Идеальная невеста - Бренда Джойс

Бланш с тревогой взглянула на сэра Рекса. Он опустил глаза. Она заметила краску стыда на его высоких скулах.

Пол Ферроу мгновенно понял свою ошибку. Он вздрогнул и отвел глаза от Бланш. А она не могла даже представить себе, что творится на душе у сэра Рекса.

— Простите меня, сэр Рекс! Мой двоюродный брат тоже служил в Одиннадцатом легком драгунском полку, но я не должен был упоминать о войне.

Сэр Рекс сделал глоток красного вина, бросил взгляд на Пола, пожал плечами и ответил:

— Я сделал все, что в моих силах, чтобы забыть войну. Она была целую жизнь назад.

— Конечно, вы постарались ее забыть! Это была ужасная кровавая война! — нервно воскликнул Пол. Он явно был в смятении. — Но, слава богу, мы победили благодаря таким героям, как вы.

Бланш быстро поднялась, она была очень встревожена, потому что Рекс пристально смотрел в свой бокал, словно видел в нем, как в хрустальном шаре, свое прошлое.

— Почему бы нам, дамам, не перейти в зал? А мужчины могут посидеть здесь за сигарами и бренди, — предложила она.

Доктор Линней улыбнулся ей и сказал:

— Это отличное предложение: мне уже давно пора выпить бренди.

Пока Маргарет и миссис Линней вставали со своих мест, Бланш поспешно подошла к Рексу и тихо сказала:

— Я скажу Фенвику, чтобы он принес сюда бренди.

— Спасибо, — ответил Рекс, но даже не взглянул на нее.

Бланш испугалась. Ей стало ясно, что демоны, которые преследовали его со времени войны, кто бы они ни были, вонзили в него свои когти. Она повернулась к дамам:

— Я присоединюсь к вам через минуту.

Сказав это, Бланш поспешила на кухню. Там Мег помогала Анне, а Фенвик сидел за стойкой и читал газету.

— Анна, ужин прошел удачно. Спасибо тебе.

Анна вздрогнула от изумления.

Затем Бланш попросила Фенвика подать джентльменам бренди и вышла из кухни. Проходя мимо столовой, она заглянула внутрь. Сэр Рекс, кажется, был достаточно любезным и кивал в ответ на все, что говорил ему Пол, он увидел Бланш, их взгляды сразу же встретились. Ей стало легче оттого, что он избавился от горьких воспоминаний. Доктор Линней тоже увидел Бланш и ободряюще кивнул ей.

Перед тем как войти в большой зал, она заметила, что женщины разговаривают шепотом, и инстинктивно остановилась. Почему они шепчутся? Они хотят, чтобы она не слышала их разговор. Что же такое они могут скрывать от нее?

До своего приезда в деревню Бланш решительно улыбнулась бы и прервала их разговор так, словно на самом деле не заметила, что они секретничают. Но здесь она поступила иначе: подошла ближе к двери, но встала так, чтобы ее не видели, и стала подслушивать.

— Я очень тревожусь за нее. И мне ее так жаль! — шепнула миссис Линней.

— А я уверена, что это неправда, — твердо заявила Маргарет.

— Сестра ее матери служит у сквайра Диди. Это правда. Бедная леди Херрингтон даже не догадывается, что у сэра Рекса любовная связь с его горничной… под самым ее носом! Это просто позор! — И жена врача воскликнула снова, уже громко: — Позор!

Маргарет молчала. Бланш не могла поверить этому. Потом Маргарет решительно произнесла:

— Я не стану верить в это.

Бланш вжалась в стену. Она была в ужасе и смятении. Сэр Рекс предупредил ее, что о них будут сплетничать. Он оказался прав. Но Бланш и представить себе не могла, что сплетня окажется такой злой. И что хуже всего, эта сплетня была правдивой. Бланш дрожала. На этот раз она не могла решить, что ей делать.

Не было никакого способа остановить этот вредный слух. А если тайну сэра Рекса знает миссис Линней, ее знает весь приход.

От ужаса у нее заныло сердце. Она может не обращать внимания на эту отвратительную сплетню. Но больше никто не должен шептаться о сэре Рексе у него за спиной. Ему это не нужно.

Раньше в ее прошлой светской жизни в Лондоне она вплыла бы изящной походкой в гостиную, делая вид, что ничего не произошло. Теперь она была не в силах улыбаться и вошла широким шагом, твердо и более чем решительно.

Обе женщины повернулись к ней. Миссис Линней улыбалась, Маргарет выглядела смущенной. Увидев Бланш, обе побледнели. Бланш поняла, что ее отпор сплетницам должен быть яростным и свирепым.

— Я не люблю, когда в моем доме сплетничают, — дерзко и прямо заявила она.

Миссис Линней побледнела еще сильнее.

Бланш повернулась к Маргарет:

— Слухи о сэре Рексе — ложь. — Это был один из немногих случаев в жизни Бланш, когда она солгала. — У сэра Рекса с самого начала были сложности с Анной, и она распустила эти слухи, чтобы повредить ему, хотя он был к ней очень великодушен.

Бланш подошла ближе к жене врача. Та широко раскрыла глаза, и ее кожа из бледной стала серой как пепел.

— Сэр Рекс — джентльмен, и я никому не позволю говорить, что это не так. Мой будущий муж никогда не взял бы в любовницы горничную.

— Простите меня, — еле слышно прошептала миссис Линней. — Я не хотела обидеть вас!

Бланш пристально смотрела на нее и думала о высшем свете. Кроме себя самой, она не знала ни одной светской женщины, которой сплетни были бы совершенно безразличны. А ее они не интересовали, хотя она слышала их постоянно, потому что Бесс любила сплетничать. Сплетни всегда уродливы, обычно причиняют боль тому, кто стал их жертвой, но сплетничать модно. Она провела всю свою взрослую жизнь устраивая приемы, но каким‑то образом умела не обращать внимания на клевету и то правдивые, то лживые слухи, которые кружили по ее салону. Она никогда не принимала близко к сердцу ни одну сплетню. Но вдруг оказалось, что сплетню не так легко выбросить из головы, как раньше. Ну да, что же в этом удивительного, ведь теперь сплетня касается ее самой и человека, которого она любит. Бланш не могла понять, почему ей раньше нравилось устраивать приемы. Да нравилось ли ей это вообще? Это была роль, которую она играла как дочь Херрингтона. Она никогда не задавала себе вопросов по этому поводу. Каждую неделю в ее доме было три или четыре званых ужина.

Она подумала, что сегодняшний званый ужин до сих пор был приятным, но ужинать без гостей, вдвоем с сэром Рексом было гораздо приятнее.

Она глубоко вздохнула и медленно выдохнула, чтобы успокоиться, но не смогла улыбнуться.

— Я была бы вам благодарна, миссис Линней, если бы вы положили конец этим сплетням.

— Я сделаю все, что в моих силах, — медленно произнесла миссис Линней. — Я буду отрицать все, можете быть уверены! Мы же теперь близкие знакомые.

Бланш поняла, что вряд ли убедила жену врача в невиновности сэра Рекса. Но миссис Линней была неглупой женщиной. Она хотела, чтобы ее снова пригласили в Боденик. А этого не будет, если она не выполнит просьбу Бланш.