Он был совершенно неотразим в своей голубой пижаме с криво застегнутыми пуговицами.

Неужели у Макалистера есть тайный сын? Наклевывалась журналистская сенсация, однако мысли Стейси были заняты другим: «Зачем Господь раздает детей людям вроде Макалистера в то время как женщины вроде нее, страстно мечтающие о материнстве, остаются бездетными?»

«У нас совершенно разные представления о жизни», – сказал ей бывший бойфренд Дилан, отмахнувшись от ее мечты, словно традиционная семья, в которой она выросла, казалась ему самой скучной идеей на свете. В их последний вечер вместе в роскошном ресторане, куда он пригласил ее, Стейси ожидала получить обручальное кольцо. Вместо этого он позвал ее в любовницы!

Его предательство стало последней каплей в череде разочарований, которыми оборачивалась вера в любовь. Удар оказался особенно жестоким, потому что Дилан был ее начальником и после разрыва немедленно уволил ее. Как и она, все сотрудники офиса считали это несправедливым. Стейси решила, что больше никогда не позволит иллюзиям о любви и семье ранить ей душу. Однако теперь она поняла, какой долгий путь ей еще предстоит пройти! Глядя на красивые, твердо очерченные, чувственные губы Макалистера, она твердила себе, что он очень опасен. Во всяком случае, ее пугали эмоции, которые он в ней всколыхнул.

Пускай она совсем не та, кого ждал Кернан, и уж точно не квалифицированная няня, но она не успокоится, пока не узнает, откуда здесь ребенок.

Макалистер, несмотря на браваду, совершенно очевидно был полным профаном в родительстве. Если она сможет стать ему полезной, хотя бы на время, в дальнейшем он может более снисходительно отнестись к ее истинной миссии. Благодарность способна творить чудеса!

Ребенок удивленно замолчал и принялся разглядывать ее с глубоким сомнением, будто сразу догадался, что она самозванка. Утвердившись в подозрениях, он снова захныкал.

– Прекрати, Иван! – приказал Макалистер.

– Привет, Иван, – поспешила к ребенку Стейси.

Тот, вероятно, успел изменить мнение о ней, потому что вдруг застенчиво заулыбался и затукал, чем сразу и навсегда завоевал ее сердце.

– Ты что, не знаешь, как зовут моего племянника? – изумился Кернан. – Его имя Макс. – Он смотрел на нее с таким же подозрением, как малыш минуту назад.

Племянник? Впрочем, это уже не меняло ситуацию. Сейчас Стейси будет безжалостно выкинута на улицу к своей машине, чего, собственно, и заслуживала.

– Разве ты не его няня, которую я ждал? – потребовал ответа Кернан.

– Я – Стейси, – вздохнула она. – Стейси Мерфи Уолкер. – Самое время признаться, кто она на самом деле, но у нее не хватило решимости. Гораздо легче сосредоточиться на ребенке, тем более что малыш – а возможно, и Кернан, – нуждался в ней. А еще было ощущение, что ей совершенно необходимо остаться в этом доме, застывшем в ожидании рождественской елки и собравшейся вокруг нее семьи.

Стейси наклонилась над манежем, и ребенок обвил пухлыми ручонками ее шею. Стейси подняла довольно тяжелого малыша, который прильнул к ней, совершенно довольный жизнью.

– Я не постоянная няня этого мальчугана, – услышала она свой голос. – Но уверена, что смогу помочь. Дети любят меня.

Стейси утешала себя тем, что не солгала, а Макалистер в его отчаянном положении готов поверить ей на слово. Он оценивающе посмотрел на нее и решил, что на время она вполне сойдет, а потом явится постоянная няня, которую, вероятно, задержали погодные условия. Во всяком случае, на его лице отразилось нескрываемое облегчение.

– Я – Кернан Макалистер.

– Я знаю, конечно. Приятно познакомиться. – Она ухитрилась вытащить руку из-под малыша и протянула ему, надеясь, что не нарушает протокол общения с домашней прислугой. Принято ли обмениваться рукопожатием с хозяином?

Макалистер шагнул навстречу и без колебаний пожал руку. Стейси поняла, что совершила ошибку, ведь она уже испытала эффект его прикосновений, когда он помогал ей подняться из шезлонга в ванной. Хотя его ладонь не была мягкой, как у офисных работников и коллег-журналистов, а скорее жесткой и сильной, у нее возникло ощущение чего-то знакомого, родного. Она ощутила электрический импульс, запустивший скрытые эмоции. Рядом с ним, под его надежной защитой, она чувствовала себя нежной, женственной, слабой. Это противоречило ее новому имиджу решительной женщины, избравшей трудный путь независимой журналистки.

Она резко выдернула руку в страхе, что он догадается о ее реакции.

– Давай внесем ясность – твой племянник Иван или Макс?

– Макс, но я зову его Иваном. Ну, в честь Ивана Грозного.

Стейси неодобрительно нахмурилась, скрывая впечатление, которое Кернан производил на нее, а он только усмехнулся, давая понять, что ей не удалось обмануть его. Насмешливая улыбка делала его еще привлекательнее.