Из круиза с любовью - Татьяна Осипцова

Девятая скамейка оказалась пуста, и на двух соседних тоже никого. Ирина присела с краю, поближе к коробке из-под пива, занимавшей место отсутствующей урны. Закурила, пережидая, пока мимо пройдут две мамаши с колясками. Конечно, они не посланницы шантажистов ― дети в колясках настоящие. Посмотрела на часы. Ровно пять. Вокруг никого. На всякий случай оглянулась назад ― пусто. Лишь после этого она вынула черный полиэтиленовый пакет из сумки и незаметно положила в коробку.

Все, можно идти обратно.

– Наша клиентка на месте, ведет себя спокойно, курит, ждет пока мамаши с колясками пройдут, ― услышал Кравченко.

– Первый ее видит?

– Нет, он на боковой аллее. Встала, пошла обратно.

– Следи за пакетом.

– Так… Бомж бутылки собирает, возле каждой скамейки шарится. Наш, как вы думаете?

– Думаю, наш. В какую сторону идет?

– От центра вглубь парка.

– Глаз не спускайте. Там впереди Митьковский проезд, переходящий в улицу Короленко. Может ждать машина.

– Не упустим. Первый и третий на велосипедах… Оп-ля! Взял пакетик и к своим бутылкам присовокупил! Пошел дальше в том же направлении. Я сворачиваю, передаю его первому.

– Первый на связи. Только что мимо прошел наш объект. Мужик лет сорока, рожа испитая. Серый плащ, грязная белая бейсболка с сеточкой. Драные джинсы, шлепанцы на босу ногу. Прокол… ножки-то чистенькие! Закончил бутылки собирать, побыстрее пошел. Третий, принимай!

– Объект свернул на тропинку, похоже, она сокращает путь к Митьковскому проезду. Второй, ты уже там?

– Да, вижу его, направо повернул. Через пару минут может быть на улице Короленко.

– Ребята, из виду не упускайте. Мы его там примем.

– Полковник, он плащ снял, в пакет засунул! Желтая футболка с какой-то красной фигней на спине.

– Спасибо, родной.

Машина Кравченко уже примчалась по Богородскому шоссе до Короленко, и полковник сам наблюдал, как мужичок в желтой футболке махнул рукой и остановил «газель» с надписью: «Остекление лоджий и балконов».

Он сразу связался со второй машиной.

– Антон, видел? Давай за ними. Я ребят подхвачу и присоединюсь. Телефон не выключай.

– Вот времена настали, ― заметил Кравченко, обращаясь к своему водителю, ― сотрудники в гарнитуре и наушниках, и никого этим не удивишь, каждый второй пацан так экипирован! А помнишь наши громоздкие рации? ―

– А то, ― отозвался водитель, ― бывало, шипением и хрюканьем всех собак в округе распугивали…

Они уже успели развернуться на проспекте, проигнорировав сплошную двойную, когда из второй машины сообщили:

– Андрей Степанович, «газель» завернула на стоянку гипермаркета. Паркуется. Выезд со стоянки один, мы его запрем.

– Смотрите, он может пешком уйти, в магазине оторваться… Мы через пару минут будем.

– Бомж вышел с нашим пакетом и двинулся вдоль ряда машин. Следую за ним. Подошел к желтому «Смарту». Прикольная машинка… За рулем, само собой, молодая баба. Красивая. И на фига ей такой чмошник?.. Все, сел в машину.

– Иди ближе.

– Да мы вдвоем здесь, с Игорем. Сумеем блокировать. Так, пакет передал. Баба его разворачивает. Есть! Взяла пачку баксов в руки.

– Фас! ― скомандовал в телефон Кравченко.

Въезжая на стоянку, полковник видел, как изящно его ребята отрезали шантажистам все пути к отступлению. А когда он еще с двумя сотрудниками подошел к автомобилю, его хозяйка и «бомж» уже стояли в позе «ноги на ширине плеч, руки на крышу автомобиля». Правда, выглядело это несколько комично, больно машинка маленькая. Женщина вертела головой и что-то возмущенно верещала, «бомж» стоял спокойно, ребята привычно делали свое дело.

– Не смейте шарить в моей машине! ― взвизгнула женщина.

– Мадам, производить досмотр автомобиля имеют право даже работники ГИБДД, а мы, между прочим, из ФСБ, ― возразил полковник, подходя. ― О, знакомые все лица! Если мне не изменяет память ― Царева Ольга Александровна?

Женщина удивленно смотрела на него.

– Кравченко, Андрей Степанович, ― показал он раскрытое удостоверение. ― Помните, я в свое время опрашивал вас по делу об убийстве господина Воронова, вы у него секретаршей служили? Чудесно выглядите, Ольга Александровна, совсем не изменились. Красавица! И машинка у вас стильная… Только зачем же вы подозрительных типов в ней возите?

– Андрей Степанович, это какое-то недоразумение… ― начала Ольга.

– Конечно, недоразумение. Ведь не может такая симпатичная девушка быть замешана в дело о похищении человека? А что за пакетик изъяли из вашей машины, Ольга Александровна?

– Это провокация, не было у меня никакого пакета! Его подкинули…

– Как подкидывали ― на камеру заснято. Так же как момент вашего задержания и досмотра машины. Кроме того, на пакете пальчики ваши и вашего подельника. Кстати, как он подобрал пакетик, тоже на пленке зафиксировано. В наш век промежпланетных перелетов и стремительного развития цифровых технологий сделать это несложно, хотя бы при помощи мобильного телефона.

Царева выглядела растерянной, и Кравченко решил, что дожимать ее надо сейчас же.

– Ребята, вы тут изъятие пока оформляйте, а мы пойдем в мою машину, побеседуем с Ольгой Александровной.

Он усадил подавленную женщину в свою «десятку», сам сел за руль.

– Ну, рассказывайте, Ольга, как вы дошли до жизни такой…

– Я ничего не понимаю, это недоразумение!

– Где вы прячете Викторию Соколову? Что круглыми глазами на меня смотрите? Вы задержаны при получении части выкупа. Или думаете, вы случайно нам попались?

Царева молчала. Кравченко сменил тон на более ласковый.

– Зачем вы покрываете Тихомирова? Наверняка идея с похищением его, а вы только исполняете роль курьера. Кстати, в таком случае вы вполне можете отделаться условным сроком, а то и просто выступить на суде как свидетель. Вы понимаете, что я имею в виду? В случае содействия следствию, ― медленно и раздельно проговорил он, ― вы можете избежать лишения свободы. Право слово, нечего такой шикарной женщине на зоне делать! Ведь там жизнь не сахар: телогреечка, платочек на голову, строем на работу, строем в баню, строем в столовую… И никаких богатых кавалеров ― там их роль бабы нетрадиционной ориентации выполняют.

Полковник сделал паузу, искоса посмотрел на Цареву. Кусает губки, глаза налились слезами, вот-вот заревет.

– И как вас угораздило связаться с таким типом, как Тихомиров? Вы ведь образованная женщина, высококвалифицированный специалист. А он кто? Восемь классов, секция карате да три года тюрьмы. Да-да! А вы не знали, что он сидел?.. Еще при Горбачеве, за нанесение тяжких телесных повреждений. Срок семь лет был, между прочим, потому что в составе группы. В девяносто втором вышел по амнистии, вскоре к Воронову попал. Вот и все его университеты.