Мой страстный враг - Жанетт Кенни

Но пусть не мечтает. Он никогда не попадется в ее сети! Стефано Маринетти хорошо изучил уловки и повадки таких, как она.

И тем не менее Стефано не мог оторвать взгляд от тонкой талии, округлых бедер, двух полных холмиков, натягивающих шелковую блузку и привлекающих к себе внимание.

Вот бы прижать Джемму к столу и заняться с ней любовью прямо в кабинете. Эта мысль немедленно вызвала новую вспышку страсти. Борясь с желанием наброситься на Джемму, Стефано вцепился пальцами в столешницу. Его бесило, что он не в силах мыслить здраво, когда рядом оказывается Джемма Кардоне.

Он поступит мудро, если рассчитает ее прямо сейчас. Тогда он избавится от искушения и сможет целиком сосредоточиться на делах отца.

О да, это было бы самым правильным решением! За исключением одного но. В таком случае Джемма Кардоне избежит наказания, которого заслуживает.

Нет, это невозможно. Стефано не имеет права забывать о своей матери. Черт, он должен отомстить и за отца! Если бы не Джемма, у Чезаре не начались бы финансовые проблемы.

А синьорина Кардоне, похоже, отлично владеет собой.

Стефано сузил глаза. Нет, не может он позволить этой женщине уйти просто так, поскольку в какой-то степени задета и его честь тоже. И он сделает доброе дело, если убережет от ее жадных ручек еще какого-нибудь беднягу. Решено. Необходимо придумать, как добиться того, чтобы о мошеннице стало известно всем.

Стефано махнул рукой, указывая на кресло, стоящее перед столом. Джемма мгновение помедлила, а затем стремительно пересекла комнату.

С каждым ее шагом пульс Стефано учащался, в горле стало сухо при мысли о том, как эти длинные стройные ноги обовьются вокруг его бедер, когда они сольются, охваченные огнем страсти.

Стефано выругался про себя. Проклятье! Почему он не может думать ни о чем другом, стоит ему увидеть ее?! Почему постоянно представляет, какие вещи она проделывала в постели с Чезаре? Почему при этом его охватывает слепая ярость?

Проклятая охотница за мужскими кошельками!

Как только Джемма села, Стефано отрывисто произнес:

– Я хочу знать, чем вы занимались с отцом в Милане в течение последних девяти месяцев.

Джемма превратилась в неподвижное изваяние, устремив на него взгляд своих выразительных голубых глаз. Пальцы, сжимающие блокнот, сжались, спина выпрямилась, словно она собиралась дать ему отпор, защищая то, что, по ее мнению, требовало защиты.

– Это касается только меня и вашего отца.

– Больше нет, – возразил Стефано, получая удовольствие от ее растерянного вида. Виновные всегда стремятся отвлечь от себя внимание. – Я владею почти половиной акций «Верфи Маринетти». Надеюсь, теперь вам понятно, почему меня интересует вопрос прибыли и убытков?

Джемма моргнула и словно съежилась:

– Вы собираетесь поглотить компанию отца?

– Извините, но это не ваше дело, – с доброжелательностью акулы парировал Стефано. – А вот то, какую роль вы играете в жизни моего отца, я собираюсь выяснить, так как это отражается на положении фирмы.

Кровь отхлынула от лица Джеммы.

– Вы же знаете – я его личный секретарь. Брови Стефано поползли вверх. Неужели она считает его таким же легковерным, как и Чезаре?

– Вы в курсе, что мой отец на грани банкротства? – осведомился он.

Лицо Джеммы побелело.

– Я знала, что в последнее время дела в компании идут не блестяще.

– И тем не менее вы продолжали тянуть из него деньги каждый месяц, хотя подарки, которые преподносил вам отец, были непростительной роскошью с его стороны.

– О каких подарках вы говорите? – переспросила ошеломленная Джемма, но ее голова была опущена. Знает, знает она, о чем он говорит!

– Не подарки? – с улыбкой поинтересовался Стефано, но Джемме эта улыбка показалась волчьим оскалом. – Тогда что это было? Оплата наличными за оказанные услуги? – подсказал он.

Джемма вскинула голову. Ее глаза засверкали от негодования и еще каких-то эмоций, но Стефано затруднился определить, каких именно.

– Как вы смеете?! – сбивчиво воскликнула она. – Как вы смеете намекать, что меня и Чезаре связывает не только дружба?

– Вот только лгать мне не надо.

– Я повторяю: Чезаре является моим работодателем, и он мой друг, – отрезала Джемма. – Это все, что нас связывает.

Стефано хотелось схватить ее за плечи и хорошенько встряхнуть, чтобы добиться правды, но он только сильнее сжал столешницу.

– Тогда не скажете мне, на что пошли все эти деньги, если не на одежду и ультрасовременную квартиру?

– Откуда вам знать об этом? – не удержалась она от иронии.

– Я знаю все, – отрезал Стефано, глядя на нее в упор. – Даже то, что у вас нет машины. Смотрите на меня! – велел он, когда Джемма отвела глаза. – Я хочу услышать правду. Почему отец в течение девяти месяцев платит вам гораздо больше заработной платы? Джемма наконец дрогнула:

– Это был заем.

– Заем? – Она кивнула. – И на каких условиях был сделан заем? – вкрадчиво поинтересовался Стефано.

Джемма моргнула, ее губы слегка приоткрылись. Стефано восхитился про себя: девица выглядит так, словно впервые слышит о том, что деньги дают не просто так, а одалживают на каких-либо условиях.

Джемма неловко поерзала в кресле, уставившись в пол.

– Это была беспроцентная ссуда. Чезаре согласился подождать девять месяцев, пока гостиница не начнет приносить доход.

Стефано нахмурился. В результате расследования он выяснил, что покойный отец Джеммы был рыбаком. Еще у нее есть бабушка, живущая в Манароле, и брат – завзятый игрок. Значит, она владеет какой-то собственностью? Его недоверие только усилилось.

– Что за гостиница? – небрежно бросил он.

– Семейная гостиница в деревне Манарола. – В ее глазах засверкал такой огонь, что гнев Стефано несколько поостыл. – Она принадлежит нашей семье уже несколько поколений и передается от матери к дочери. Моя мать умерла, поэтому сейчас ею управляем мы с бабушкой. Гостиница требовала серьезного ремонта. Именно на это ушли деньги Чезаре. Постепенно дела у нас налаживаются.

За счет его отца!

– Ну что ж, девять месяцев истекли. Могу я взглянуть на условия заключенного контракта?

– У нас была устная договоренность.

– Тогда этим придется заняться мне. – И Стефано усмехнулся при виде ее мгновенно вспыхнувшего лица. – Я попрошу Умберто подготовить бумаги. Вы сможете вернуть одолженную вам сумму в течение трех месяцев, выплачивая деньги равными долями.

В ее глазах мелькнула неуверенность, но Джемма кивнула:

– Хорошо.

Как-то уж слишком быстро она согласилась. Скорее всего – если она, конечно, не лжет, – большая часть денег осталась неизрасходованной. Или, может, она их во что-то вложила, раз согласна вернуть в течение всего трех месяцев.