Встречай меня в полночь - Сюзанна Энок

— Уверена. Хилсон, садись рядом с кучером и показывай путь. — Виктория без посторонней помощи забралась в маленькую, дурно пахнувшую карету.

Майло подошел к дверце экипажа.

— Что прикажете сказать маркизу, когда он вернется?

— Скажи, что я отправилась к леди Стэнтон и скоро вернусь.

Дворецкий поклонился, и карета, громыхая, выехала на улицу.

В академии мисс Гренвилл Виктория усвоила, что настоящая леди должна всегда быть терпеливой, спокойной и собранной, но эти уроки не годились для молодых жен, чьи мужья — бывшие тайные агенты, выискивающие убийц. Если что-то случилось с Синклером…

Она чувствовала себя больной, стоило ей только подумать об этом. Он уцелел после пяти лет пребывания в стране врага, но то время не шло ни в какое сравнение с настоящим. Хотя бы потому, что убийцей мог оказаться один из ближайших друзей его брата.

Как раз в тот момент, когда она собиралась выглянуть и спросить Хилсона, не заблудился ли он, карета, загромыхав, остановилась.

— Это здесь, миледи, — сказал Хилсон, помогая ей спуститься на землю.

Виктория протянула ему несколько монет из своего ридикюля и заторопилась в направлении маленького дома, на который он указал.

— Отошли карету и жди меня здесь.

— Но…

Тяжелое дверное кольцо ударило по двери. По крайней мере она чему-то научилась у Синклера: посторонние экипажи вызывали подозрение, особенно когда останавливались у дома леди.

Дверь отворилась — следовательно, кто-то был дома.

— Мне нужно увидеть.. — начала она и тут же спохватилась. — Вы Уолли?

Тучный лысеющий мужчина моргнул.

— Возможно, — пробормотал он, глядя поверх ее головы на улицу.

— Можно войти?

— Почему бы и нет? — Он отступил в сторону.

— Синклер здесь?

Уолли закрыл дверь.

— Я ничего не знаю.

Из комнаты слева от нее донесся звук шагов.

— Так, интересно.

Она узнала мягкий шотландский акцент, который уже слышала туманной ночью в Гайд-парке.

— Мистер Хардинг! — Виктория повернулась навстречу высокому шотландцу с волосами цвета песка. — Я ищу Синклера.

Скрестив на груди руки, Хардинг прислонился к дверному косяку.

— Его здесь нет. Как вам удалось найти нас, леди?

— Я захватила с собой Хилсона, слугу, который доставлял записки леди Стэнтон.

— Так. А кого вы еще захватили? Вашу горничную или одного из ваших милых друзей?

— Криспин! — Уолли предостерегающе поднял палец. Она вспомнила, что не очень-то понравилась мистеру Хардингу при их первой официальной встрече.

— Нет, я одна. Так вы сообщите мне, где может находиться Синклер, или я должна сама его разыскивать?

— Мне кажется, куда бы Сип ни отправился, это его личное дело.

Мужчина на ее месте к этому времени наверняка начал бы раздавать тумаки, но от нее требовался другой подход.

— Конечно, вы правы. — Виктория вздохнула. — Просто я не знаю, куда еще идти. Вы ближайшие друзья Синклера, и мне трудно представить, чтобы он… исчез, не сообщив вам об этом.

Криспин прищурил один глаз и с явной неохотой поинтересовался:

— Как давно он ушел из дома?

— Несколько часов назад — он сказал, что собирался увидеться с вами.

— Криспин был дома после полудня, — сообщил Уолли, рассчитывая время и проверяя алиби. — Ты видел его?

Морщина на лбу огромного шотландца углубилась.

— Нет. Приготовь-ка чай для леди Олторп.

— Хорошо. — Уолли заторопился в глубь дома.

— Благодарю. Я просто не знаю, что мне делать дальше.

— Хм. Идите за мной, миледи. — Криспин исчез в комнате, из которой появился вначале.

Все это звучало не очень обнадеживающе, но Виктории было нужно, чтобы ее выслушали хотя бы в течение двух минут Расправив плечи, она прошла вслед за хозяином и остановилась у входа.

На одном конце дубового стола были разбросаны бумаги, а остальную его часть занимала коллекция деревянных коробочек и шахматные фигуры с украшающими их маленькими флажками.

— «Лорд Килинг, 8 — 8.8 пополудни», — громко прочитала Виктория и вопросительно взглянула на шотландца. — Это Мейфэр, не так ли?

— Так точно.

Она наклонилась ниже.

— А коробочка в центре — Графтон-Хаус. Я никогда не видела ничего подобного. Вы помещаете людей в места, где их видели в ночь убийства Томаса.

Криспин кивнул, следя за ней взглядом.

— Син был прав в отношении вас.

— Что вы имеете в виду?

— Он сказал, что у вас блестящий ум.

— Можно мне задать вопрос, мистер Хардинг?

— Разве вы здесь не для этого? — произнес он, не двигаясь с места.

— Где вы поместили лорда Марли?

— Это загадка.

Она нахмурилась.

— Что вы хотите этим сказать?

— Он был в клубе «Уайтс» до восьми часов того дня. Мы не знаем, куда он отправился после этого. Никто, с кем мы разговаривали, не видел его, пока он не покинул дом на следующее утро и не направился в своей карете в неизвестном направлении.

— А как насчет лорда Кингсфелда?

— Кингсфелд?

Викторию захлестнула волна гнева. Очевидно, Синклер не счел нужным проинформировать своих друзей о ее подозрениях в отношении Остина Ховарта.

— О да, все правильно — он был другом, — горько заметила она. — Мы не должны подозревать того, кто считался другом Томаса в течение трех лет до убийства.

— В ваших словах много сарказма, — сухо заметил Криспин. — А вот Синклер не согласен с вами.

— Да, но я не хочу, чтобы он пострадал оттого, что отказывается прислушаться к моему мнению. — Ее голос прервался, и она закашлялась.

— Приятная сторона партнерства, — заметил шотландец, — состоит в том, что даже когда вы смотрите в одном направлении, кто-то еще наблюдает за вашей спиной.

Неужели он сам займется Кингсфелдом? Слеза облегчения скатилась по ее щеке. В последнее время она стала такой плаксой!

— Благодарю вас, мистер Хардинг.

— Ну а теперь вам лучше отправиться домой, я не хотел бы объяснять Сину, что вы здесь делали.

— Я тоже. — Виктория все еще колебалась. — Мистер Хардинг…