Предложение повесы - Стефани Лоуренс

После чая Флик, сославшись на усталость, ушла к себе. Вечером им предстояло побывать на обеде и двух балах. Но у нее оставалось несколько часов на то, чтобы составить план действий. Приглашение было адресовано мистеру Кинстеру: видимо, сэр Персиваль не знал, что Вейн женился. Начало маскарада в восемь часов, в Стрэттон-Холле, в Твикенхэме. Твикенхэм находится за Ричмондом, значит, на дорогу уйдет несколько часов.

Флик вскочила, дернула за сонетку и отправила лакея на поиски Демона.

Лакей вернулся с Джиллисом.

— Где Демон? — спросила она, как только лакей закрыл за собой дверь.

Джиллис пожал плечами:

— У него встреча с Монтегью, а потом какие-то дела в городе. Он не сказал, где именно.

Флик стала нервно расхаживать по комнате.

— Мы должны быть на обеде в восемь. — Это означало, что Демону нет нужды возвращаться домой раньше шести. — Сколько езды в карете до Твикенхэма?

— Часа два с половиной, а то и три.

— Так я и думала. — Она снова прошлась по комнате и остановилась перед Джиллисом. — Я нашла Блетчли. Но… — Она быстро пересказала Джиллису все, что узнала. — Поэтому одному из нас совершенно необходимо быть там с самого начала, на тот случай, если состоится встреча синдиката. Маскарад — идеальное место для тайной встречи! Но если даже встречи не будет, надо действовать быстро. Придется обыскать дом Стрэттона, чтобы найти доказательства его участия в мошенничестве, а это идеальная возможность туда попасть.

Джиллис слушал и ушам своим не верил. Флик скрестила руки на груди и строго на него посмотрела:

— А поскольку неизвестно, когда вернется Демон, оставим ему записку и поедем без него. — Она взглянула на часы: был уже пятый час. — Я хочу выехать ровно в пять. Вы сможете приготовить карету?

Вид у Джиллиса был страдальческий.

— Может, не стоит? Хозяину не понравится, что вы отправились туда одна.

— Чепуха! Это всего лишь маскарад, он сразу поедет за мной.

— Но…

— Если не хотите, найму извозчика.

Джиллис тяжело вздохнул.

— Ладно, ладно.

— Так вы можете приготовить карету?

— Я возьму второй экипаж ее милости.

— Хорошо. — Флик подумала и добавила: — Оставьте записку на Албемарл-стрит, напишите, куда и зачем мы поехали, а я оставлю записку здесь. Одну для Демона, вторую для леди Горации. И все обойдется.

Вряд ли обойдется, подумал Джиллис, но возражать не стал, молча поклонился и вышел.

Второй экипаж леди Горации оказался небольшим и довольно скромным. Флик села в него почти ровно в пять.

Все шло по плану. Пока она разговаривала с Джиллисом, ее юная горничная отыскала на чердаке широкое черное домино и чудесную черную маску с перьями. Флик была уверена, что в этом костюме ее никто не узнает. Несмотря на серьезность ее затеи и опасность, которую представлял собой синдикат, она ликовала: они близки к цели!

Она пыталась спланировать дальнейшие действия. Ей не приходилось бывать на маскарадах: в последнее время мода на них прошла.

Как бы то ни было, Флик в успехе не сомневалась. Демон последует за ней, как только вернется домой, так что опасность провала минимальна.

Где-то вдалеке прогремел гром. Флик закрыла глаза и улыбнулась.

Джиллис сказал, что Демон останется недоволен ее поездкой, значит, ее ждет еще одна гроза. Но это не могло ее остановить. Она всегда поступала так, как считала нужным, и за это готова была заплатить. Так было в «Ангеле».

Интересно, какой будет плата на этот раз?

Демон пришел домой в начале седьмого, радостный и веселый, с купчей на новый дом на Клеридж-стрит. И обнаружил у себя на пороге усталого лакея с Баркли-сквер. Записка, которую он ему принес, была почти истерической.

Через пять минут он влетел в гостиную матери.

— В чем дело? — В ее записке говорилось, что он никогда ее не простит, это было так не похоже на Флик, что Демон встревожился. — Что, к черту, случилось?

— Не знаю! — Горация чуть не плача поднялась с кушетки. — Фелисити уехала на маскарад Стрэттона! Вот, читай! — Она сунула ему измятую записку. — О! Еще одна, для тебя.

Демон машинально взял обе. Пробежав глазами записку матери, вскрыл адресованную ему. Она оказалась более подробной.

— Сегодня в парке она спросила меня, кто такой Стрэттон, но мне и в голову не пришло… — Горация всплеснула руками: — Кто бы мог подумать?! Если бы я догадалась, глаз бы с нее не спускала!

— А как насчет вечерних увеселений?

— Она предложила мне сослаться на то, что у нее мигрень. Я сослалась на то, что мигрень у меня. И это правда!

Демон посмотрел на мать.

— Не надо так беспокоиться. Все будет в порядке.

— Ты в этом уверен? — Только теперь Горация заметила, что сын не очень взволнован. — Что происходит?

— Особых причин для тревоги нет. Я знаю, что бывает на маскарадах у Стрэттона. — Горация бросила на него возмущенный взгляд. — Я немедленно еду за ней. Появлюсь там через час после начала.

Горация немного успокоилась, но продолжала хмуриться.

— Я думала, ты взорвешься. А ты мне советуешь успокоиться! Но почему ты не тревожишься?

Демон выгнул бровь:

— Скажем так: я стал привыкать к этому чувству.

Оставив мать в полном изумлении, он вернулся на Албемарл-стрит. В записке Джиллиса оказались новые подробности. Демон нашел адресованное ему приглашение Стрэттона, старое домино и полумаску, нанял извозчика и отправился следом за Флик.

Оказавшись в Стрэттон-Холле, Флик сразу поняла, что атмосфера здесь не имеет ничего общего с балами и зваными вечерами.

Два огромных мавра в набедренных повязках, тюрбанах и золотых цепях стояли у входа в залу. Потолок был затянут синим шелком, усыпанным золотыми звездами. Стены украшены в стиле «Тысячи и одной ночи»: шелка, парча и бронзовые украшения.

Стараясь остаться незамеченной, Флик решительно вошла и смешалась с толпой. В центре залы бил фонтан. Гости наполняли бокалы шампанским. Вокруг фонтана стояли столы с изысканными яствами: омары, фазаны, икра, перепелиные яйца… Был даже жареный павлин, начиненный трюфелями! Вино лилось рекой. Гости хмелели прямо на глазах.

Пересекая комнату, она услышала звуки скрипки: в оранжерее рядом с залой играл струнный квартет.

Даже домино не могли скрыть красоты и изящества женских фигур. Все мужчины дворянского происхождения, о чем свидетельствовали их речь и одежда. У одних домино распахнуты, напоминая плащи, у других — щегольски переброшены через плечо.

Флик кружила по зале в поисках Стрэттона. Стеклянные двери, ведущие на террасу, были открыты: ночь выдалась душной, по темному небу стремительно плыли рваные облака. Время от времени издалека доносились раскаты грома.