Опасные иллюзии - Марина Эльденберт

Агнесса мерила шагами комнату, сжимая и разжимая кулаки. Теперь уже она не смогла бы успокоиться, даже если бы захотела. Что ей остается? Есть мороженое, запивать шампанским и надеяться, что ее не вырубит раньше, чем Риган вернется домой. Рыдать под сопливую музыку или читать историю о чужой рушащейся любви. Разве не то же самое сейчас происходило с ней? Чем обернулся ее удивительный выходной?! Не в силах оставаться в спальне, Агнесса выбежала в гостиную и упала на диван.

Она в бессильной ярости колотила руками по диванным подушкам, надеясь разреветься, но слез не было. Она хотела стянуть проклятую красную тряпку, которую нацепила в наивном порыве порадовать Эванса, разрезать и растоптать лоскутки, но тут заметила букет, подаренный Сэмом. Кремовые бутоны распустились, и сейчас аромат цветов наполнял комнату благоуханием. Агнесса смотрела на розы и кусала губы. Почему она отказалась?! Ну почему?!

Минуты сомнений, обида и злость. Агнесса еще раз от души пнула упавшую на пол подушку, а потом направилась в спальню и набрала номер.

— Сэм, какие у тебя планы на вечер?

Если он и удивился, то вида не подал.

— Я сейчас дома, готовлю ужин. Присоединишься?

Разумеется, он сразу все понял, но ей было наплевать. Агнесса вызвала такси и спустя час уже была у Шеппарда. Она даже не стала переодеваться и сейчас об этом жалела, потому что выглядела почти обнаженной. К тому же она забыла взять пиджак, а ночи на Мальте были прохладными.

Когда он открыл дверь, она еле выдавила из себя улыбку, потому что до сих пор злилась на Ригана. Сэм явно не ожидал увидеть ее в таком наряде: замялся, прежде чем протянуть ей руку.

— Ты не перестаешь меня удивлять.

А Эванс оказался прав насчет соблазнительных тряпок! У него нет на нее времени? Замечательно! Значит, она будет наслаждаться вечером в обществе мужчины, которому она интересна! Агнесса вложила руку в теплую ладонь Сэма и вошла в дом.

Коттедж Шеппарда был куда больше их с Риганом дома. Каменные стены украшали гобелены, пейзажные картины в старинных рамах, на полках стояли маски, изящные статуэтки и свечи. Высокие потолки поддерживали арки, а деревянная массивная мебель навевала мысли о старинных замках.

Агнесса вдруг поняла, что ничего не знает о Сэме. Никогда не интересовалась, что он делает вечерами и с кем делит этот огромный дом. Ни разу не спросила, какую любит музыку и как познакомился с Дарианом. Он всегда слушал и помогал советом, но сам не спешил открываться.

— Я… — начала было она, но замолчала, не зная, что сказать.

— Я рад, что не придется ужинать в одиночестве. — Сэм улыбнулся и увлек ее к большому столу, накрытому на двоих: легкий салат, запеченная с овощами рыба и белое вино. Сам того не подозревая, он исполнил ее желание. Тихий домашний ужин в день рождения.

Шеппард ни разу не вспомнил о том, что произошло днем, не испытывал неловкости и искренне наслаждался вечером. Он рассказывал о своих путешествиях, о коллекциях, расспрашивал Агнессу о Лондоне. Она понемногу расслаблялась, обида отпустила, стало тепло. Да за таким мужчиной должна стоять очередь по всему побережью! Почему он один?! Спрашивать об этом напрямую — тем более зная, что она нравится Шеппарду, — было бестактно.

— Сегодня мой самый необычный день рождения. — Агнесса отставила бокал. — Вдали от дома.

— Скоро ты сможешь вернуться, — напомнил Сэм. — Как только мы схватим преступников, остальное случится очень быстро.

Они поймают Милу, соберут ключ, а когда Риган научится создавать иллюзии, откроют Город — и придет пора расставаться. Сердце больно кольнуло.

Думая только о себе, она забыла, что от умения Эванса зависит успех дела. Ему нужно провести марионетку через ловушку, на это требуется много сил. Ни один праздник или ее каприз не стоит его тренировок и безопасности. Теперь Агнесса мысленно ругала себя за эгоизм, но Сэм принял ее молчание за тоску по родным.

— У меня есть то, что тебя подбодрит.

Агнесса удивленно заморгала. Прогулка днем и ужин стали замечательным подарком, но Шеппард приготовил еще один?!

Он ненадолго ушел, а вернулся с тарелкой, на которой красовалось небольшое пирожное с белой глазурью и фруктами. Сверху устроилась маленькая свеча, которую Сэм зажег.

— Загадывай желание.

Тогда Агнесса зажмурилась и представила, что же хочет получить в этом году. Она каждый день желала возвращения домой, но сейчас подумала о Ригане. Больше всего на свете она хотела знать, любит ли он ее. Она сжала кулаки и поспешно задула свечу.

— Точно сбудется, — улыбнулся Сэм. — Хочешь потанцевать?

— Почему бы и нет.

Удивительно, но ее идеальный вечер сбывался, только вот на месте Ригана был Сэм. Мысли об Эвансе разрушали хрупкую скорлупу спокойствия, но как же сложно не думать о нем!

Сэм включил музыку, и из динамиков полилась тихая мелодия — фортепиано и скрипка или виолончель. Агнесса прижалась к сильному плечу. От Сэма пахло сандалом и мхом, в его объятиях было спокойно и уютно. Она чувствовала себя маленькой и хрупкой, хотелось открыться ему, рассказать обо всем, что ее волнует, попросить защиты. Как если бы он был частью ее большой семьи.

Сэм смотрел на нее, и желание в его взгляде мешалось с вниманием. Мужчина грез любой женщины. Безупречный, заботливый, настоящий. Он погладил ее по спине, склонился и легко поцеловал. По телу Агнессы разлилось приятное тепло, она позволила себе отвлечься. Поцелуи Сэма стали настойчивыми, и он теснее прижал ее к груди. Она хотела забыться, но вспомнила о ласках Ригана, дразнящих и нежных, страстных и сильных.

Чувство вины обрушилось лавиной. Она отстранилась слишком быстро, не позволив себе распробовать поцелуй. Это было низко. Искать спасения от неудавшейся любви с Риганом в объятиях другого — значит предавать не только Эванса, но и себя. И все хорошее, что связывало ее и Сэма.

Сгорая от стыда, Агнесса отступила и прижала ладони к пылающим щекам. Идея приехать теперь казалась непростительной глупостью. Она приняла приглашение, потому что не хотела в день рождения реветь в подушку, но это ее ни капельки не оправдывало.

— Пожалуйста, отвези меня домой, — тихо попросила она.

Сэм уговорил ее съесть пирожное, но не стал настаивать на том, чтобы она осталась. Он отвез ее домой и попрощался так же тепло, как и днем. Шеппард упорно делал вид, что ничего не случилось, но его благородство не отменяло горького послевкусия ее поступка. Мысленно ругая себя последними словами, Агнесса обняла его и быстро поцеловала в щеку. Визг тормозов и взметнувшаяся рядом пыль заставили ее отпрянуть. Риган окинул их насмешливым взглядом и прошел в дом. Она слышала удаляющиеся шаги, во дворе хлопнула дверь, а потом все стихло.

Безразличие ударило наотмашь, обида всколыхнулась с новой силой, и Агнесса сжала кулаки. Радость, которую она всякий раз испытывала при встрече с Риганом, смешалась с желанием разбить о его голову что-нибудь тяжелое. Чего она, собственно, ожидала? Сцен ревности, выяснения отношений перед Сэмом? Да ему на нее наплевать, он сам говорил. Просто их «одна ночь» несколько затянулась. Раздражение и чувство вины — опасный коктейль. Агнесса невпопад извинилась и бегом бросилась к дому. Пожелание спокойной ночи от Шеппарда унес ветер. Почему-то ей казалось, что эта ночь может быть какой угодно, только не спокойной.