Руки моей не отпускай - Татьяна Алюшина

– Так, – вздохнув, подавился он своими невысказанными сомнениями. – И что ты собираешься предпринимать?

– Ну как – что? – пожала она плечиками. – Я же объяснила: рожать. – И добавила: – Тут еще такое дело. Понимаешь, я, как ты знаешь, живу одна, родители и родственники далеко. Беременность протекает сложно, и доктора настоятельно рекомендуют, чтобы рядом со мной находился кто-то, кто будет обо мне заботиться. Проще говоря, за мной нужен постоянный уход и внимание, многие обычные вещи по хозяйству я просто не в состоянии делать. Меня мутит от большинства запахов. Вот я и подумала, что для ребенка было бы лучше, если бы я пожила с тобой в этих твоих Снегирях. Там и ты за мной присмотришь, и твоя домработница поможет. Ты можешь в ближайшее время это организовать?

Он молчал. Рассматривал ее внимательно, думал и молчал.

«Ну ладно, это ладно, – тягостно вздохнул Ярославцев, смиряясь с неизбежным, – чего уж теперь. Ребенок – это всегда ребенок, и он ни при чем».

Невинная душа. Но…

И высказал надуманное и решенное:

– Значит, поступим так. В Снегири ко мне ты не поедешь. Но уход за тобой и внимание я тебе обеспечу, найму помощницу, которая станет жить с тобой. При любой экстренной необходимости будешь обращаться к моим родителям, координаты я тебе дам, введу их в курс наших дел и дам твой телефон. Буду помогать всем, чем смогу, пока ты вынашиваешь ребенка, и в родах не оставлю ни я, ни мои родители. После родов сделаем тест на ДНК, если подтвердится, что это мой ребенок, официально признаю его, буду помогать и участвовать в его жизни не номинально, а как нормальный отец. И еще, Жанна, я встретил женщину, которую полюбил, и собираюсь на ней жениться. Собственно, именно это я и хотел тебе сегодня сказать.

– Понятно, – холодно кивнула женщина. – То есть на мне жениться, хоть я и беременна твоим ребенком, ты не собираешься. Это всего лишь осложнило бы твою жизнь.

– Совершенно верно, – согласился с ней Ярославцев, но поправил ее: – Ребенок ни в чем не виноват, и то, что я люблю другую женщину, не значит, что я не стану для него хорошим отцом, а мы не останемся с тобой друзьями.

– Друзья, – назидательно произнесла Жанна, поднимаясь с места, – это все-таки нечто иное, Ярославцев, когда речь идет о ребенке, и подруга – это самое последнее, кем хочется быть беременной женщине. Я позвоню завтра.

Она забрала букет из вазы и решительно пошла к выходу из ресторана, рассерженная и обиженная.

– Ты же говорил, что вы не виделись больше двух месяцев? – приблизительно так же, как Ярославцев, отреагировала на ошарашившую ее новость Ася, когда вечером Василий сообщил о беременности бывшей любовницы.

– Точнее, два с половиной месяца. Она говорит, что поздно узнала о беременности, – и подробно пересказал все, что говорила ему Жанна.

– Так, – подавленно произнесла Ася. – И что ты намерен делать?

– А что можно делать в подобной ситуации? – развел он руками и повторил все то, что уже объявил Жанне.

– Ты правильный мужчина, Василий Степанович, – печально вздохнула Ася, обняла его и прижалась к нему. – И это здорово, что ты такой правильный, но почему-то так тошно и ужасно неприятно, что это произошло. Ну почему это не случилось задолго до нашей встречи, тогда мне пришлось бы просто принять тот факт, что у тебя будет ребенок от какой-то чужой женщины, и все. Вот против Савушки твоего у меня же ничего не бунтует внутри, а, наоборот, хочется с ним поскорей познакомиться и, надеюсь, стать добрыми друзьями. А здесь мой животный прагматизм протестует против этой женщины и ее беременности как-то совсем по-бабски. Вот как так получается?

– Получается как получается, – вздохнул Ярославцев, прижимая ее к себе и поглаживая по спине, и подбодрил: – Ничего, Асенька, разберемся. Жизнь как жизнь, всякое случается.

Жанна работала начальником отдела в крупной консалтинговой компании на хорошей должности с достойным окладом и вполне реальной перспективой роста. В ее жизни все замечательно устроилось, и то, что она имела в данный момент, ее более чем устраивало, а то, что ожидалось в ближайшем будущем, устраивало еще больше, кроме одного момента…

Сегодня она не могла работать. Просто не могла, и все! Постоянно отвлекаясь на навязчивые, не дающие покоя мысли после вчерашней встречи с Ярославцевым. Поняв, что нормальной работы сегодня не получится, она позвонила подруге.

– Галка, ты дома?

– Дома, сегодня у меня домашний день. Обещала Льву свой фирменный ужин.

– Я сейчас приеду.

– Случилось чего? – насторожилась подруга.

– Случилось, – отрезала Жанна.

По дороге к подруге она заехала в продуктовый бутик, купила всяких деликатесов и бутылку французского вина, подумав, что Галкин муж, пожалуй, сегодня с фирменным ужином жены пролетает.

– Что случилось-то? – с порога наехала подруга, забыв даже поздороваться – так разнервничалась, ожидая ее.

– Привет, – Жанна клюнула Галку в щеку, протянула магазинные пакеты с продуктами и пожурила: – Давай, накорми чем-нибудь, угости подругу, между прочим, глубоко рабочего человека, тогда и поговорим.

Зная характер Жанны, Галя с расспросами больше не приставала, а быстренько сервировала стол, выставила закуску и что-то горячее, открыла бутылку и разлила по бокалам. Села напротив и сделала нарочито «слушающее» лицо.

– Ну, ладно, ладно, – примирительно подняла бокал Жанна, – давай хоть чокнемся.

Чокнулись, отпили, поставили бокалы, и Жанна приступила к изложению:

– Вчера встречалась с Ярославцевым.

– Да? И как его здоровье, он же вроде сильно болел?

– Хорошо его здоровье, – с недовольным сарказмом ответила Жанна. – Настолько хорошо, что он собрался жениться.

– Ну, рано или поздно это должно было произойти, – резонно заметила Галя, – вы же даже не любовники, так, просто хороший, удобный секс, и все. А он мужик молодой, нормальный.

– Я, между прочим, тоже молодая и нормальная женщина, – недовольно повысила голос Жанна.

– Вот сейчас не поняла? – медленно произнесла Галя, положила вилку на тарелку и выжидательно посмотрела на подругу

– Ну, что непонятного, – рассердилась та. – Он пригласил меня в ресторан, я пришла вся такая настроенная на шикарную ночь, на секс, сбегала в салон, кое-что подправила, приготовилась, а он мне с ходу… – Она резко замолчала, отпила вина и перешла на возмущенно-доверительный тон: – Я сразу поняла, что что-то не так, как только увидела этот букет шикарный, этот его прикид полуофициальный. Подумала, точно к расставанию. А он начал с банального: я, мол, пригласил тебя, чтобы сказать что-то важное, я встретил… и тут я его перебила и заявила, что тоже хочу ему сказать что-то важное… – Жанна замолчала, посмотрела на подругу, сделала еще глоток из бокала и закончила фразу: – И сказала, что беременна от него.