В плену - Юлия Динэра

– Ничего плохого с тобой не произойдет. Ты мне веришь?

– А я могу верить тебе?

Тишина. Черт. Плохой знак.

– Я могу тебе доверять, Денис? – Я спрашиваю еще раз. – Потому что однажды, ты сказал мне, что я не могу этого делать, ты сам сказал мне это.

– Ты бы не поехала со мной будь это так.

– Ответь мне!

– Да, да, черт бы тебя побрал, ты можешь мне доверять.

Я выдыхаю, позволяю Денису взять мою руку, я верю ему, на самом деле, мне просто нужно было услышать, что я могу это делать и, это мало похоже на что-то разумное с моей стороны.

На тот момент, пока он открывает дверь гаража, я зажмуриваю глаза. Не знаю, что ожидала там увидеть и даже не знаю, зачем этот больной привез меня сюда.

– Отличный сюрприз. – Бормочу себе под нос. – Ты просто гений! Что это за хрень?

– Я хотел, чтобы это сделала ты.

– Сделала что?

Я просто в недоумении. Передо мною два парня, привязанных к стулу, и если бы не это до боли знакомое место, я бы возможно не узнала этих ублюдков без их черной одежды и шапок. Сейчас на них нет ничего кроме трусов, тела их сильно избиты и от этого вида, мне как-то не по себе. Я смотрю на Дениса, пронзаю его взглядом и поражаюсь, – ни одна мышца на его лице не дрогнула.

Быстро подхожу к одному из парней и вытаскиваю у него изо рта кляп.

– Рад снова тебя видеть. – Он сплевывает кровь на бетон. Несмотря на побитое лицо, я узнаю его. Он помог мне бежать. Второй смотрит на меня исподлобья и что-то «мычит», ему я рот развязывать не буду, чувствую, что даже будучи связанным, он может навредить мне, например, откусить пальцы.

Денис быстро идет ко мне, но не смотрит в мою сторону. Нет, идет не ко мне. Силой заталкивает окровавленный кусок тряпки обратно в рот этому парню, у меня внутри все сжимается. Я толкаю его в плечо.

– Что, черт возьми, ты делаешь?!

– Итак, друзья. – Ноль внимания на меня. – Помните, как вам нравилось мучить беззащитную девушку? Нравилось ведь? Нравилось?! Отвечай!

Он бьет второго по лицу, я вижу новые подтеки крови, меня передергивает, я отворачиваюсь. Парень что-то пытается сказать и, кажется, эти звуки похожи на что-то типа «Я убью тебя». Я не удивлена. Да, хотела бы я, чтобы такие люди получили по заслугам, но получили по закону, не таким образом. К тому же, я уже смирилась с тем, что произошло тогда, я постаралась об этом забыть, но кое-кто снова напомнил.

– Теперь, она поиздевается над вами.

Я сверлю Дениса взглядом. Он снова делает все не так. Каждый раз, снова и снова. Все неправильно!

– Мне не нужен этот маскарад. Давай уедем. – Прошу я.

– Ты хотела наказать их, я даю тебе такой шанс. Делай все, что хочешь. Для начала я бы отрезал им пальцы, которыми они трогали тебя.

– Прекрати.

Он словно не слышит меня и не видит. Я стараюсь смотреть в его глаза, но кажется не нахожу их, они словно стекло и я проскальзываю сквозь него, в поисках чего-то знакомого. Денис выходит из гаража, кажется, идет к машине, не знаю зачем. Я снова чувствую себя беззащитной, но быстро избавляюсь от этого. Сегодня жертва не я. Снова развязываю парню рот.

– Тебе лучше уехать отсюда. Можешь развязать меня? Я дам вам время уйти. Снова.

Его напарник что-то мычит, дергается на стуле, явно не рад моему присутствию. Хорошо, что это взаимно.

– Это была не моя идея. – Не знаю, почему я говорю это, но точно знаю, что не хочу делать ничего плохого этому парню, пусть он и не очень хороший человек, но я чувствую к нему какую-то симпатию, возможно это сочувствие, понимание.

– Я знаю, что это не ты, он держит нас тут уже два дня.

Не могу поверить.

– Тебя ведь Сережа зовут? – Вспоминаю чокнутую старуху, которая бредила своим внуком.

– Какая разница?

– Твоя бабушка беспокоится о тебе.

– Она в порядке?

– Ну, если можно так сказать. Да, в порядке. Просто загляни к ней, она совсем одна там.

Денис возвращается, слышу его шаги, он подходит ко мне и вкладывает в мои руки небольшой блестящий нож. Я вопросительно смотрю на него.

– Делай, что должна, что хочешь.

Я качаю головой. Он не может быть таким! Не может.

– И чем ты лучше их?

– Я никогда такого не говорил. Возможно, я даже хуже, но тебе этого лучше не знать.

Я сглатываю образовавшийся в горле ком и смотрю на нож в своей руке. Сказал делать что хочу, ладно. Я обхожу Сережу, тянусь к веревке на его руках и перерезаю ее. Денис не успевает ничего сказать или сделать, когда этот парень, которому я сочувствовала мгновение назад, прижимает меня одной рукой к себе, а другой, выхватив у меня нож, приставляет его к моему горлу. Трус, ублюдок.

– Я не стану пока развязывать его. – Он тычет в своего напарника. – Потому что, он уж точно без всяких разговоров перережет глотку этой цыпе. Не приближайся. – Сильнее вдавливает лезвие ножа в мою шею. Стараюсь дышать равномерно. Я не должна бояться этого козла, он ведь помог мне. Дважды.

– Отпусти ее.

– Прости, мужик. – Парень еще сильнее прижимает меня к себе.

– Ты ничего ей не сделаешь.

– Не сделаю. Если будешь делать, что я говорю.

– Сколько еще денег ты хочешь, мразь?

– Мне не нужны твои деньги.

– Тогда что?

– Двинешься, я залью этот пол ее кровью.

С каждым малейшим приближением Дениса, нож сильнее впивался в мою кожу. Если с такой силой, резко провести им по горлу – я труп. Я молила его глазами, чтобы он не подходил, он меня понял.

– Как все мы тут знаем, ты заварил эту кашу, а теперь пытаешься казаться героем, но это не мы придумали запугивать девчонку. Твоя ведь идея.

От этих мыслей мне не по себе. Я знала, кому обязана своим похищением, но старалась больше никогда об этом не думать, иначе противоречия разорвали бы меня еще раньше, чем я могла бы сдохнуть от этого ножа.

– Ближе к делу, ублюдок. – Он кажется невозмутимым, но на самом деле, я вижу его напряжение. Старается не вступать со мной в зрительный контакт, но когда это происходит, я, кажется, вижу по его глазам, о чем он думает. Он облажался, я заставляю его чувствовать себя виноватым.

– Давай подумаем вместе. Что ты можешь мне предложить? Твоя фирма. Нет. Слишком дорого, ты не дашь столько за эту кису, нам обоим это не на руку. Как насчет двадцати пяти процентов? Она того стоит? Будем партнерами.

Денис усмехается, складывая руки у себя на груди. Усмешка перерастает в откровенный смех, нож на моей шее еще сильнее впивается в кожу.