Опьяненный любовью - Салли Маккензи

Он разъярился:

– Поосторожнее! Плебейка скоро станет графиней Дэрроу. Не могу понять, зачем вам нас – ее и меня – ссорить.

«Впрочем, если леди Сьюзен отправят в Нортумберленд, это будет не так важно».

– Если узнают, что вы меня обесчестили, в Лондон вам путь будет заказан, одному или с плебейкой-женой.

– Тогда я останусь в деревне. И я вас не бесчестил. Сколько раз повторять? Вы сами опозорились.

Они молча уставились друг на друга…

Вдруг в наступившей тишине раздался громкий стук в дверь.

Оба подпрыгнули от неожиданности.

Проклятие! Гарри посмотрел на дверь, потом на полотенце, лежавшее у ног леди Сьюзен – слишком далеко, чтобы до него дотянуться.

Леди Сьюзен просияла.

– Войдите! – крикнула она и бросилась к Гарри.

Он мгновенно среагировал – сработали навыки разведчика. Как только дверь открылась, он перемахнул через стол.

– Лети… – начал Гарри.

Это была не Летиция. Это была Пен.

* * *

На пороге, изумленно раскрыв рот, стояла Пен. В гостевой домик она пришла по совету матушки Гарри, чтобы тот сделал ей предложение. Только вот застала голого Гарри, который бегал за голой леди Сьюзен.

Да. Верно. Гарри и леди Сьюзен – голые, но, похоже, убегает Гарри.

– Ты с Гарриет? – спросил Гарри, прикрываясь стулом.

– Нет. – Пен закрыла за собой дверь.

Мизансцену, что бы за ней ни стояло, лучше никому больше не видеть.

– Ты зачем явилась? – спросила леди Сьюзен на удивление властно, как будто нагота мужчины давала ей права хозяйки.

– Э…

Не признаваться же, что она пришла в надежде, что Гарри сделает ей предложение, в ситуации, когда насколько раздета парочка.

Пен застала любовников?

По выражению лица Гарри этого не скажешь. Тогда, что тут происходит?

– Слава богу, ты здесь. – Гарри бросился к ней и, положив ей на плечи руки, буквально прикрывался ею. – Леди Сьюзен силится представить все так, будто я ее обесчестил.

– Он и в самом деле меня обесчестил! В спальне. Можешь убедиться, на его простынях моя кровь!

– Это кровь свиньи, – прошептал ей на ухо Гарри. – По крайней мере, именно так сказала мне она сама. Она купила кровь у мясника.

– А. – Пен старалась смотреть леди Сьюзен в лицо, избегая опускать взгляд ниже. – Вы сказали мистеру Сандерсу, для чего нужна свиная кровь?

– Конечно, нет! Я… – Леди Сьюзен запнулась, поняв, что подтверждает слова Гарри.

Гарри сильнее сжал плечи Пен.

Леди Сьюзен нахмурилась.

– Естественно, я никогда ни с каким мясником не говорила. Это моя кровь. – И она указала пальцем на Гарри. – Лорд Дэрроу лишил меня девственности и должен на мне жениться.

Пен почувствовала, как Гарри напрягся и глубоко вздохнул, готовясь возражать, и потому заговорила первой:

– Тем лучше. Купи вы свиную кровь у мистера Сандерса, новость мигом облетела бы всю деревню. Мистер Сандерс очень словоохотлив. Да и непременно полюбопытствовал бы, зачем лондонской леди свиная кровь. Представьте, как бы вам косточки перемыли.

Пен могла поспорить, что до леди Сьюзен дошло. Судя по тому, как одновременно побелело и позеленело ее лицо.

– Одна дама из приюта собиралась замуж за галантерейщика из соседней деревни, – продолжила Пен, – и столкнулась с той же загвоздкой. Не сказала жениху, что не девственница, а потом было слишком поздно. И потому ей тоже понадобилась кровь. Правда, она поступила умнее и к мистеру Сандерсу не пошла. – Пен улыбнулась и самым невинным тоном закончила: – Она просто уколола палец – и простыни были в крови. Учтите на будущее.

Пен, скажем так, почувствовала довольную усмешку Гарри, потому что он обнял ее и крепко прижался к ее спине.

– Господи, Пен, я тебя люблю, – перебирая ее волосы, прямо в ухо пробормотал Гарри.

Пен расплылась в улыбке. Возможно, его мать была права, Гарри и впрямь сделает ей предложение… как только избавится от докучливой леди Сьюзен.

Та насупилась и только открывала и закрывала рот как рыба.

– Все-таки вам следует одеться, – сказала Пен. – Негоже стоять посреди комнаты в чем мать родила.

– О! – едва не заорала леди Сьюзен. – Ты… Ты!..

Господи! Чего доброго, у нее случится апоплексический припадок прямо на глазах Пен и Гарри.

Злорадство сменилось в душе Пен неподдельной тревогой и… чувством вины.

«Мне не следовало с ней так жестко».

– Ты – шлюха!

«Или все-таки следовало?»

– Ты – подлая шалава! – брызжа слюной, вопила леди Сьюзен. – Ты недостойна за мной ночной горшок выносить.

Пен услышала… Почувствовала, как Гарри зарычал.

Она погладила его голую руку, чтобы его успокоить. К удивлению, оскорбления леди Сьюзен ее не обидели. Может, потому, что она чувствовала, как к ее спине прижималось обнаженное тело Гарри.

Если это соревнование, то Пен его, несомненно, выиграла.

– Никто в Лондоне тебя не примет. Высшее общество от тебя отвернется. Захлопнет перед твоим носом двери. Ты станешь всеобщим посмешищем.

– Пен, – твердым голосом произнес Гарри, – не обращай внимания на оскорбления этой женщины.

– Конечно, – едва слышно проговорила Пен, – но пока она орет, бессмысленно ее прерывать, пусть выкричится.

Пен погладила обнаженное предплечье Гарри.

– Можно было бы уйти, но ты раздет.

Она снова почувствовала, как он усмехнулся.

– Верно.

Леди Сьюзен перешла на визг:

– От тебя отвернутся даже его мать и невестка! Они хотят, чтобы он женился на мне. Ты слышишь? На мне!

– Они тебя слышат, как и все в округе, – раздался голос от двери.

– Летиция? – хором произнесли Пен и Гарри.

Гарри смутился – Пен заслонила его и от невестки, и от леди Сьюзен.

Летиция вошла, аккуратно закрыла за собой дверь и отвернулась, не глядя ни на кого в комнате.

– Простите, – сказала она. – Я стучала, но меня никто не услышал. Гарри, ты не думаешь, что тебе следует одеться? Как и вам, леди Сьюзен?

– Летиция, слава богу, ты здесь! – обрадовалась леди Сьюзен, пропустив мимо ушей ее замечание. – Твой деверь меня изнасиловал…

Пен почувствовала, как Гарри напрягся.

– Неправда!

– …И отказывается на мне жениться.

– Потому что я вас не насиловал! – яростно произнес Гарри. – Я к вам даже не прикасался.