Микстура от разочарований - Элен Бронтэ

— Подумать только, Сара, со мной произошло то же самое! Как будто наши судьбы повторяют друг друга!

— Вот видишь, ты же любишь Джеффри, хотя было время, когда…

— Да, теперь люблю, я это знаю наверняка, — перебила ее Роберта. — Что ж, Лоренс и есть тот, с кем ты будешь счастлива, в этом я не сомневалась вот уже целый месяц!

— Но как же… Почему ты не помогла мне разобраться во всем этом? Понять себя лучше? — Сара чуть обиженно посмотрела на подругу.

— Я хотела, чтобы ты решила все сама, дорогая, — мягко ответила Бобби. — Мы с Джеффом могли только мечтать о том, чтобы все случилось именно так, и наши чаяния исполнились. Правда, во всем этом есть один недостаток…

— Какой же? — встревожилась Сара.

— Люси станет и твоей сестрой тоже! — Бобби фыркнула. — А впрочем, почему я одна должна нести этот крест? Теперь мы разделим бремя пополам.

— Ты ведь знаешь, мне придется уехать из этих мест… — приуныла Сара.

— Надо же! А я-то думала, что ты будешь жить вместе с мужем и ребенком под крышей дядюшки Фоскера! — ехидно заметила Роберта.

— О, я должна сообщить обо всем дяде и тете, про них-то я совсем забыла, — встрепенулась Сара.

— Не трудись, дорогая, по дороге сюда мы заехали к ним, и я поделилась этой радостной новостью. Думаю, миссис Фоскер понадобится немного времени, чтобы набраться сил поздравить тебя.

Бобби так и сияла: ее сокровенная мечта еще раз поставить на место миссис Фоскер, и потом больше никогда не слышать об этой женщине, сбылась.

Джеффри Ченсли подошел к делу гораздо серьезнее. В один из ноябрьских дней он прибыл к мистеру Фоскеру вместе с поверенным Сары, мистером Гиббонсом, и предложил дядюшке Эндрю мирно передать все бумаги, касающиеся имущества племянницы, в руки мистера Гиббонса и благодарить ее за то, что она не станет требовать отчета о потраченных за семь лет средствах. Сара настояла на этом, и Лоренс поддержал ее, хотя супруги Ченсли горели праведным желанием добиться справедливости. Мало того, Сара даже пожелала закрепить за маленьким Леонардом Фоскером некую сумму из своих доходов до тех пор, пока он не станет зарабатывать на жизнь достаточно для того, чтобы содержать себя и свою семью.

Джеффри едва не назвал Сару неблагоразумной, но лорд Уэвертон напомнил зятю, что мисс Мэйвуд не должна уподобиться своему дяде и проявленное ею великодушие сторицей возвратится к ней.

Свадьба была назначена на апрель, на этом настояла Бобби, желавшая веселиться от души, не беспокоясь о своем состоянии.

Мистер Маннер спросил дочь, хочет ли она жить вместе с Сарой, и Харриет с восторгом приняла эту новость, хотя и не понимала еще ее подлинного смысла.

Сара и Лоренс, вместе с мистером Гиббонсом, посетили дом Мэйвудов и определили, какие приготовления необходимо проделать для приема хозяев, и Лоренсу пришлось смириться с тем, что будущая супруга довольно богата.

Сара преследовала этой поездкой еще одну цель. Знакомство с доктором Стоуном пошло на пользу Лоренсу. Здравомыслие и чувство юмора старого врача помогли Маннеру по-новому взглянуть на свои прежние переживания, а доктор Стоун, как раз подумывавший о том, чтобы отойти от дел, внезапно обрел полного сил преемника.

Сара не сомневалась, что обоих джентльменов свяжет крепкая дружба, и радовалась, что добрые друзья похвалили ее выбор. Лоренс был счастлив, что сможет по-прежнему заниматься своим делом, его совсем не привлекала перспектива управления поместьем, но мистер Гиббонс подыскал для Маннеров подходящего управляющего, и Сара намеревалась сама следить за его работой.

Артур и Люси поздравили Сару и Лоренса с помолвкой, и, надо заметить, поздравления со стороны Люси были более искренними и теплыми.

В положенное время у Бобби родился маленький Роберт, названный так в честь матери и дела, и доктор Маннер выполнил свои обязанности спокойно и деловито, как и подобает настоящему врачу. В начале этой истории упоминались два наиболее часто встречающихся типа докторов, но к какому из них принадлежит мистер Маннер, предстояло решать его пациентам. А семейство Ченсли осталось вполне довольно своим домашним врачом и будущим родственником.

На венчание, проходившее, конечно же, в Сент-Клементсе, Сара надела к своему белому атласному платью жемчужную лилию, когда-то подаренную ей Артуром Уэвертоном, и, с легкой руки Роберты Ченсли, вся округа долго еще повторяла: «Какое счастье, что Лоренс нашел свою лилию».