Настоящая черная ведьма - Елена Звездная

— Доброе утро, госпожа ведьма, — вежливо поздоровался морда.

— Доброе утро, господин мэр, — несколько растерянно ответила я. — А что это вы тут делаете?

Глянув на меня своими карими глазами насыщенного кофейного цвета, мэр перевел взгляд на корзину, затем вновь посмотрел на меня, улыбнулся и достаточно громко произнес:

— Так и знал, что ни с утра повезете свою расчлененную девственницу закапывать. Решил помочь, в деле сокрытия улик.

Искрение потрясенная его тоном, хмуро сказала:

— Интересная интерпретация выражения «съесть завтрак».

На козлах странно закашлялся извозчик. Один из стражников почему-то повалился на плиты, кажется, оказавшись в глубоком обмороке. Присмотревшись, поняла, что он из новеньких, раньше я его тут не видела. Стоящий в нескольких шагах от нас сержант, глубокомысленно протянул:

— Тяжела расплата за магические услуги… — затем добавил: — Господин мэр, у меня есть виски, будет вам чем мертвечину запивать.

Укоризненно посмотрев на меня, морда потянулся, взял корзину, после протянув ладонь мне, помог выбраться из двуколки. И в полнейшей тишине мы покинули город, выйдя через неприметную калитку в стене.

* * *

Все же до чего я люблю встречать новый день в этом лесу. Слегка шелестели листвой высокие дубы, слышалось пение птиц среди ветвей, где-то вдалеке трубил олень, в кустах и траве слышалось шуршание полевых мышей, а мы с мордой шли по узкой тропинке, я заложив руки за спину, он неся корзинку с едой и загадочно улыбаясь.

— А вы всегда мотивируете свои утренние пробежки чем-либо из производственной необходимости? — нарушил молчание ловец.

— Зачем? Горожане превосходно и сами справляются с обоснованием моих прогулок, — я улыбнулась, вспомнив, как по началу меня едва возвращалась, встречал с увещеваниями священник.

— Да, это я уже понял, — мэр нес тяжелую корзинку совершено без труда, успевая рассматривать по мере нашего движения и кусты, и деревья. — Интригующая вы личность, госпожа ведьма.

— Так и вы не менее интригующий, — резонно заметила я. И коварно поинтересовалась: — Как там поживает моя защищающая вас табличка?

Искоса взглянув на меня, морда неожиданно широко улыбнулся и сообщил:

— При работающем блокираторе магии, она не возобновляется.

Мда, обидно. И я бы даже сказала — досадно.

— Вы удивительно мстительная черная ведьма, — продолжил мэр.

— Черным ведьмам свойственна мстительность, — хмуро напомнила я.

— Плащ можно уже снять, — неожиданно произнес ловец.

Исключительно из чувства природной черноведьминской вредности решила — этого не делать.

А солнце, появившись, пронизывало лучами листву деревьев, окрашивая все в яркие тона и наполняя лес игривыми солнечными зайчиками и…

— На вас было забавно ставить ловушки, — внезапно признался морда.

Искоса глянула на него — морда шел и улыбался, и выглядел неожиданно молодо.

— Особенно когда резал кусты и камыш, чтобы вы при падении не поранились.

В моем взгляде появилось удивление.

— К слову, завтрака от вас я не ждал, — заметил ловец.

— Долг чести, господни мэр, — я улыбнулась.

— Вы и о подобном знаете, госпожа ведьма? — поинтересовался он.

— Представьте себе, господин мэр, — от чего-то улыбка становилась все шире и вообще безумно хотелось улыбаться.

— И в этих частях расчлененной девственницы, — морда демонстративно поднял повыше корзинку, — даже никаких зелий нет?

— В этих частях расчлененной говядины и не менее расчлененного хлеба нет ничего постороннего, — рассмеявшись ответила я.

— Как? Вы забыли про овощи? — изумился морда.

Забыла. Совершенно и напрочь.

— А я с собой взял, — гордо возвестил мэр.

— И в них нет ловушек и блокиратора магии? — в свою очередь съязвила я.

А морда взял и задумался. Серьезно так задумался, основательно.

И лицо стало очень сосредоточенным, словно ловец припоминал сколько и чего позасовывал в свои овощи и…

— Есть будете сами, — мрачно решила черная ведьма.

Морда расхохотался. Громко, но почему-то совершенно не обидно, и как-то неожиданно я улыбнулась тоже. А потом впереди показался олень. Мы оба остановились, не желая пугать животное, и лесной красавец, вскинув ветвистые рога, одарил нас внимательным взглядом, а затем так же величественно вошел в чащу.

— Красавец, — с долей восхищения произнес ловец.

Глянула на него, почему-то подумалось, что морда краше… даже не знаю почему.

— На чем вы приехали? — поинтересовалась я, вновь шагая по тропинке.

— Все на том же, — несколько нахмурился мэр. — Ваше зелье хоть чем-то смыть можно?

— Не-а, — настроение заметно поднялось. — Зато в следующий раз вы и про пиетет и про уважение к черной магии помнить будете.

Морда ничего не ответил, лишь бросил на меня откровенно насмешливый взгляд, а затем спросил:

— В плаще не жарко?

Скинула капюшон, подставляя лицо утреннему ветерку и поднимающемуся солнцу. Потрясающее утро. Удивительное, яркое, наполненное светом и искрящейся росой…

И тут почему-то вспомнилась угроза рожи. Искоса взглянув на морду, осторожно спросила:

— Господин мэр, а вас когда-либо пытались убить белые маги?

Взгляд ловца стал крайне заинтересованным.

— Будут пытаться? — вопросил он.

— Вероятно, — не стала лукавить я.

И морда улыбнулся. Это была удивительная, широкая, чуть злорадная по отношению к белым магам улыбка, выражающая мысль «Пусть приходят». Странное дело — улыбка меня успокоила. Морда вообще казался каким-то надежным, сильным и знающим что делает, странный он для смертного.

— Господин мэр, а вы точно не маг? — спросила просто так, на всякий случай.

Улыбаться морда перестал. Глянул на меня очень холодно и не менее холодно ответил:

— Не маг.

— Жаль, — вполне искренне заметила я.

Лицо мэра окаменело, движения стали резче.

Какое-то время мы шли молча, потом ловец произнес:

— Меня всегда поражало то, насколько магически одаренные считают себя выше всех остальных.

— Не выше, — задумчиво ответила черная ведьма. — Мы, к примеру, обычно высоким ростом не отличаемся. А вот белые да.

— Речь не о росте, — у морды, кажется, стремительно портилось настроение. — Об отношении к смертным.

Пожав плечами, не стала отвечать. Да и смысл. Хотя: