Свет в окошке - Татьяна Тронина

Даша сползла с лавки и кинулась наперерез. На ходу схватила старое весло, размахнулась…

– Ах ты… – взвыл от боли Герман.

– Наталья, не подходи…

– Дашка!

– Ах вы, две…

– Даша, у него нож!

– Я же сказала – не подходи к нему!..

Метались тени в полутьме, Даша изо всех сил молотила веслом («девушка с веслом!»), но почти все удары шли мимо, потом Герман молниеносным движением отшвырнул ее, и Даша с диким грохотом полетела в угол, на какие-то фанерные листы…

– Скотина какой! – звонко, пронзительно закричала Наталья. – Даш, у него нож, представляешь?..

– Только тронь ее, только тронь!..

Даша принялась выбираться из завала.

– Даша! – откуда-то извне, издалека, раздался знакомый голос.

Руслан Кедров, ее капитан.

– Руслан! – заорала Даша в порыве безудержной радости.

Приехал. Нашел!

Она отшвырнула от себя очередной лист фанеры и, не обращая внимания на затхлый, сырой, какой-то помоечный запах, идущий со всех сторон, принялась шарить вокруг, надеясь найти что-нибудь этакое, что могло бы сокрушить Германа. Камень. Кирпич. Железяку. Что угодно…

Дверь распахнулась в очередной раз – мелькнул острый силуэт месяца на ночном небе.

– Даша, ты здесь?

– Руслан, у него нож!

– Ты как?

– Я? Все хорошо…

– Кедров, какая встреча! – Голос Германа, холодный и ненавидящий.

– Осторожней, у него нож… – плачущим голосом повторила из темноты Наталья.

Звуки схватки.

Выстрел. Чей-то стон – чей?..

Грохот. Кто-то упал, потом вскочил.

Еще выстрел.

– Твою мать… – сдавленный голос Руслана.

Что случилось? Герману удалось выхватить у Руслана пистолет?..

Даша по доскам, на четвереньках, поползла вперед и вдруг наткнулась на кого-то. Знакомый горький запах дорогих духов… «Выберемся – заставлю Наташку выбросить эти духи к чертовой бабушке!»

– Наташа!

– Я… – прошептала в ответ сестра, и Даша почувствовала на лице легкое прикосновение ее руки.

Выстрел. Стон.

– Эх, капитан, не быть тебе майором… – сдавленный, издевательский голос Вершинина.

– Это мы еще посмотрим… – голос Руслана в ответ, полный боли и ярости.

Дверь распахнулась, клубок тел выкатился наружу.

– Кажется, Герман все-таки ранил Руслана… Пистолет выхватил и… – прошептала Даша в отчаянии. – Ох, какой же Герман сильный… Прямо дьявол! Он – дьявол.

Она прислушалась к тому, что творилось снаружи. Шум и мужской мат-перемат быстро отдалялся.

– Даша…

– А?

– Даша, ты только не пугайся… Кажется…

– Что? Я сейчас!..

Голос сестры страшно не понравился Даше. Она поползла вперед, схватила фонарь, обернулась, держа его в руке, и…

Луч света упал на Наталью. Она лежала на полу, руками сжимала рану на животе, а кровь сочилась сквозь ее пальцы. При всем при этом Наталья улыбалась.

– Наташа?!

– Я же сказала – у него нож… – быстро, на одном выдохе, сказала Наталья.

Даша выронила фонарик, потом положила его на пол, сбоку и чуть сверху – так, чтобы свет падал на сестру.

– Больно?

– Немного…

– Вылечат. Спасут. Сейчас всех спасают… – дрожа, зашептала Даша.

– Я даже не почувствовала сначала… Нет, не трогай! – вскрикнула Наталья, когда Даша сделала попытку поднять ее на руки.

Вершинин все-таки ранил Наталью – тогда, в самом начале схватки! И зачем она на рожон полезла…

– Не трогай… Меня нельзя трогать!

– Сейчас… я позову кого-нибудь… Держись!

Даша выскочила из сарая и обнаружила, что ни Руслана, ни Германа Вершинина уже нет поблизости. Спотыкаясь, Даша побежала по мосткам к берегу, и в этот момент из кустов вывалился Борис, тоже с фонарем в руке…

– Дашка! Она – где?

Он спрашивал о Наталье.

– Там. Нужна помощь… Телефон есть? «Скорую», срочно…

– «Скорую»?!

Борис, оттолкнув Дашу, ломанулся к сараю.

– Ее нельзя трогать! – заорала Даша ему вслед. – Надо «Скорую»… Или попутку… Может, у кого-нибудь телефон будет с собой!

Тут же подумала: «Какие в этот час попутки?»

Происходящее напоминало кошмарный сон.

Даша бросилась в сарай, вслед за Борисом.

Наталья лежала теперь в свете двух фонарей – крест-накрест светили они, и это почему-то ужасно не понравилось Даше…

Борис склонился над женой.

– Миленькая моя… – ласково, очень нежно пролепетал он. – Больно?

– Нет… – едва слышно ответила Наталья.

– Ласточка… птичка!

Эти слова странно звучали здесь – в темном, грязном лодочном сарае. Борис поцеловал Наталью в щеку, потом в другую. Осторожно прижался губами к ее руке, зажимающей рану на животе. Поцеловал в колено.

– Я тебя люблю.

– И я…

– Ты самая лучшая. Солнышко.

– Милый… – хриплый шепот сестры.

Он опять покрыл ее осторожными, быстрыми поцелуями – с ног до головы.

– Ты самая красивая. Ты лучше всех! Ты мой свет в окошке! – страстно произнес он. Это была та сама страсть, которую ждала от него Наталья. То, чего ей так не хватало…

Даша, находясь в ступоре, наблюдала за всей этой сценой, зажав ладонями рот. Ей хотелось кричать… Половица под ногой скрипнула, и Даша дернулась, очнулась:

– Боря, я за помощью!

– Да, иди, – не оборачиваясь, спокойно отозвался Борис. – Иди, Даша. А я с ней побуду.

Даша побежала по деревянному настилу к берегу. «Надо через лес, так быстрей!»

Она споткнулась (ноги скользили внутри мокрых кроссовок) – и тут что-то блеснуло под ногами, в лунном свете. Даша наклонилась и подняла пистолет.

Тяжелый, чуть теплый. Из него недавно стреляли. Служебный пистолет Руслана Кедрова. Вершинин выхватил его у Руслана, потом Руслану все-таки удалось выбить у того пистолет из рук… Руслан не стал тратить время на поиски оружия, бросился вслед за Германом.

Где они сейчас?

Если у Руслана нет пистолета, а у Вершинина до сих пор в руках нож, то…

Точно – Вершинин успел ранить Руслана из его же оружия; если прокрутить в голове то, что творилось недавно в сарае…