Посмотри на меня - Сесилия Ахерн

— Айвен, я так рада, что вы здесь. — Элизабет выбежала из кухни.

— Спасибо. — Айвен улыбнулся, оборачиваясь, чтобы поприветствовать ее. — Ух ты, ничего себе! — У него отвисла челюсть.

На Элизабет был простой белый льняной сарафан, который красиво оттенял ее смуглую кожу, длинные волосы были слегка накручены и спускались ниже плеч. — Повернитесь, дайте на вас посмотреть, — сказал Айвен, все еще пораженный ее видом. Ее черты смягчились, и все в ней казалось нежнее.

— Я перестала вертеться перед мужчинами в восемь лет. А теперь хватит на меня пялиться, нужно еще много чего сделать, — резко сказала она.

Ну, все-таки не все в ней стало нежнее.

Она обвела взглядом сад, выпрямившись и держа руки по швам, как будто стояла в дозоре.

— Ладно, давайте я покажу вам, что здесь происходит. — Она схватила Айвена за руку и потащила к столу. — Когда люди придут через боковую калитку, они сначала подойдут сюда. Здесь они возьмут салфетки, ножи, вилки и тарелки, а потом перейдут сюда. — Она двинулась дальше, сжимая его руку и говоря очень быстро. — Когда они окажутся здесь, вы будете стоять за барбекю и готовить все, что они выберут из этого набора. — Она показала на стоящий сбоку столик с разными видами мяса. — Слева лежит соевое мясо, а справа обычное. Не перепутайте.

Айвен открыл рот, чтобы возразить, но она подняла вверх палец и продолжала:

— Затем, после того как они возьмут булочки, они перейдут за салатами сюда. Пожалуйста, обратите внимание на то, что соусы для гамбургеров стоят вот здесь.

Айвен взял оливку, и Элизабет шлепнула его по руке, заставив бросить ее обратно в миску. Она все говорила и говорила:

— Десерты находятся вон там, чай и кофе тут, органическое молоко в левом кувшине, а обычное — в правом, туалет только через дверь и налево, я не хочу, чтобы они бродили по дому, хорошо?

Айвен кивнул.

— Вопросы есть?

— Только один. — Он схватил оливку и засунул себе в рот до того, как Элизабет успела ее выхватить. — Зачем вы мне все это рассказываете?

Элизабет подняла глаза к небу.

— Потому что, — она вытерла вспотевшие руки о салфетку, — я еще никогда не выполняла роль хозяйки, а поскольку вы меня в это втянули, мне нужна ваша помощь.

Айвен рассмеялся:

— Элизабет, у вас все получится, но если я займусь барбекю, это определенно не поможет делу.

— Почему? В Яизатнафе вы не устраиваете барбекю? — язвительно спросила она.

Айвен оставил ее комментарий без внимания.

— Послушайте, мне кажется, сегодня вам не нужны правила и расписание. Просто позвольте людям делать то, что им нравится: бродить по саду, общаться друг с другом и самим выбирать себе еду. Какая разница, если они начнут с яблочного пирога?

Элизабет выглядела шокированной.

— Начать с яблочного пирога? — затараторила она. — Но он стоит на другом конце стола. Нет, Айвен, вы должны им показать, где очередь начинается и где кончается. У меня не будет на это времени. — Она кинулась на кухню. — Пап, надеюсь, ты там еще не съел все коктейльные сосиски? — крикнула она.

— Папа? — У Айвена расширились глаза. — Он здесь?

— Да. — Она закатила глаза, но Айвен понимал, что это не признак недовольства. — Хорошо, что вас тут не было последние несколько дней, а то я с головой увязла в семейных тайнах, слезах, разрывах и воссоединениях. Но мы на верном пути. — Она на секунду расслабилась и улыбнулась Айвену.

Прозвенел дверной звонок, и она вздрогнула, в ее глазах мелькнула паника.

— Элизабет, расслабьтесь! — засмеялся Айвен.

— Обойдите дом сбоку! — крикнула она гостю.

— Перед тем как они все придут, я бы хотел вручить вам подарок, — сказал Айвен, вынимая руку из-за спины, где он ее все это время держал. Он протянул ей большой красный зонт, и она в недоумении наморщила лоб. — Это для того, чтобы защитить вас от дождя, — мягко объяснил Айвен. — Полагаю, он бы вам пригодился той ночью.

Лоб Элизабет разгладился, когда к ней пришло понимание.

— Вы очень заботливы. — Она обняла его, а затем внезапно резко подняла голову: — Но как вы узнали про ту ночь?

У калитки появился Бенджамин с букетом цветов и бутылкой вина.

— Элизабет, с днем рождения.

Она обернулась, и щеки у нее порозовели. Она не видела его с того дня на строительной площадке, когда Айвен большими красными буквами написал на стене, что она его любит.

— Спасибо, — ответила она, подходя к нему.

Он протянул ей подарки, и она не знала, каких взять, потому что в руке у нее был зонт. Бенджамин заметил его и засмеялся:

— Не думаю, что это вам сегодня понадобится.

— А, это. — Элизабет покраснела еще сильнее. — Это подарок Айвена.

Бенджамин поднял бровь.

— Правда? Он у вас без дела не сидит, не так ли? Я начинаю думать, что между вами что-то есть.

Элизабет не дала своей улыбке дрогнуть. По крайне мере, она надеялась на это.

— Кстати, он где-то здесь, может быть, я смогу наконец-то представить вас друг другу. — Она обвела глазами сад, не понимая, почему Бенджамин считает ее такой забавной.

— Айвен! — Я слышал, как Элизабет зовет меня по имени.

— Да, — ответил я, не поднимая головы и помогая Люку надеть праздничный колпак.

— Айвен! — снова позвала она.

— Да-а, — нетерпеливо сказал я, поднимаясь на ноги и глядя на нее. Ее глаза скользнули по мне, и она продолжила оглядывать сад.

Мое сердце остановилось, клянусь, я это почувствовал.

Я сделал несколько глубоких вдохов и постарался не паниковать.

— Элизабет! — позвал я, мой голос был таким далеким и дрожащим, что я сам с трудом узнал его.

Она не обернулась.

— Не знаю, куда он исчез. Минуту назад был здесь. — Ее голос звучал сердито. — Он должен был заняться барбекю.

Бенджамин снова засмеялся:

— Как это на него похоже! Что ж, это хитроумный способ попросить меня, но я с удовольствием займусь барбекю, никаких проблем.

Элизабет в замешательстве посмотрела на него, погруженная в свои мысли.

— Вот и хорошо, просто замечательно, спасибо. — Она продолжала озираться. Я смотрел, как Бенджамин надевает через голову фартук, а Элизабет все ему объясняет. Я наблюдал со стороны, не являясь больше частью общей картины. Начали собираться гости, и, когда сад заполнился людьми, когда шум усилился, голоса и смех стали громче, а запах еды сильнее, я почувствовал головокружение. Я видел, как Элизабет пытается заставить Джо попробовать один из видов ее любимого кофе, а все наблюдают за этим и смеются; я видел, как Элизабет и Бенджамин склонили друг к другу головы, как будто у них был общий секрет, и затем засмеялись; я видел, как отец Элизабет, стоя в конце сада с тростью из терна в одной руке и чашкой с блюдцем в другой, тоскливо смотрит на холмы и ждет возвращения своей младшей дочери; я видел, как миссис Брэкен и ее подруги, стоя у столика с десертами, тайком берут еще по одному куску торта, когда думают, что на них никто не смотрит.