Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели - Юлия Шилова

– Десять утра. С тобой не только приятно засыпать, но иприятно просыпаться, – заметил Клим.

– Я приму это как комплимент.

– Клим, ты здесь?!

Увидев, что в дом ворвался один из друзей Клима, я натянулана обнаженное тело простыню и с недоумением уставилась на него.

– Мишка, а ты здесь как очутился?! – опешил отнеожиданности Клим.

– Я на ночь дверь забыла закрыть, – пробурчала янедовольным голосом.

– Клим, беда случилась. – Не обращая на менявнимания, незваный гость обвел избу безумным взглядом. Он заметно нервничал,заикался и был неестественно бледный.

– Что случилось, говори же скорей!

– Сашку ночью убили.

– Как убили?

– Сам не знаю, как это произошло. Мы вчера так ипоняли, что ты ночевать вряд ли придёшь. Дед Иван приготовил нам ужин изпойманной дичи и ушёл к себе. Мы с Саней хорошо выпили, поужинали, за тебя тостподняли, пожалели, что тебя с нами нет. Около часу ночи спать легли.

Михаил замолчал. Его нижняя губа затряслась, а на глазахпоявились слёзы.

– И что произошло-то? – Не дожидаясь ответа, Климподскочил с кровати и принялся одеваться. – Мишка, ну не трави душу!Говори, что произошло!

– Я утром проснулся, подошёл к кровати Сашки, хотел егоразбудить, а у него горло перерезано. Кровища кругом, а Санька мёртв.

– Как мёртв? Как горло перерезано?! – Клим раздулноздри и тяжело задышал.

– Я сам не знаю. Клим, ума не приложу, как моглопроизойти подобное. Мы когда спать ложились, на ночь дверь не закрыли. Да исторожка деда Ивана недалеко.

– А дверь-то почему не закрыли?

– Так подумали, вдруг ты ночью придёшь. Ты же несказал, что утром вернёшься. Мы, конечно, это предполагали, но на всякий случайдверь оставили открытой. Побоялись – ты стучать будешь, а мы не услышим.

– Так, а кто Саньку зарезал?

– А я откуда знаю, – пожал плечами Михаил итрясущимися руками полез в карман за сигаретой. – Дед Иван тоже в шоке,говорит, он всю жизнь в этом лесу прожил, и у них никогда ничего подобного небыло. Он сейчас в соседнюю деревню поехал, чтобы хоть кого-то из милициипривезти. Я понимаю, что убийцу в таком огромном лесу не найдёшь, но фактубийства зафиксировать нужно.

– Как же такое могло случиться… – Клим растерянноразвёл руками и посмотрел в мою сторону:

– Маринка, ты бы здесь одна не ночевала. Ты ведь тоже соткрытой дверью спишь. Уезжала бы ты в город. Что тебе одной в этом лесуделать?!

– В охотничьем доме деда Ивана постоянно кто-нибудьостанавливается. Тут никогда никаких убийств не было. Ума не приложу, как такоемогло произойти.

– Дед Иван говорит, что по радио передавали, будто извоинской части сбежал солдат с оружием. Может прятаться в этом лесу.

– Если это беглый солдат, то он должен из оружиястрелять, а не горло резать. И почему тебя в живых оставил? Что-то на беглогосолдата это мало похоже.

– Я и сам не понимаю, почему именно Саньку на тот светотправили. Почему не меня или нас обоих?! – в сердцах произнёс Михаил и,бросив: – Клим, я тебя на улице жду, – вышел из комнаты.

Клим сел на краешек кровати и взял меня за руку:

– Марин, мне пора.

– Мне очень жаль, что такое произошло, – только исмогла сказать я.

– Ты должна сегодня же уехать в город. Здесь оставатьсяопасно. Убийца может заявиться к тебе. Хочешь, поехали с нами. Мы повезём телодруга в Москву.

– Я остаюсь, – отрезала и тут же добавила: – Мнепока в Москве делать нечего. На работу через неделю.

Мой ответ привёл Клима в замешательство, и он слегка сжалмне руку:

– Ты остаёшься даже после всего, что произошло?

– Остаюсь.

– Ну почему?!

– Потому, что даже трагическая гибель твоего друга неперечеркнёт мою любовь к здешним местам.

– И тебе не страшно?

– У меня есть собака и ружьё, которое всегда стоит уизголовья моей кровати.

– Да ты сумасшедшая. Любая другая на твоём месте ужевпала бы в истерику и побежала в город.

– Я не любая, – ответила я и посмотрела Климу вглаза. – В случае чего я всегда смогу за себя постоять.

– Значит, ты совсем не боишься?

– Дело не в этом. Просто города я боюсь больше, чемлеса.

– Ладно, бог с тобой. Только обещай хотя бы, что будешьзакрывать дверь на ночь.

– Обещаю.

– А как мне найти тебя в городе?

– Зачем?

– Ты считаешь, что не стоит? Одного раза вполнедостаточно? Марин, я же ничего о тебе не знаю.

– А что ты хочешь обо мне знать?

– Что у тебя за работа, если большую часть своеговремени ты проводишь в глуши?

Я несколько смутилась и решительно заметила:

– Клим, я не люблю рассказывать о себе. Если тызахочешь увидеть меня ещё раз, то приезжай сюда.

– Сюда???

– Ну да. Искупаемся в реке при луне, встретим вместерассвет. Разве в городе можно сделать подобное?

– Ах, значит так… – Клима явно раздражал тот факт,что я не вешаюсь ему на шею, не твержу ему, что наша встреча – это любовь спервого взгляда, и не прошу его увидеться ещё раз.

– А если я сюда приеду, а тебя нет?

– Если меня нет, то я в городе и буду через несколькодней.

– Хорошенькое дело. Это я должен бросить все свои дела,пропахать чёрт знает сколько километров на встречу с тобой, увидеть, что дверьтвоей избушки закрыта, и прождать тебя у порога несколько суток.

– Я могу сказать, где лежат ключи. – Я не далаКлиму закончить его монолог, а своей последней фразой вызвала у него ещёбольшее недовольство. Не став дожидаться ответа, я тут же продолжила: – А какиенеотложные дела ты не можешь бросить в городе? Коробки или ящики? Не знаю, чтоты там таскаешь и грузишь…

– Клим, ты идёшь?! – послышался из полуоткрытойдвери голос Михаила.

– Иду! – крикнул Клим и, встав с кровати, нервнозаходил по комнате.