Дар чародея - Арина Теплова

«Вы, видимо, глупы, Н.Д., раз до сих пор не покинули этот дом. Берегитесь! Ваше время истекло, и скоро вы встретитесь с Создателем!»

Рука Нади, держащая записку, задрожала. Опять эта угроза. Это письмо, как и прошлое, без обратного адресата, только что отдал ей Илларион, разносивший утреннюю почту.

Сердце испуганно сжалось, и она вскочила на ноги, невольно задев рукой баночку с кремом, которая с грохотом упала на пол с туалетного столика. На этот звук обернулась Дуня, в этот момент доставшая платье из шкафа.

– Плохое известие, барышня? – спросила участливо горничная.

Но Надя ничего не ответила, а бегом бросилась прочь из спальни и устремилась к Сергею в комнату. Он уже встал и был одет в рубашку, штаны и домашние туфли.

Прямо с порога девушка бросилась к нему и выпалила:

– Сережа, опять! Опять это письмо!

– Никифор, оставь нас, – велел граф своему камердинеру, и тот, поклонившись, вышел за дверь. Молодой человек подошел к ней. – Что случилось, Наденька?

– Вот опять! – она протянула ему письмо.

Прочитав угрожающую фразу, он побледнел и нахмурился.

– Что за мерзкий тип?! – в сердцах воскликнул он. – Зачем он травит тебя? – он обнял Надю и усадил ее на диванчик, сев рядом. – Успокойся, душа моя, ты в безопасности. Никто не причинит тебе вреда, обещаю. Я непременно найду его. А пока не отойду от тебя ни на шаг.

– Хорошо.

– Да и пока мы не найдем этого злопыхателя, я велю Степану и Михаилу охранять твою спальню по ночам. И впускать только Дуню. А в остальное время я буду рядом. И прошу, не входи из дома одна. Думаю, я смогу побыть дома пару недель, пока все не выяснится.

– Благодарю, Сережа, ты очень добр, – кивнула она.

Как и обещал, последующие дни Сергей не отходил от девушки ни на шаг. Надя была рада и счастлива, что они вместе проводили время: по утрам в лаборатории Чернышева, после обеда в саду или на верховых прогулках, вечером граф провожал ее до спальни, где у дверей уже дежурил один из двух крепких крепостных мужиков. Дуняше и мужикам графом были даны четкие указания никого не допускать в спальню, никого, даже родственников и знакомых графа. Наверное, поэтому все три дня прошли относительно спокойно и Надя не видела ни привидений, ни записок. Видимо, Сергей все сделал верно, и теперь она действительно была в безопасности.

На часах пробило четверть одиннадцатого, когда Надя с женихом находились в гостиной, обсуждая предстоящую через две недели свадьбу и рассадку гостей за столами. Обычная рассадка за три длинных стола показалась Наде скучной, и она предложила разместить гостей за небольшими столиками по двенадцать человек. Предложение девушки понравилась Чернышеву, и он согласился.

Слуга принес серебряный поднос с письмом, сообщив, что дело очень срочное, как сказал посыльный, который доставил его. Молодой человек встал и быстро вскрыл конверт, отослав знаком слугу. Надя внимательно следила за мимикой лица Сергея и, когда он поднял на нее глаза, поинтересовалась:

– Что такое, Сережа?

Он приблизился к ней и протянул письмо.

– Прочти. Это от моего человека, который следит за Аркадием.

– Сергей Михайлович, если намерены узнать больше о нашем знакомом, вы должны немедленно прибыть на Дворянскую улицу к гостинице «Бристоль». Господин, о котором идет речь, теперича находится в здешнем трактире. И будет тут не более часа или двух. Если вы поспешите, сможете сами узнать о причинах, которые требуют его постоянных отлучек. Я ожидаю вас в черном экипаже у гостиницы, у кучера зеленая шляпа и лошадь в яблоках.

– Я немедля еду верхом, так быстрее, – заявил граф, уже направившись к выходу.

– Я с тобой, – выпалила Надя. – Через десять минут я буду готова.

– Душа моя, стоит ли тебе ехать? Я вернусь и все расскажу тебе.

– Нет, я с тобой!

– Ну, как пожелаешь, только прошу, побыстрее. Я тоже переоденусь.

– Я мигом!

Они едва вышли в парадную, как Илларион распахнул входные двери перед господином Лазаревским. Карл Васильевич, увидев графа, бросился к нему, размахивая какой-то бумагой.

– Сережа, это конец! – вскричал он. – Они погубят нас всех. Эти глупцы, они не думают, что…

– Замолчи, Карл! – вмиг оборвал его Чернышев и бросил красноречивый взор на Надю и Иллариона, намекая, что им незачем знать про их дела.

Лазаревский, тут же осознав, что сказал лишнее, уже тише добавил:

– Сергей Михайлович, необходимо что-то решать! Наш человек, что…

– Тише, – прервал его граф. – Пойдем в мой кабинет.

Надя напряженно смотрела на мужчин, и это внезапное появление Лазаревского было ужасно некстати. Им с Сережей требовалось немедленно ехать по поводу Аркадия, ведь если упустить время, они так и не узнают ничего о Бакунине. В записке отчетливо говорилось – час или два.

– Наденька, мне необходимо отлучиться, – бросил ей Сергей.

– Это надолго?

– Надежда Дмитриевна, это очень важный вопрос! – выпалил Карл.

– Но наше дело, тоже важно, Сережа, – заметила девушка.

– Не беспокойтесь, я отвлеку его всего на полчаса или час, не более, – сказал Лазаревский.

– Час? – воскликнула Надя недовольно. – Но…

– Милая, нам срочно надо переговорить с Карлом Васильевичем. Пойдем, Карл. Расскажи все подробно…

Мужчины направились в сторону кабинета.

– Сережа! – окликнула она Чернышева. – Но если мы теперь не поедем, то опять…

– Наденька, пойми, – обернулся к ней Сергей. – Я не могу сейчас поехать. Это дело важнее Аркадия. Могут пострадать люди. А с Аркадием можно решить и в следующий раз.

Уже через миг мужчины скрылись за дверьми кабинета, а Надя осталась стоять в расстроенных чувствах. Нет, она не могла допустить, чтобы нынче, когда представилась такая возможность выяснить что-то про Аркадия и его странные отлучки, примчался этот господин Лазаревский и все испортил своими воплями.