Я все равно тебя дождусь! - Евгения Перова

Лида решила поговорить с Илькой о смерти Вики. Когда умерла Ольга Аркадьевна, мальчик был совсем еще маленький и не осознавал происходящего. Ильке было жалко Вику, но Лида постаралась смягчить переживания, Илюшка вроде бы успокоился, но вечером, когда укладывались спать, вдруг спросил:

– Мам, а мам! А как же Ика? Она тоже умерла, да? Она же совсем маленькая! А Кори мне не жалко! Она злая! Так ей и надо!

Лида удивилась:

– А кто это – Ика? И Кори?

– Ты не знаешь, что ли?!

И тут Илька рассказал, что у Вики была маленькая девочка Ика, которая «выходила» к нему: Илька читал ей книжки, учил узнавать время и считать. Сначала Лида решила, что это такая игра, но Илька воспринимал Ику как совершенно отдельную от Вики личность, не сильно этому удивляясь.

– Ну, как ты не понимаешь?! Она просто выглядела как Вика, а на самом деле – маленькая девочка, еще меньше меня!

Илька воспринимал это раздвоение как нечто вполне нормальное. И думал, что взрослые тоже знают. Он понимал, что не Вика играет с ним в маленькую девочку, а девочка как бы «выходит» к нему. Иногда это сразу была Ика, иногда он сам спрашивал у Вики:

– А Ика выйдет?

И Вика отвечала: «Она спит» или «Ика наказана!», и тогда сама играла с ним, но как взрослая, как старшая по возрасту. Ика была очень боязливая и всего пугалась, так что Илька чувствовал себя защитником, хотя сознавал, что не от всего сможет ее защитить, но Ика сказала:

– Не бойся, если совсем страшно – придет Кори и спасет!

– Кто такая Кори?

– Защитница! Только никому не говори про Кори, а то она не придет.

– Даже Вике?

– Даже Вике.

Лида задумалась. Интересно… Ика бывала наказана за то, что выходила без спросу… без спросу у Вики! Получается, действительно есть кто-то еще, о ком Вика не подозревает и кто может «выпускать» Ику, потому что девочка сама не умеет «открывать дверь», как сказал Илька. И этот кто-то – Кори, защитница…

Но не просто защитница!

Оказалось, Кори страшно напугала Ильку. Это произошло в апреле. Вику только выписали из больницы, она была еще слаба, но вышла с Илькой в сад. И вдруг пришла большая собака. Большая и страшная. Илька не боится собак, но эта была странная. Она рычала на них, и весь бок у нее был в крови. Наверно, раненая. Пролезла в дырку в заборе. Дети страшно напугались этой странной собаки. Илька не знал, что делать, потому что Ика плакала и хотела убежать. А он понимал, что нельзя убегать от собаки, но и оставаться на месте тоже было страшно. И тут появилась Кори. Она схватила кочергу и стала бить собаку. Та завизжала и побежала обратно, а Кори все била ее и била, так что Ильке стало жалко эту страшную собаку! А потом Кори подошла к нему и сказала:

– Если ты кому-нибудь расскажешь, что видел меня, я больше никогда не стану защищать Ику! Ты понял?

Илька кивнул, а она добавила:

– Никому ни слова! А если проговоришься, я приду ночью и оторву тебе голову!

Илька боялся, но держал слово…

– Конечно, можно было бы подумать, что наш сын, с его богатой фантазией, все это выдумал, а Вика просто играла с ним, довольно своеобразно. Но я сразу поверила Ильке. – Лида обвела взглядом потрясенных мужчин. Синельников тоже был не в курсе изысканий Лиды и слушал как завороженный. – Потому что я видела Кори. И подозреваю, что чаще общалась именно с Икой – то-то мне казалось, что Виктория чересчур инфантильна.

– Да, точно! Я тоже видел эту Кори! – воскликнул Сережа. – Страшненькое существо, надо сказать…

А Марк вдруг вспыхнул, вскочил и убежал из-за стола. Но не успели Лида и Синельниковым изумленно переглянуться, как он вернулся с мокрым лицом и волосами – похоже было, что он сунул голову под кран.

– Таким образом, мы можем предположить существование трех независимых личностей, – помолчав, продолжила Лида. – Первая – это Ика, ребенок лет пяти, который не умеет ни читать, ни писать, ни считать и не понимает, как определять время. Ее могут «выпускать» и Вика, и Кори. Она знает о Вике, знает и о Кори, но не рассказывает Вике, потому что Кори не разрешает. Вторая личность – Кори. Ей лет двадцать, она общая защитница, но, судя по всему, злобная стерва. Может «выпускать» Ику. И, наконец, Вика – это, вероятно, базовая личность. Она знает только об Ике и может ее «выпускать». Вика не подозревает о существовании Кори, но постепенно начинает догадываться. И все это называется диссоциативным расстройством идентичности.

– А я думал – раздвоение личности! – Синельников покосился на Марка, но тот упорно молчал. – Как доктор Джекил и мистер Хайд у Стивенсона! Хотя… Какое раздвоение, когда их уже трое…

– Я тоже так думала, но когда почитала подробности… Сначала я вспомнила один фильм. Все время забываю, как называется… Неважно! Триллер, там Ричард Гир и Эдвард Нортон играют. Герой Нортона – личность с двумя «я»: Аарон – невинный слабоумный юноша и Рой – хитрый кровавый убийца…

– Я смотрел! Там конец совершенно потрясающий!

– Я тоже смотрел, – тихо добавил Марк, который постепенно приходил в себя. – И еще – «Бойцовский клуб».

– Точно! У меня чуть крыша не съехала, когда смотрел!

– А я «Бойцовский клуб» только сейчас посмотрела и знала, в чем там дело, так что не сильно впечатлилась. Еще «Цвет ночи», где Брюс Уиллис психиатра играет…

– А, фигня. Накрутили черт знает что…

– Ну, в общем, понятно, с чем мы имеем дело. Я стала искать материалы по теме. Самый известный, конечно, Билли Миллиган[3]с его двадцатью четырьмя разными личностями, среди которых была даже трехлетняя девочка.

– Сколько?! Двадцать четыре?! Ни х… Ничего себе!

– Еще есть история Сибил – я прочла книгу Флоры Шрайбер и фильм посмотрела с Салли Филд, 1976 года. На самом деле ее звали Ширли Ардель Мэйсон, и у нее выявлено шестнадцать разных личностей. Там такая жуткая история, кошмар! Мамаша-чудовище, насилие, бррр! Не буду вам рассказывать. Я спать не могла, когда фильм посмотрела…