Пробуждение - Даниэль Зеа Рэй

— Я не могу исправить прошлое, — ответила Кайлин.

— Тогда не говори, что тебе тяжело!!! — закричала Сойя.

Гийон продолжал смотреть на Кайлин. Она опустила свои руки и взглянула на него. И в глазах ее он ничего не увидел, ничего, кроме пустоты.

— Что смотришь? — с вызовом произнесла она.

Он молчал.

— Это я создала их всех! Я!

Она резко отвернулась и пошла в сторону холла. И только тогда до Гийона, наконец, дошло, что же он все-таки наделал. В его голове все разложилось по полочкам и понятно стало, что главное, а на что он может закрыть глаза. И главным оказалась она.

Он кинулся следом за ней, догоняя и пытаясь схватить за руку, но она ловко вырывала запястье и трясла им, словно отмахиваясь от какой-то грязи.

— Как ты можешь? — закричала ему вслед Сойя.

— Замолчи! — рявкнул он в ответ. — Кайлин! — позвал он, глядя, как она поднимается на второй этаж.

Она остановилась и обернулась:

— Ты получил то, что хотел. Доволен? А теперь возвращайся к своим друзьям — со мной спать тебе больше не придется.

— Кайлин! — Гийон побежал по лестнице вверх, следом за ней, но она, заскочив в первую попавшуюся комнату, закрыла за собой дверь на ключ.

— Кайлин!!! — орал он, пытаясь открыть замок.

Кайлин отошла от двери, и поток слез хлынул у нее из глаз. Она вытирала их рукавом своего махрового халата, но их было слишком много, невообразимо много для того, чтобы успеть остановить. Она всхлипнула и, почувствовав, что сил на сражение у нее больше нет, опустилась на пол и сжалась в комок.

Она слышала, как он колотит в дверь кулаком. Слышала, как зовет ее и просит открыть. Это слышали и те, кто сидел внизу. И только теперь Сианна поняла, что все они наделали. Только теперь ему стало понятно, что он на самом деле любит эту женщину, и ему все равно, в чем она виновата перед остальными и ним самим в первую очередь.

— Довольна? — спросил у Сианны Маркус, поднимаясь со своего места. — Не думал, что ты настолько нас ненавидишь.

— Это другое, — ответила Сианна, пряча лицо в руках.

— Это — одно и то же. Только я хуже, чем она. Она всего лишь создала надежду. А я ее купил.

— Это другое, Маркус!

— В твоем сердце не осталось места для чувств. Только работа. Браво, Сианна! Браво!

Маркус наигранно похлопал ей в ладоши и ушел.

— Ты тоже теперь меня осуждаешь? — спросила Сианна, оборачиваясь к Рихтору.

— Я предупреждал тебя, но ты, кажется, совсем ничего не поняла.

— Но, она раскололась!

— А он сейчас может ее потерять. Пять лет одиночества, Сианна, и он опять может все потерять.

— Он что, любит ее? — тихо произнесла Сойя, которая все это время стояла рядом с ними на кухне.

— Ты красивая женщина, — ответил Рихтор. — Но мы не выбираем, в кого нам влюбляться, а в кого — нет.

— Мы только выбираем, кого нам ненавидеть, — повторила собственные слова Сианна и налила себе виски в стакан.

Кайлин так и не открыла ему дверь. Он постоял еще немного, а затем развернулся и пошел вниз.

На кухне царила тишина. Сианна продолжала топить победу в виски, Рихтор молча потягивал пиво, а Сойя по-прежнему подпирала плечом холодильник.

— Ну, что, — громко заговорил Гийон, присаживаясь за барную стойку возле Сианны и протягивая ей свой пустой стакан, — такого поворота событий я не ожидал.

Сойя "отклеилась" от холодильника и села напротив него:

— Как ты мог?

— Что мог, Сойя? Мог после смерти жены спать с другими женщинами?

— Да, как ты смеешь?!

— Я смею? Какого черта ты вообще сюда заявилась!

— Мне позвонила Сианна.

Гийон "опрокинул" стакан и с грохотом поставил его на столешницу.

— А почему я об этом ничего не знал?! Вы что, решили, что вправе управлять моей жизнью?

— Ты сам не понимаешь, что делаешь, — заботливым тоном произнесла Сойя и положила свою ладонь ему на руку.

Гийон выдернул свою кисть и прошипел:

— Я, в отличие от тебя, знаю, что делаю. А вот ты, кажется, совсем забылась.

— Знаешь? Да ты тр…ешься с этой… этой… — Сойя закрыла лицо руками.

— Тр…ся можно со шлюхой, Сойя, а с Кайлин я сплю.

— Уже не спишь, — заметила Сианна и потянулась за бутылкой.

— Ты думаешь, что все кончено?

— Ты промолчал, когда следовало встать на ее сторону и защитить, если, конечно, ты относишься серьезно к тому, что между вами происходит.

— Я не был готов к этому.

— А теперь готов? — с презрением произнесла Сойя.

— Другим тоном, пожалуйста.

— Это какой-то бред…

— Хочешь правду? — злобно прошипел Гийон, пригибаясь к столешнице и зная, что его слова ранят Сойю очень глубоко. — У тебя всю жизнь были натянутые отношения с Мартой. Думаешь, я ничего не понимал? А теперь ты презираешь Кайлин. Признайся, ведь тебе наплевать на то, кто она.

— Что ты хочешь этим сказать? — так же прошипела Сойя.

— Пора оставить все в прошлом и жить своей жизнью. Свой выбор я сделал много лет назад.

— Ты что, действительно влюбился в эту…

— Кайлин, Сойя. Ее зовут Кайлин. И если бы я был уверен в том, что ты в целостности и сохранности сможешь сейчас добраться домой, выпроводил бы тебя отсюда немедленно!

Сойя прикрыла рот рукой. Слезы проступили на ее глазах, и она заморгала.

— Ты слишком жесток, — покачала головой Сианна.

— А вы — нет? Или вести себя подобным образом можно только по отношению к пробужденным?

Гийон ударил пустым стаканом по столешнице и поднялся с места.

— На третьем этаже есть еще одна свободная комната, — обратился он к Сойе. — Можешь заночевать там.

— Я не останусь в этом доме.

— Уйдешь завтра. Сегодня я тебя не гоню. Ты все поняла — это самое главное. А теперь извините, я ухожу спать.

Дверь слетела с петель и Гийон, влетев внутрь своей рабочей комнаты, остановился на месте. Кайлин лежала на полу и плакала. Навзрыд.

Он подошел к ней и опустился на колени.

— Прости меня, — прошептал он.

Она не ответила, пытаясь отвернуться от его мерцания и красных глаз, что не мигая смотрели на нее в этот момент.

— Прости меня! — громче повторил он, протягивая к ней руки, но она снова оттолкнула их.

— Прости меня!!! — закричал он, пытаясь обнять ее за плечи и встречая на своем пути преграду из ее ладоней.